Про тенденции, тренды и потенциал лесной промышленности ДФО рассказал в интервью EastRussia руководитель лесного направления инвестиционного департамента Корпорации развития Дальнего Востока и Арктики (КРДВ) Андрей Федоров.
– Андрей Александрович, прежде чем перейти к конкретным аспектам, хотелось бы прояснить, что собой в целом сейчас представляет лесная промышленность Дальнего Востока: заготовка, потенциал. Есть вообще ещё что рубить?
– Начну с самых общих данных: площадь лесного фонда ДФО составляет 554 млн га – это чуть меньше половины общероссийского фонда (48%). При этом почти половина площадей лесных насаждений ДФО – 44% – имеет эксплуатационное назначение, меньшая, но значительная часть – 37% – представлена защитными лесами, выполняющими природоохранные функции. Если измерять наш лес кубометрами – это 25 миллиардов м3. Из этого запаса ежегодно можно вырубать без ущерба для природы 119,7 млн м3 – как раз столько древесины каждый год прирастает на территории Дальнего Востока. Фактически заготавливается 12,8 млн м3. То есть потенциал внушительный – 89%.
Значительная свободная расчётная лесосека находится в Республике Саха (Якутия) – 34,1 млн м3, далее идёт Хабаровский край с 26,2 млн м3, потом Амурская область – здесь лесосека уже меньше, но тем не менее 12,6 млн кубометров, далее Забайкалье, Бурятия, Приморский край и Сахалинская область.
– И кто же это всё рубит-перерабатывает?
– Всего в лесной отрасли Дальнего Востока действует 900 организаций, которые занимаются переработкой, в том числе и лесозаготовкой. При этом на территории округа зарегистрированы 3000 договоров аренды лесных участков с ежегодным разрешённым объёмом заготовки 20 млн кубометров, при, повторюсь, фактической заготовке 12,8 млн м3.
Из общего списка выделяются 18 компаний, реализующих проекты с объемом инвестиций порядка 48 млрд рублей. Они имеют статус приоритетных и реализуются в рамках постановления Правительства РФ № 190 от 23 февраля 2018 г. В рамках этого постановления Правительство предоставляет лесосеку по льготной ставке в обмен на инвестиции: порог входа составляет от 3 млрд рублей для новых предприятий и от 2 млрд для действующих, если они предполагают модернизацию производства.
Работает это так: бизнес разрабатывает план, готовит заявку, обращается в профильное министерство/департамент субъекта РФ. Далее к вопросу подключается Рослесхоз, Минвостокразвития России. Оттуда после согласования проект направляется в Минпромторг. Что происходит в итоге? В итоге государство предоставляет бизнесу лес за 50% от его стоимости без конкурсов и аукционов – под обязательство вложить крупную сумму. В результате уже на старте предприятие обеспечивается сырьём, а это очень важный момент для успешного запуска.
Помимо приоритетных проектов государство оказывает поддержку в виде налоговых преференций через Корпорацию развития Дальнего Востока и Арктики для лесопромышленных проектов. Всего на территории ДФО реализуется 76 проектов, из которых в ТОРах у нас 24 проекта на сумму 6,9 млрд рублей. В их числе ООО «РФП древесные гранулы», которое производит около 100 тыс. тонн пеллет, также «Дальневосточный картонно-бумажный комбинат» в Приморском крае, «ВТК Инвест» в ЕАО и другие.
Резиденты свободного порта Владивосток реализуют 52 проекта с объёмом инвестиций 26 млрд рублей. Крупнейшие производства – это «Евразлес» на Сахалине, «New Forest Pro» в Хабаровском крае и «ФорестГранд» на территории Приморского края.
– Какова ситуация с объемом переработки и с экспортом? Что можно сказать по результатам роста пошлины на вывоз за рубеж круглого леса?
– Пошлины вводили поэтапно, все участники отрасли хорошо понимали каждый из этапов. Напомню – в 2014 году пошлины составляли 25%, в 2021 году 80%. У государства твёрдая позиция – оставлять добавочную стоимость в России, на Дальнем Востоке, а не отдавать её другой стране. Замечу также, что большинство граждан положительно восприняли реформу «декриминализации лесной отрасли».
В результате с 2021 по 2022 годы мощности леспрома по производству пиломатериалов выросли на 15% – это прибавка в почти полмиллиона кубов к существовавшим ранее мощностям. Это достаточно много, при том, что мы с территории Дальнего Востока экспортируем всего порядка 4 млн тонн готовой продукции. Полмиллиона кубометров – это прибавка в почти 8%. Это, конечно, здорово.
