Как отменить минерал

На данный момент хризотиловые накладки на тормозные колодки в легковом и грузовом транспорте применяются в основном на территории Российской Федерации и стран ОДКБ, а также встречаются в государствах Юго-Восточной Азии. Причина такой географии кроется в недавней истории автомобильной промышленности. До 1980-х годов большинство накладок на тормозные колодки производилось из асбеста. Это коммерческое название группы волокнистых минералов, отличающихся высокой стойкостью к температурным нагрузкам, трению и механическим повреждениям. Существует два вида асбеста — амфиболовый и хризотиловый, существенно различающихся по своему воздействию на организм человека. Для накладок на тормозные колодки, которые, собственно, входят в непосредственное соприкосновение с тормозным диском, лучше материала, чем асбестовое волокно, было не придумать, и потому его применяли почти в каждом автомобиле. Правда, всего за несколько лет крупнейшие автомобильные концерны на Западе отказались от асбеста. Почему?

Как уже отмечено, существует два вида асбеста. Амфиболовый асбест представляет собой сложный гидросиликат с содержанием железа, который обеспечивает его устойчивость к кислоте. Именно из-за этого амфиболовый асбест, попадая в легкие человека, остается там навсегда — клетки-уборщики легких, альвеолярные макрофаги, не могут его растворить. Это провоцирует тяжелые заболевания. А вот хризотиловый асбест представляет собой гидросиликат магния и устойчивостью к кислоте не обладает. Он выводится из организма человека за короткий срок. В последней четверти XX века в Европе началась массовая информационная кампания против применения асбеста, который связывали с заболеваемостью у людей.

Главный подвох крылся в деталях — люди болели именно из-за амфиболового асбеста, широко применявшегося в Европе, а вот хризотил, традиционно добывавшийся в Канаде и СССР, такую статистику не показал. На эту тему есть исследование «Воздействие асбеста и искусственных волокон в производстве и риск рака легких: исследование методом случай-контроль в Европе», опубликованное в 2006 году. В России хризотил разрешено применять в промышленности в рамках норм контролируемого использования, и на его основе выпускают более 300 видов промышленной продукции.

Причина запрета асбеста в Европе довольно тривиальна — к борьбе против использования амфиболов сразу же подключились политики и производители синтетических волокон, что в результате дало полный запрет всех видов асбеста (не импортировать же хризотил из России!), и суровые нормы в отношении автопроизводителей. С тех пор согласно евро-нормам накладки на тормозные колодки производят из того или иного вида синтетического волокна, что кратно увеличивает их стоимость. При этом кампания против асбеста (уже только хризотилового) в тормозных системах не остановилась — было оказано давление на крупных японских и корейских производителей, вынужденных придерживаться «мировых» стандартов.

Тормозной путь длиной в 30 лет

В результате «антиасбестового» шторма Россия устояла. Страны Таможенного союза продолжили использование хризотиловых накладок на тормозные колодки: многочисленные отечественные и международные исследования доказали безопасность хризотилового волокна при контролируемом использовании. Тут можно упомянуть работу «Токсикология асбестосодержащих тормозных накладок» профессора Дэниса Паустенбаха, который на большом статистическом массиве исследования здоровья механиков, работавших с хризотиловыми накладками, не выявил никаких следов негативного влияния. Более того, он отметил, что при высоких температурных нагрузках хризотиловое волокно в фрикционных изделиях превращается в форстерит, отличающийся по своим свойствам от минеральных волокон.

Поскольку устанавливать хризотиловые накладки на новые автомобили было нельзя, они ушли на рынок «аналогов» брендированных запчастей, где и просуществовали до сегодняшнего дня. С уходом западных товаров с российского рынка, вакуум на рынке накладок на тормозные колодки стал быстро заполняться отечественными производствами. Неожиданный, но приятный факт — хризотиловые накладки на тормозные колодки обладают лучшими дискосберегающими свойствами по сравнению со своими стальными и синтетическими аналогами, а также более долгим сроком службы. Благодаря развитой хризотиловой промышленности в России, фрикционные материалы на основе «горного льна» обладают куда большей доступностью, чем их синтетические аналоги, а при учете общего роста цен на комплектующие, и вовсе становятся одним из немногих бюджетных вариантов.