Плюс выросли производственные мощности по шпону, по пеллетам на 42% – на 62 тыс. тонн в натуральном выражении. В целом история с поднятием пошлин на экспорт необработанной древесины положительно повлияла на лесопромышленный комплекс.
– Аналитики EastRussia, которые готовят бюллетень с отраслевыми обзорами, в актуальном выпуске приводят такие показатели по Хабаровскому краю: лесопромышленные предприятия региона в январе-апреле 2023 г. снизили производство пиломатериалов на 23,3% к аналогичному периоду прошлого года, производство шпона сократилось на 46,7%, производство пеллет – на 12,6%. Экспорт региона в первом квартале составил 1 млн куб. м лесопродукции – сокращение по отношению к аналогичному периоду прошлого года на 15%.
– Чтобы понять почему это произошло, нам надо посмотреть на ситуацию в масштабах страны. Основными рынками для России являлись страны Евросоюза – порядка 40% экспорта. Остальное все уходило на рынки Азии, причём не только Китая, это и Узбекистан, и Таджикистан, все постсоветское пространство. Все компании из Центральной части и Северо-Запада РФ экспортировали в Европу. Но недружественные страны ввели санкции, и вся масса продукции поехала по остальным рынкам. Предложение резко выросло, это привело к снижению цен. Очевидно, что в таких условиях продолжать наращивать производство невозможно.
Напомню – в 2021 российский экспорт обработанных лесоматериалов по итогам 2021 года составил более 20 млн м3, и внушительная часть этого объема сейчас переориентируется на Восток. Но тут у дальневосточников есть преимущество: если лесопромышленные предприятия центральных регионов страны вынуждены перестраиваться на новые рынки, искать партнёров, транспортировать древесину через всю страну, то предприятиям Дальнего Востока не приходится заниматься такой деятельностью. Партнёрские отношения стабильны, поставки налажены.
Если вернуться к цифрам верхнего уровня по лесозаготовке – по итогам 2022 года – мы просели на 7%, но осуществили рост продукции по пеллетам – 33%, по пиломатериалам на 10%, по целлюлозе на 10%.
– Именно Дальний Восток?
– Да, мы сейчас говорим именно про Дальний Восток. Кроме того, на лесопереработке увеличилось количество рабочих мест.
– Кто-то из заготовителей воспользовался предложениями по льготному кредитованию для покупки оборудования и прочего?
– Да, конечно. Если коротко, то на льготные кредиты по программе лесной промышленности, которые выдает Фонд развития промышленности, было подано 8 заявок на общую сумму займов около 0,5 млрд рублей. Есть отдельная программа по проектам развития – это льготный кредит под 1 и 3 % и есть проекты лесной промышленности совместно с региональным фондом развития промышленности. Причем инструменты поддержки постоянно развиваются: до недавнего времени проекты лесной промышленности финансировались «50 на 50» – 50% федеральных денег и 50% региональных. Позже произошло перераспределение – 90% даёт федеральный Фонд развития промышленности и 10% – региональный.
В итоге 11 проектов получили поддержку на сумму 2,3 миллиарда рублей. Если приводить примеры, то самый наглядный – «Тумнинский прииск» в Хабаровском крае. Инвестиционный проект по переработке древесины. Стартовали в конце 2021 года – запустили производство пиломатериалов, потом построили цех для производства шпона проектной мощностью 25 тыс. м3 в год, экспортируют его в Китай. В феврале 2023 года КРДВ заключила с ними договор о сотрудничестве. Проект получил статус приоритетного, с объемом инвестиций 1 миллиард рублей. Взяли кредит в Фонде развития промышленности под сушильные камеры, собираются строить ещё один цех по производству фанеры, планируют стать резидентом территории опережающего развития.
– В беседах с лесозаготовителями постоянно звучит проблема балансовой и тонкомерной древесины – переработчикам она не нужна, а её доля – порядка 40%. Есть ли какие-то наработки, способы пустить эту древесину в дело?
– Наработок много, тонкомеры, балансы можно перерабатывать в щепу, пеллеты и варить целлюлозу. Что касается выпуска именно этой продукции, на Дальнем Востоке действует Селенгинский ЦКК, который из балансов производит разные виды продукции. Да, это далеко и балансы нужно туда везти. Однако есть крупные предприятия в Хабаровском крае, которые отдают такую древесину с дисконтом, чтобы освобождать свои склады и не останавливать собственную переработку.
– Внутренний спрос сейчас существенно ниже объёмов экспорта, но поднимать его всё же нужно. В феврале 2023 года на совещании по развитию лесопромышленного комплекса Президент поддержал предложения Минстроя по стимулированию спроса на строительство домов из деревянных конструкций. Что было сделано после этого? На какой стадии разработка нормативной документации по деревянным многоэтажным домам? Готов ли кто-то из контрагентов КРДВ выпускать комплектующие для такого строительства?
– По статистике в России сейчас потребление древесины на человека составляет всего 2 кубометра. Какие здесь есть варианты по его увеличению? Конечно же строительство – черновая отделка, опалубка для фундаментов и всего прочего. Второе – мебельная промышленность, далее – опять-таки плитное производство и деревянное домостроение.
Но встают вопросы: насколько экономично это будет построить панельный или деревянный дом? Захотят ли люди жить в деревянных домах? Вопросы эти однозначного ответа не имеют. Многие привыкли жить урбанизировано, в комфорте. Если мы посмотрим на Дальний Восток – он тоже весьма урбанизирован, жители сконцентрированы в городах, а не в посёлках. При этом все отдают себе отчёт, что в частный дом нужно постоянно вкладывать силы и средства. Да, есть такая категория людей, которые хотят жить в своём доме и готовы на сопутствующие условия, но нельзя сказать, что таких людей так много, чтобы их запрос обеспечил бы взрывной подъём частного и, особенно, деревянного домостроения.
Здесь на первый план как раз выходят многоквартирные деревянные дома. Активно работу в направлении ведёт «Segezha Group» (входит в АФК «Система» - прим. ред.). Они построили в Вологде два четырёхэтажных дома из CLT-панелей (CLT – Cross Laminated Timber – это сухие перекрестно склеенные деревянные плиты с влажностью 12% – прим. ред.). Производитель сообщает, что среди очевидных преимуществ CLT - огнестойкость, сейсмостойкость, отсутствие усадки, сопоставимая с бетоном прочность. При том, что здания из CLT могут простоять без капитального ремонта около 50 лет, они в пять раз легче железобетона. К слову, в Норвегии построили 18-ти этажный дом из таких же панелей – с лифтом и прочими атрибутами «обычной» многоэтажки, в Австрии построили небоскрёб высотой 84 метра. А первая девятиэтажка «Сегежи» сейчас проходит экспертизу. Об этом во время совещания по вопросам строительной отрасли министр строительства и жилищно-коммунального хозяйства Ирек Файзуллин и генеральный директор ГК «CLT Девелопмент» (дочка АФК «Система» - прим. ред.) Павел Карнаух доложили Президенту. Но необходимо ещё получить со стороны МЧС все разрешения в части пожаробезопасности таких домов.
Причем девятиэтажные дома –не предел. Уже есть и 12-ти этажные, есть и выше. Обязательно нужно эту тему продвигать. К слову, в Хабаровском крае есть проект по производству модульных деревянных домов CLT с мощностью по производству 400 тыс. кв. м. Сейчас под него активно ищем инвестора.
– Ваш прогноз, если все согласования будут проходить идеально, когда мы увидим многоквартирные деревянные дома на Дальнем Востоке?
– Если все процессы будут происходить в идеальном режиме, то в горизонте пяти лет можно будет рассчитывать на появление многоквартирных деревянных домов на Дальнем Востоке.
– А какой прогноз Вы бы сделали по развитию отрасли, экспорта древесины в целом? Ждать нам резких каких-то рывков – подъёма, спада? Схлопнутся ли все небольшие предприятия?
– Мне кажется, что мелкие предприятия не схлопнутся, ниши есть для всех. В глобальном смысле резких изменений не произойдёт, по крайней мере, на территории Дальнего Востока. Да есть тренды на укрупнение бизнеса, но всё же в отрасли места всем хватит, причём у предприятий Дальнего Востока, повторюсь, ситуация намного выигрышнее, чем у их коллег с Северо-Запада и Центральной части России, которым приходится радикально перестраивать свои поставки на новые для них рынки.