Постепенное возвращение к хризотиловым накладкам на тормозные колодки можно рассматривать как позитивное явление. Отдельно стоит подчеркнуть, что отставание на рынке было обусловлено не более низкими эксплуатационными свойствами отечественных тормозных колодок, а внешнеэкономическим давлением со стороны Европы. Пока у нас существовали официальные сервисы с жесткими условиями гарантии, контролируемые зарубежными нормами производства и т.п., более выгодный для потребителя хризотил искусственно сдерживался данными факторами. Теперь же, когда отечественный рынок освободился от внешнего диктата, потребитель сам обратится в сторону доступных, экономичных и эффективных решений.

— Константин Владимирович, как бы вы охарактеризовали состояние отрасли ИЖС в Хабаровском крае прямо сейчас?

— Если смотреть в целом — пациент оживает. Поясню — марте 2025 года вступил в силу 186-й ФЗ, и многие подрядчики оказались к этому просто не готовы. Работали по-другому принципу: что делаем, то будет — и всё. Никакой стратегии, никакого взгляда вперёд.

Дальше ситуацию усугубила история с ипотеками. С 1 июля 2025 года семейная ипотека прекратила выдаваться без эскроу-счетов, затем банки начали ограничивать и дальневосточную. Многие подрядчики попросту не соответствовали новым требованиям: не зарегистрированы как полагается, кредитного рейтинга нет — займ не выдать. Это стало шоком.

Но к осени подрядчики уже начали разбираться, как работать по-новому. И если за первое полугодие действия закона по городу было, дай бог, пять ипотечных сделок через эскроу-счета, то уже в январе 2026 года мы видим больше пяти договоров только за один месяц. Динамика есть.

— По данным краевого минстроя, в 2025 году в регионе введено 227 тыс. кв. метров ИЖС — это почти 41% от всего ввода жилья. Объёмы частного строительства выросли примерно на 7,5% по сравнению с 2024 годом. Тем не менее переходный период дался рынку нелегко?

Да, переходный период ударил сильно. Была проблема не только с эскроу — повлиял рынок в целом. До этого были, как я это называю, «бесплатные деньги»: льготные ипотеки раздавались всем желающим, без проверки подрядчика, без контроля расходования средств. Потом в один момент изменилось всё сразу — и правила по эскроу, и налоговое законодательство. Образовались кассовые разрывы.

Часть подрядчиков просто закрылась, часть ушла в банкротство, часть переориентировалась на рынок дешёвого дачного строительства — домики до 2 млн рублей за наличные. С активного рынка, я думаю, ушло примерно 30%.

— На недавнем круглом столе обсуждалась проблема «обманутых участников ИЖС». Насколько это остро для Хабаровска?

— Наш регион, надо сказать, это обошло стороной в сравнении с историей обманутых дольщиков в многоквартирных домах. Таких случаев, чтобы взяли деньги и вообще ничего не построили — их прямо немного. Основная проблема другого рода: дом построен, но есть замечания по качеству, а подрядчик к тому времени уже не существует — судебное решение вынесено, взять нечего.

По официально озвученным на встрече данным, только по одному подрядчику порядка шестидесяти клиентов имеют претензии по качеству. По городу в целом ещё порядка двадцати обращений — точной открытой статистики нет, пытаемся сами собирать.

— Мы сейчас говорим об обманутых заказчиках. Но есть ведь и обратная история — потребительский терроризм?

— Это серьёзная проблема. Строительство частного дома юридически приравнено к продаже булки хлеба — всё в рамках закона о защите прав потребителей, законы как для МКД здесь не действуют. Зацепиться можно буквально за что угодно.

Вот пример из недавнего: клиент решил взыскать около 2 млн рублей за пару дней просрочки — причём просрочки по погодным условиям, шёл дождь, работы нельзя было вести без потери качества. Изначально он вообще не хотел никакого компромисса. Наши юристы подключились, вызвали экспертизу, по качеству вопросов не было, по срокам удалось снизить сумму в разы. В итоге пошли на мировую. Но такие истории случаются.

Сложность ещё в том, что стандарты в ИЖС в основном рекомендательные, а не обязательные. Берём тот же отсевоблок — он выпускается по техническим условиям и может различаться по размеру на 2–3 сантиметра. Чтобы компенсировать это, делается кладочный шов чуть толще. Клиент видит шов — говорит: «Не по нормам». Формально есть нормативы, но физически им следовать невозможно из-за специфики материала. Приходится защищаться юридически.

— Пять договоров в месяц — скромный результат. Можно ли говорить, что с ИЖС в Хабаровском крае всё хорошо?

— Не то чтобы всё хорошо — но оживление однозначно есть. И цифры нужно смотреть в контексте. У нас не Москва — население другое. Пять договоров в месяц — это в год порядка ста домов. Для нашего города это уже хороший задел.

Если сравнивать не с периодом льготной ипотечной эйфории, а с тем, как рынок работал до введения льготных программ, — темпы сопоставимые. Рынок не вернётся к 2023 году — тогда деньги выдавались налево-направо, без проверки истории подрядчика. Сейчас рынок становится более осознанным, более зрелым. Остались те подрядчики, которые готовы брать на себя ответственность. И строятся те клиенты, которые действительно хотят жить в собственном доме, а не просто воспользовались случаем взять льготную ипотеку.

— Как сейчас выглядит схема для человека, который хочет построить дом?

Если человек приходит к нам или к нашим партнёрам — никуда больше идти не нужно. Мы всё делаем на месте. Первым делом выясняем, подходит ли клиент под льготные программы. Если да — оформляем ипотеку здесь же.

Главный вопрос сейчас — первоначальный взнос. Раньше можно было строить без него по льготным программам, сейчас нет. По семейной ипотеке минимальный взнос составляет около 1,55 млн рублей, по дальневосточной — около 2,265 млн. Это суммы для максимального лимита; если стоимость дома меньше, взнос пропорционально меньше.

Если первоначального взноса нет — предлагаем поэтапное строительство, помогаем разобраться, что можно задействовать. Многие клиенты не знают, что могут использовать материнский капитал в качестве первоначального взноса.

— Сколько стоит построить дом в Хабаровске?

— Самые ходовые сейчас — одноэтажные дома площадью от 80 до 100 кв. метров. Люди стали думать о практичности: одноэтажный дом проще в обслуживании, меньше по площади, зато продуманнее.

Если брать дом 80 кв. метров с предчистовой отделкой через ипотеку — порядка 10 млн рублей. Это каменный дом, из отсевоблока. В Хабаровске это самый распространённый вариант: газобетон для нашего климата подходит хуже, плюс с ним бывают перебои в поставках.

Деревянный каркасный или панельный дом — около 8,5 млн, если использовать древесину камерной сушки. Брус или цилиндрованное бревно — дороже на порядок. Кирпич тоже строят, но редко: материал дороже примерно на 15%, специалистов по кладке не хватает, да и по свойствам кирпич уже не превосходит современные аналоги так, как это было раньше.

— Что мешает развитию производства домокомплектов на месте?

— Это один из приоритетов сейчас — индустриализация рынка ИЖС. Задача поставлена Министерством строительства страны: префабы, сборные конструкции, заводское производство.

Проблема в том, что речь идёт не о гигантах отрасли с собственными заводами и неограниченными кредитными линиями, а о небольших местных производителях. У них нет денег, чтобы расширить линию или закупить оборудование. И есть ещё одна специфика нашего региона: большинство деревообрабатывающих предприятий настроены на экспорт. На внутренний рынок они не работают — другие размеры, другая продукция, нужно запускать отдельные линии.

В итоге получается, что мы не можем увеличить поставки домокомплектов, потому что зависим от материала, а материал взять негде. Либо везём с запада страны — растёт цена. Чтобы производить на месте — нужно оборудование, рабочие места, и всё это сразу ложится в себестоимость. Нужен комплекс мер. Тогда это будет качественно, дешевле среднего по рынку и быстро.

— А риска, что придут федеральные игроки и завалят рынок готовыми домокомплектами, нет?

— Мы не боимся — нам это даже на руку. Проблема в другом: Дальний Восток в масштабах России занимает небольшую долю рынка по объёмам продаж. Насколько это будет экономически целесообразно для крупного игрока — большой вопрос.

Другое дело, что мы эту историю предвосхищаем и как раз поэтому обращаемся к правительству: у нас уже есть завод в составе ассоциации, который производит деревянные домокомплекты. Нужно выстраивать работу здесь, чтобы деньги региона оставались в регионе. Это и рабочие места, и развитие.

— Что ещё тормозит ИЖС в крае, кроме ситуации с домокомплектами?