К тому же государство и Корпорация развития Дальнего Востока и Арктики проводят большую работу по поддержке предприятий лесной отрасли в форме предоставления различных льгот и преференций – про них мы в самом начале говорили. Это и предоставление лесосеки в обмен на инвестиции, и дешевые кредиты, помощь с инфраструктурой. Ведь если в целом посмотреть рентабельность лесных проектов, то она составляет порядка 20% – я сейчас говорю про производство пиломатериалов, шпона и прочего – это с учётом мер поддержки, если без мер поддержки, то рентабельность порядка 15%. Разница в 5% – это весьма значимый показатель.
На мой взгляд, глобальных, как позитивных, так и негативных, изменений в текущем году ждать не стоит. Это связанно с перераспределением товарных потоков не только внутри страны, но и далеко за её пределами. По итогам перераспределения будет более ясно, на какие сегменты будет расти спрос, и, как следствие, – будут открывается ниши для инвестирования.
Если смотреть в более долгосрочной перспективе, то в ЛПК ДФО довольно значительные перспективы. Основной потребитель в лице Китая рядом – затраты на логистику минимальны, объемы не используемого лесного фонда, в структуре которого преобладают эксплуатационные леса, предназначенные для вырубок, дают значительный потенциал для инвестиций и создания новых рабочих мест.
беседовал Алексей ЗбарскийГод спустя после первого разговора (см. материал «Необработанные алмазы экспортировать можно, круглый лес нельзя») корреспондент EastRussia расспросил генерального директора АО «Шелеховский КЛПХ» – одного из крупнейших предприятий Хабаровского края, специализирующегося исключительно на заготовке круглого леса, о состоянии возглавляемого им предприятия и отрасли в целом.
– Сергей Николаевич, с прошлой нашей беседы прошел ровно год, какая сейчас ситуация на вашем предприятии?
– Никакая. Мы не заехали в тайгу на заготовку.
– Как так? Совсем?
– Мы совсем не ведём заготовку в сезоне 2022 – 2023. В 2022 г. у нас велась работа на двух участках, участки работали до мая месяца. Заготовили около 40 тыс. кубометров и встали – склады затоварены, продукцию никто не покупает, на экспорт действует запрет. На нижних складах АО «Шелеховский КЛПХ» скопилось 330,6 тыс. м3 лесопродукции, которая теряет ежесезонно свою товарность.
– Из заготовленных 40 тысяч кубометров что-то удалось продать – из деловой древесины?
– Мы в 2022 году продавали только дрова населению и организациям ЖКХ в тех поселениях Ульчского и Комсомольского районов, с которыми у нас договоры. На переработку ни куба у нас не взяли.
– Никому не нужно качественное сырьё?
– Так сложилось, что рынок оказался перенасыщен пиломатериалами после введённых санкций. Недружественные страны отказались от нашей готовой лесопродукции, включая, шпон. Мы рассчитывали, что в летний период продадим хоть что-то, но переработка остановилась из-за отсутствия рынка сбыта.
– А кому вы предлагали ваше бревно?
– Мы вели диалог с Дальлеспромом (АО «Дальлеспром» централизует функциональные службы для бизнес-единиц по лесозаготовке, лесопереработке и торговле лесом, имеет собственную заготовку, реализует проект «Дальневосточный центр глубокой переработки древесины» на своей площадке в г. Амурске – прим. Ред.), они у нас неплохо покупали в 2021 году. Но из-за возникших сложностей, о которых я уже сказал, покупать в 2022 году они у нас не стали.
К слову сказать, сложности возникли не только у Дальлеспрома, но и у других больших переработчиков. Никто из них не покупал.
Об этом всём мы – представители отрасли и власти говорили 26 января 2023 года на отраслевом совещании в Хабаровске. Его вёл руководитель Рослесхоза Иван Васильевич Советников. Там были и представители из субъектов ДФО – Приморья, Сахалина, Амурской области, Бурятии… Вспоминали там совещание, которое до этого проводил Президент В.В. Путин в Москве, и на котором говорилось, что очень сложная ситуация в лесной промышленности. При этом основной упор делался на ситуацию на Северо-Западе, хотя и на Дальнем Востоке всё очень серьёзно.
Президент В.В. Путин на том совещании напомнил о запрете экспорта круглого бревна, необходимости развивать внутренний рынок, и о сохранении трудовых коллективов в лесном комплексе. Задачи злободневные, но надо понимать, что запрет экспорта круглого леса поставил лесопромышленников, на грань выживания.