— Земля и электричество. Есть поручение — провести ревизию земельных участков и проверить технические условия по подключению к сетям. Если остальные коммуникации могут быть автономными, то с электричеством так не получится.

Сейчас ряд участков, которые выставляются на торги, просто не имеет свободных мощностей для подключения к электросети. Участок есть, а что с ним делать — непонятно. Это серьёзный тормоз для развития застройки.

— Ваш прогноз: ИЖС в крае — это рост или тихое затухание для подрядчиков, из-за того, что люди вернутся к самострою?

— Затухания точно не будет. Люди как раз уходят от самостроя — хотят, чтобы всё было готово, без погружения в процесс. Рынок не умер — он оживает после болезненного переходного периода.

Просто это уже не те объёмы, которые были в «золотые» два года льготных ипотек. Рынок стал более зрелым. Подрядчики остались те, кто готов работать по правилам. Клиенты строят те, кто действительно хочет жить в своём доме. 16 февраля 2026 года Правительство России утвердило комплекс мер по развитию ИЖС до 2030 года — это серьёзный сигнал: государство в эту историю вложится. Так что у отрасли есть основания двигаться вперёд.

Малоэтажное строительство для большой страны
В ноябре 2025 года Национальный зеленый трибунал Индии (NGT) объявил о безопасности  применения хризотилцементной продукции при контролируемом использовании. В резолюции указано, что «…нет никаких свидетельств того, что асбестоцементные листы при стандартном использовании причиняют какой-либо вред, независимо от их использования в течение длительного времени в течение десятилетий».

Действительно, существенная часть хризотила (хризотилового асбеста), импортируемого в Индию, идёт на производство хризотилцементного шифера. Простой, надежный и долговечный кровельный материал широко используется для строительства доступного жилья. При учете стремительно растущего населения страны, потребность в недорогих строительных материалах стоит весьма остро. Шифер, между тем, позволяет решить большой комплекс проблем — он устойчив к воздействию влаги, что чрезвычайно актуально в тропиках и субтропиках, не гниет, инертен к большинству химических воздействий (кроме кислот), плохо проводит тепло и звук. Применение хризотилцемента позволяет быстро и эффективно построить кровлю, которая не потребует множества слоев гидро- и шумоизоляции, на которую часто у обычного индуса денег и нет.

Таиланд также решает свои задачи по строительству массового жилья с помощью хризотилцемента. В 2024 году объем Таиланд вошел в топ-5 крупнейших импортеров асбестового волокна. Помимо строительных материалов, страна производит из хризотила тормозные колодки и накладки сцепления для автомобилей, теплоизоляционные материалы и многое другое. Активно развивается динамика потребления волокна во Вьетнаме, Индонезии, на Шри-Ланке и в КНР, а также в других странах. Его используют в домостроении, строительстве производственных помещений, а также для реализации масштабных инфраструктурных проектов.

Запрет на эффективность
Хризотиловое волокно обладает уникальной совокупностью полезных свойств, обеспечивающих его широкое применение в промышленности. Оно не горит при любых температурах, не плавится, не выделяет вредные пары при нагреве, не проводит электричество, при этом чрезвычайно устойчиво к механическим повреждениям. Это позволяет производить на его основе не только эффективные, но и долговечные материалы — тот же хризотилцементный шифер что на Крайнем Севере, что в тропиках может прослужить минимум 30 лет при соблюдении технологии эксплуатации. Более того, поскольку хризотил является природным минералом, стоимость его производства существенно ниже, чем у синтетических аналогов.

Так зачем же его запрещать? Тут необходимо обратиться к истории. В конце XX века в Западной Европе начались массовые протесты против применения асбеста. В Испании, Франции, Великобритании, на территории ФРГ и Италии люди начали борьбу с использованием «горного льна», связывая его применение с тяжелыми заболеваниями, в том числе онкологией. Последующие исследования действительно показали связь определенного вида асбеста (амфиболового) и болезней.