И чтобы вы понимали – даже если сейчас дадут «добро» на экспорт круглого леса, мы не сможем «на раз-два» начать его заготовку. Отрасль катастрофически теряет кадры. Люди уходят, потому что видят нездоровую ситуацию в лесозаготовке, видят отсутствие перспектив, что если не сегодня, так завтра всё схлопнется. И они уходят уже сейчас, не дожидаясь массовых увольнений, когда найти более-менее прилично оплачиваемую работу будет в разы труднее. Элитные рабочие – я так называю профессионалов, работающих на харвестерах, форвардерах, бульдозеристов, опытных дорожников – они все уже ищут работу в отраслях, с высокой стабильностью.
Поэтому Президент В.В.Путин поставил задачу правительству, так как на уровне предприятия ее не решить. Нужна поддержка всей отрасли, глобальная поддержка причём, чтобы люди вновь увидели в лесопромышленном комплексе перспективу многолетней работы с хорошим заработком.
– Конкретно с коллективом вашего предприятия как обстоят дела?
– У нас сейчас работают сторожа, дорожно-строительный участок время от времени активизируем его работу по мере необходимости, офисные работники… В целом у нас наполняемость от штатной численности 45%. Соответственно выбыло – 55%. А из тех 45%, которые остались – половина находится в отпусках. То есть четверть коллектива работает – те самые сторожа, кладовщики, вспомогательный персонал…
– То есть кадровый вопрос сейчас самый больной для лесозаготовителей?
– Если бы. Серьёзным препятствием для многих уже становится отсутствие оборотных средств. Но если вдруг разрешат экспорт кругляка, то вопрос можно будет решить привлечением кредитов.
Однако ещё одна проблема новая объявилась – с запасными частями для техники. Мы научились работать на многооперационных машинах импортного производства – отечественных аналогов им нет. И если раньше поставку определённой запчасти мы ждали максимум 10 дней, то сейчас до 5-6 месяцев. И техника в это время простаивает. Хочется надеяться, что поставщики сейчас отработают цепочки поставок и сократят сроки, но не думаю, что смогут привозить запчасти быстрее, чем за два месяца.
– Плюс застарелая проблема затоваренности складов балансовой и тонкомерной древесиной, так?
– Да-да. Как раз с той древесиной, которую мы хотели бы отправлять на экспорт как раньше. Поясню для тех, кто не совсем в теме - мы обязаны и вывозим из леса всю заготовленную древесину, независимо от её качества – и толстомер, который охотно берут переработчики, и тонкомер, и балансовую древесину (как правило это вершинные (тонкие) части деревьев, или имеющие пороки – гниль, высокую кривизну и т.п. – прим. Ред). Мы сделали учет по нашим заготовительным участкам и подсчитали, что такой древесины у нас в общей сложности 40%. То есть 60% – это то, что может купить переработчик, а остальное сейчас остаётся у нас на нижних складах, если точнее - копится с 2018 года. И вот этот лес мы могли бы продавать в тот же Китай.
– А что с переработкой? Ведь с января 2022 года началось субсидирование внушительной части затрат – раньше вы платили 36 рубля за киловатт, а сейчас сколько?
– Да, с 1 января 2022 года стали субсидировать и сейчас мы платим 6 рублей 80 копеек плюс НДС. Но это запоздалая поддержка. Когда электричество было по 36 рублей, организовывать даже минимальную распиловку было бы верхом недальновидности и прямой дорогой к банкротству. Сейчас да 6-80 руб. за киловатт, но вдруг завтра, через полгода эту субсидию уберут?
Я в прошлом году рассказывал, что пока электричество, ГСМ в 90-х стоили не в пример дешевле, чем сейчас, мы запускали деревообрабатывающий завод, который производил пиломатериалы по номенклатуре японского рынка. Но произошел скачок тарифов, цен на ГСМ и это сделало лесопиление в наших условиях убыточным.
Сейчас, с нынешней рыночной конъюнктурой, логистикой и прочими факторами трудности испытывают даже крупные предприятия региона, которые и оснащены по последнему слову, и особые статусы имеют.
– И что, по Вашему, надо сделать, чтобы исправить ситуацию, сохранить производство и коллективы?
– Надо организовать продажу леса по нормальным ценам. Нужен рынок сбыта – пусть даже внутренний. Ещё лучше – вернуть возможность экспорта круглого леса.
Ведь запретительные меры рождались изначально под флагом декриминализации отрасли. Плюс на это же должна работать ЛесЕГАИС (Единая государственная автоматизированная информационная система учёта древесины и сделок с ней – прим. ред.), для этого же вводились электронные сопроводительные документы. Но почему тогда, сейчас, при отсутствии внутреннего рынка, надо закрывать продажу круглого леса за рубеж? Мне это непонятно.