Амфиболы представляют собой сложный гидросиликат с молекулой железа в формуле. Она обеспечивает им устойчивость к кислотам, и потому клетки-уборщики легких, альвеолярные макрофаги, не могут вывести амфиболы из органа. Оставаясь в дыхательной системе на долгие годы, амфиболовое волокно провоцирует возникновение тяжелых болезней. Хризотиловое же волокно является гидросиликатом магния. Оно не обладает устойчивостью к кислотам, и потому выводится из легких за короткий промежуток времени. Казалось бы, можно просто отказаться от «вредного» асбеста и заменить его на «безопасный», но…

В странах Западной Европы традиционно использовали именно амфиболовый асбест, добываемый в Скандинавских странах и бывших колониях в Африке. Хризотил, напротив, добывали в Канаде, Бразилии и России — складывалась ситуация, в которой собственная асбестовая промышленность не работала, а производители синтетических аналогов не могли соревноваться с импортным сырьем ни по стоимости, ни по набору полезных свойств готовой продукции. Именно в этот момент и поменялась риторика, в контексте которой начали говорить о вреде асбеста «вообще» сначала лидеры общественных мнений, потом газеты, политики, а в конце и международные организации.

Борьба с экономическим ростом
В итоге, сегодня многие развивающиеся страны оказываются под прессом антиасбестовой истерии. Как пример можно привести Египет. В 2005 году под давлением ЕС были закрыты заводы по производству хризотилцементных труб, лишив работы 3 500 работников. Вместе с ними остановили проект по подключению к системе водоснабжения питьевой водой 2 400 населенных пунктов, экономическое основание которого базировалось на доступной стоимости хризотилцементной продукции.

Европа, конечно, предложила альтернативу. В процессе переговоров предлагалось заменить асбестоцементные трубы на материалы из ПВХ, которые якобы «являются более безопасными». О том, что пластиковые трубы дороже хризотиловых, выделяют в питьевую воду винилхлорид (канцероген 1-ой группы по классификации МАИР. Выделение винилхлорида в воду описано в 4-ой редакции «Руководства по обеспечению качества питьевой воды» ВОЗ), а также экспортируются из Европы, скромно умолчали. Кстати, хризотил не вступает в реакцию с хлором, что отмечено тем же ВОЗ. В итоге Египет не смог позволить себе в разы подорожавший проект, и населенные пункты так и остались без воды.

Та же судьба была уготована и странам Юго-Восточной Азии, но, впрочем, тут давление оказалась безрезультатным. Хризотилцемент все также остается одной из основ реализации масштабных проектов по улучшению жизни миллионов человек — строительству доступного жилья, проведению систем водоснабжения и канализации, производству эффективных деталей для различных машин и механизмов.

Федеральный застройщик «Юникей» в очередной раз демонстрирует, что жилой комплекс — это больше, чем квадратные метры. Новый проект компании в Хабаровске, ЖК «Ресурс», станет первым в России, где на территории комплекса появится полноценная баня для резидентов.

По словам девелопера, такой подход формирует тренд на интеграцию досуга и восстановления прямо в жилую среду. Жителям не придётся выезжать за город, чтобы провести время с семьёй или расслабиться после работы — всё это доступно внутри комплекса. «Юникей» последовательно развивает подход, при котором проектирование начинается не с планировок, а с анализа сценариев жизни будущих резидентов.

Фото: пресс-служба «Юникей» 

— Для нас это не просто новый жилой комплекс. Это проект с определённой философией: человек живёт, работает, воспитывает детей, ставит перед собой цели и при этом имеет возможность, не выезжая за пределы своего дома —удовлетворить все свои потребности, и полноценно восстанавливаться, — отметила управляющий партнер девелоперской компании «Юникей» Айгуль Юсупова.

Компания инвестирует не только в строительство, но и в философию среды. Это выражается в деталях: от функционального зонирования дворов до инфраструктуры, которая делает повседневность комфортной и осмысленной.

ЖК «Ресурс» — пример того, как региональный проект способен задать тренд всей стране. Вместо стандартного набора «квартира + двор + парковка» — комплексная среда, где жильё становится точкой баланса, отдыха и личного ресурса.

- Мы постоянно в задачах, в решениях, в ответственности, и время стало, пожалуй, самым ценным ресурсом. В таких условиях дом уже не может быть просто местом, где мы спим и проводим вечера с семьёй. Хочется, чтобы пространство, в котором ты живёшь, помогало не только справляться с нагрузкой, но и действительно восстанавливаться, - добавила Айгуль Юсупова.

Российский девелопмент постепенно выходит за рамки рационального подхода. Покупатель выбирает не только метры, а стиль жизни.

«Юникей» в Хабаровске демонстрирует, каким может быть следующий этап эволюции рынка: когда жилой комплекс становится экосистемой, поддерживающей человека. И если тренд на осознанное потребление и заботу о себе продолжит усиливаться, проекты вроде «Ресурса» станут не исключением, а новой нормой.

Статистика

В 2025 г. наиболее существенный рост объемов строительных работ на Дальнем Востоке (Таблица 1), относительно 2024 г. продемонстрировали Бурятия (+47,5%), Еврейская АО (+42,2%), а также Чукотский АО (+26,8%) и Камчатский край (+26,7%). Более существенный рост, чем в общем по стране (+2,5%), наблюдался в Хабаровском крае (+18,9%), Амурской области (+6%) и Сахалинской области (+3,9%). Спад был зафиксирован в четырех регионах ДФО. Наиболее существенно сократился объем строительных работ за прошлый год в Магаданской области (снижение индекса до 54,3%). Отрицательную динамику также продемонстрировали Якутия, Забайкальский край и Приморский край.

Таблица 1. Объем работ, выполненных по виду деятельности «Строительство», январь-декабрь 2025 года, в % к соответствующему периоду предыдущего года. 

При этом по общему объему строительных работ в денежном исчислении (Таблица 2) лидерство за прошлый год принадлежит Амурской области (354 580,5 млн рублей), далее следуют Хабаровский край (300 647,0 млн рублей), и Якутия (288 923,3 млн рублей). В данных регионах на показатель влияют крупные объемы промышленного и инфраструктурного строительства. Менее всего строительных работ в денежном выражении осуществлено в Магаданской области (23 918,1 млн рублей) и Чукотском АО (37 324,6 млн рублей).

Таблица 2. Объем работ, выполненных по виду деятельности «Строительство», январь-декабрь 2025 года, млн рублей. 

Что касается строительства жилых домов, то в 2025 г. наиболее значительный рост относительно 2024 г. (Таблица 3) демонстрировали Чукотский АО (+95%) и Магаданская область (+66,7%). Следует отметить, что в Магаданской области и на Чукотке на рост повлиял эффект низкой базы, а по количеству введенных квадратных метров регионы занимают последние места в округе.

Таблица 3. Строительство жилых домов, январь-декабрь 2025 года, в % к соответствующему периоду предыдущего года. 

В Камчатском крае, Якутии, Бурятии, Приморском и Хабаровском краях темпы роста жилищного строительства превысили крайне слабый общероссийский темп (+0,4%). В трех субъектах ДФО динамика за прошлый год оказалась отрицательной – в Амурской области (снижение индекса до 84,6%), Сахалинской области (86,6%) и Забайкальском крае (91,2%).

По объему введенных в прошлом году квадратных метров жилых помещений лидирующие позиции сохраняют Приморский край (1 384,7 тыс. кв. м) и Якутия (809,3 тыс. кв. м). Меньше всего квадратных метров нового жилья введено в Чукотском АО (12 тыс. кв. м), Магаданской области (15,8 тыс. кв. м) и Еврейской АО (39,3 тыс. кв. м).

Таблица 4. Строительство жилых домов, январь-декабрь 2025 года, тыс. кв. м общей площади жилых помещений.

ИЖС

Стоит отметить, что индивидуальное жилищное строительство (ИЖС) составляет более половины от общего объема построенного в ДФО в 2025 г. жилья – 55,6% (2,6 млн кв. м). Лидерами по объему ИЖС на Дальнем Востоке являются Приморский край (711,9 тыс. кв. м, рост на 10,4%) и Якутия (462 тыс., рост на 9,7%).

Проекты, подразумевающие индивидуальное строительство, появляются среди проектов жилищного строительства, реализуемых в рамках комплексного развития территорий (КРТ). Так, в Приморском крае первый договор КРТ для индивидуального жилищного строительства был заключен в декабре минувшего года с компанией S.UN Group^[1] – на застройку территории в селе Прохладное (Надеждинский муниципальный округ). Проект предполагает строительство 120 домов на 13,6 га (с объемом жилья 12,4 тыс. кв. м) и связанной с ними инфраструктуры, благоустройство «Надеждинской набережной» и береговой полосы Углового залива.

В Якутии в текущем году планируется начать строительство малоэтажного квартала (коттеджного поселка) «Эко-квартал «Чэчир» в районе 6-го км Вилюйского тракта (пригород Якутска). Проект предполагает возведение 20 тыс. кв. м жилья, застройщиком является АО «СЗ Республиканское ипотечное агентство» (принадлежит правительству Якутии).

При этом несколько дальневосточных регионов входят в число субъектов РФ с наиболее высокой стоимостью квадратного метра жилья. Чукотский АО занимает первое место по стране с показателем 265 тыс. рублей за квадратный метр, Приморский край – на четвертом месте (178,1 тыс. рублей за квадратный метр, после Москвы и Ямало-Ненецкого АО), Камчатский край – на пятом месте (175 тыс. рублей), Якутия – на шестом (167,8 тыс. рублей).

Производство стройматериалов

В сфере производства строительных материалов на Дальнем Востоке планируется создание ряда новых предприятий. В рамках ТОР «Хабаровск» ООО «Сухие смеси»^[2] рассчитывает в первом полугодии текущего года открыть завод сухих строительных смесей с объемом инвестиций 196,06 млн рублей. Его производственная мощность должна составить 20 тонн продукции в час (от 3,5 до 7 тыс. тонн сухих строительных смесей в месяц). Производимая продукция будет включать цементную и гипсовую штукатурку, клей для керамогранита и универсальные цементно-песчаные смеси.

Хабаровский завод стройматериалов АО «Железобетон-5» намерен запустить в Хабаровске цех горячего цинкования (площадью 9 тыс. кв. м) проектной производительностью 42 тыс. тонн оцинкованной продукции в год. Объем инвестиций оценивается в сумму порядка 1 млрд рублей.

К 2028 г. в Приморском крае компания с китайскими корнями ООО «СБМ»^[3] в рамках ТОР «Большой Камень» планирует построить промышленный комплекс по производству металлических конструкций с объемом выпуска свыше 3 тыс. тонн конструкций в год. Объем инвестиций в проект оценивается в 1,16 млрд рублей. ООО «Энамеру-Дальний Восток»^[4] в статусе резидента СПВ рассчитывает в текущем году запустить в Артёме предприятие по индустриальной покраске материалов. Предполагается, что его мощности будут рассчитаны на ежемесячную окраску до 11,6 тыс. погонных метров профиля и 200 кв. м готовых оконных конструкций.

Завод по производству горячекатанной арматурной стали. Фото пресс-служба правительства Камчатского края

В Камчатском крае в рамках СПВ в сентябре 2025 г. начал работу завод по производству арматурной стали ООО «Завод камчатской арматуры»^[5] мощностью до 30 тыс. тонн в год. В Якутии резидент ТОР «Якутия», компания ООО «Арктикпласт»^[6] инвестирует 52,1 млн рублей в создание в Якутске производства морозостойких полиэтиленовых труб мощностью до 7 тыс. тонн труб в год. Начало выпуска продукции намечено на август 2026 г.

В конце января стало известно, что генеральный директор группы «Смиком» В.Шматов обратился к вице-премьеру, полпреду президента в Дальневосточном ФО Ю.Трутневу с просьбой поддержать приватизацию компанией дальневосточного холдинга «Востокцемент», либо же допустить «Смиком» к управлению активом.

Холдинг «Востокцемент» включает мощности по производству цемента на 3,5 млн тонн в год (АО «Спасскцемент» в городе Спасске-Дальнем Приморского края, филиал «Спасскцемента» «Теплоозёрскцемент» в поселке Теплоозёрск Облученского района Еврейской АО, АО «Якутцемент» в поселке Мохсоголлох Хангаласского района Якутии, филиал «Сахалинцемент» в Южно-Сахалинске Сахалинской области) и мощности по выпуску щебня на 3,7 млн тонн в год («Дробильно-сортировочный завод» в Артёме Приморского края, обособленное подразделение АО «ДСЗ» во Владивостоке, «Владивостокский бутощебеночный завод» во Владивостоке, Дробильно-сортировочный комплекс в поселке Лондоко Еврейской АО на базе ОАО «Лондоковский известковый завод»). Продукция предприятий, входящих в «Востокцемент», составляет порядка 5,7% российского рынка цемента.

Ранее холдинг контролировался семьей экс-мэра Владивостока И.Пушкарёва (занимал пост мэра в 2008-17 гг.), который был арестован в 2016 г. по обвинению в коррупции и в 2019 г. приговорен к 15 годам заключения в колонии строгого режима и штрафу в 500 млн рублей. В сентябре прошлого года Тверской суд Москвы по требованию Генпрокуратуры обратил активы связанных с И.Пушкарёвым компаний «Востокцемент» и «Ренессанс» (строительная компания) в доход государства. В совокупности они были оценены в 79 млрд рублей. У холдинга «Востокцемент» возникли сложности с выполнением обязательств перед поставщиками, выплатой заработной платы и налогов.

Для «Смиком» (до 2019 г. - «Базэлцемент»^[7]) ключевым активом является холдинг «Цемрос» - лидер российского рынка цемента (занимает около 33% рынка). В состав холдинга входят 18 заводов, 30 карьеров, но у него отсутствуют активы на Дальнем Востоке. В ДФО рынок цемента является небольшим, местные производители также конкурируют с импортом из КНР и Вьетнама. В январе-ноябре 2025 г. совокупный объем потребления цемента на Дальнем Востоке составил 3,41 млн тонн (6% от общероссийского спроса), что было на 10% меньше, чем за аналогичный период 2024 г.

Подробную информацию и аналитику по этой и другим актуальным темам можно найти в еженедельном бюллетене EastRussia.

[1] ООО «С.АН Групп», Владивосток, учредитель – экс-руководитель Корпорации развития Приморского края Ольга Сун-Жаю, объединяет трех приморских застройщиков – ООО «СЗ Строй Проект», ООО «СЗ Квадра», ООО «СЗ Взлёт».

[2] Село Ракитное, учредители – Л.Поденков, А.Фадеев (А.Фадеев также является владельцем компании по оптовой торговле зерном ООО «Глобал трейд», логистических компаний ООО «Глобал», ООО «Дальневосточная автомобильная компания»).

[3] China Building Materials LLC, Владивосток, учредители – Сунь Чуньхуэй, Цзинь Сюньчжун и Ху Юйцунь.

[4] Артём, учредитель – О.Силкина.

[5] Петропавловск-Камчатский, учредители – К.Зражва, А.Веприков, А.Хаймурзин, Д.Меламед, Н.Клец, З.Плахотнюк.

[6] Село Капитоновка, учредитель – Н.Горохов.

[7] Входил в холдинг «Базовый элемент», управлявший активами О.Дерипаски.

Хабаровск за последние годы заметно обновляет свой облик: на месте пустырей и устаревшей застройки появляются современные жилые комплексы, формируются новые общественные пространства, подтягивается инфраструктура. Одним из активных участников этого процесса выступает федеральный застройщик «Юникей», реализующий в городе сразу несколько проектов: уже сданы жилые комплексы «Начало» и «Грин» в Краснофлотском районе. По словам экспертов рынка, их появление стало точкой роста для локации: вместе с новыми домами растёт интерес к району со стороны молодых семей, развиваются ранее пустующие локации.

Сейчас компания ведёт строительство сразу нескольких объектов — ЖК Stories, «Сердце Бонивура» и «Грин 2». Кроме того, в этом году девелопер планирует приступить к реализации ещё двух проектов: ЖК «Ресурс» и клубного дома «Гоголь».

Как отмечает управляющий партнер компании «Юникей» Айгуль Юсупова, современные жилые комплексы — это уже не просто квадратные метры, а новая городская среда.

- Для нас важно, чтобы проекты органично вписывались в город и работали на перспективу. Жилой комплекс строится на десятилетия, поэтому мы смотрим шире — как он повлияет на район, на комфорт людей, на городскую среду в целом. Современный девелопмент — это уже часть градостроительной политики. Застройщики сегодня во многом формируют то, каким будет город, — подчеркнула она.

Фото: пресс-служба «Юникей»

По словам Айгуль Юсуповой, спрос на новое жильё в Хабаровске остаётся стабильным, а покупатели становятся более требовательными к архитектуре и благоустройству. Это стимулирует застройщиков предлагать более продуманные решения и конкурировать не только ценой, но и концепцией.

Городские власти, в свою очередь, связывают активное жилищное строительство с комплексным развитием территорий: новые кварталы ускоряют модернизацию инфраструктуры и влияют на развитие города в целом.

Таким образом, новые жилые комплексы становятся одним из драйверов обновления Хабаровска. И если текущие темпы сохранятся, уже в ближайшие годы многие районы города могут заметно преобразиться — как внешне, так и по уровню комфорта для жителей.