Мне непонятно почему сегодня топливное сырьё – биомасса, биотопливо которое используется для производства тепла и электроэнергии – его можно экспортировать по ставке в районе всего 6%, а для баланса экспортная пошлина – 80%, ну или вот как сейчас просто полный запрет. При этом, что топливное сырьё, что баланс, это по большому счету одно и то же дерево, но разной геометрии, размеров и качества.
Поэтому и большие инвестпроекты, которые должны приносить прибыль, несут колоссальные убытки и не видят перспективы. Убытки связаны с тем, что в конечную цену произведённой продукции они вынуждены закладывать расходы, понесённые на заготовку и вывозку балансовой и тонкомерной древесины, для которой нет ни рынка сбыта, ни утилизатора – производства вроде целлюлозно-бумажного комбината.
Чтобы было понятней приведу цифры по производству п/материалов:
1. В расчет берем 100 м3 сортиментов (деловой древесины), вывезенных с деляны на сортировочный пункт лесопильного завода.
2. В результате сортировки получаем:
· 1,2,3, сорт диаметр 18 см. и выше – 60 м3
(Это сырье для лесопиления)
· Тонкомерная древесина диаметр с 8 см. до 16 см. и низкосортная древесина «Баланс» невостребованных для дальнейшей переработки – 40 м3.
3. В результате распила 60м3 сырья для лесопиления (1,2,3, сорт диаметр 18 см. и выше) получаем:
· п/материалы (по инвойсу) – 30 м3
· промышленные отходы лесопиления – 30 м3.
Вывод:
1. Со 100 м3 сортиментов, вывезенных с деляны, после сортировки и распила, получаем:
· 30 м3 п/материалов;
· 70 м3 промышленные отходы, в т.ч.:
- 30 м3 отходы лесопиления
- 40 м3 невостребованная для дальнейшей переработки лесопродукция, затраты по заготовке и вывозке ложатся на производство п/материала.
2. Чтобы снизить затраты на производство п/материалов, необходимо решить вопрос по реализации тонкомерной и низкосортной древесины.
Причем лесозаготовителям по большому счету всё равно, какой будет механизм продаж балансов и тонкомерной древесины. Если государство опасается, что бизнес будет обманывать при экспорте заграницу, пусть государство возглавит эти продажи. Была ведь речь о создании Единого оператора, который бы стал единственным же экспортёром.
– Какой ваш прогноз? Какую картину мы увидим через год – в январе-феврале 2024-го, если условия не изменятся?
– Если ничего не изменится, то серьёзные последствия мы увидим даже раньше – через 3-6 месяцев. У нашего предприятия, у остальных тоже, это вопрос финансового результата. Если уже сегодня наши «великаны» говорят, что зарабатывают убытки по 100-200 миллионов рублей в месяц, откуда они возьмут деньги, чтобы держать их в обороте?
– Вот на недавнем совещании «Лесной комплекс Дальневосточного федерального округа в новых экономических условиях», о котором вы упоминали, вы доводили эту информацию до руководства Рослесхоза?
– Доводили, и председатель ассоциации «Дальэкспортлес» об этом говорил, об этом же говорил и Генеральный директор Приморской ассоциации Лесопромышленников и экспортеров леса.
Ещё раз повторюсь в сложившейся экономической и санкционной ситуации – на нашем уровне: уровне заготовителей, переработчиков, нет возможности создания рецептов, которые спасли бы и производство, и коллективы. Мы видим и предлагаем один, беззатратный для бюджета рецепт оздоровления лесной отрасли ДФО – открыть экспорт «кругляка» и обнулить экспортные пошлины. Если государство предложит другой рецепт, создаст рынок сбыта, мы будем его только приветствовать.
В наибольшей степени кризисные явления в ЛПК угрожают небольшим предприятиям ДФО, не располагающим широкими возможностями в развитии перерабатывающих производств. При этом крупные игроки отрасли рассчитывают увеличивать инвестиции в данном направлении.
Представители лесной отрасли сталкиваются с убытками на фоне снижения производства, падения цен на лесоматериалы (к июлю текущего года на 25% по отношению к аналогичному периоду 2022 г.) и сокращения заготовки древесины. Дальневосточные лесопромышленники обеспокоены невозможностью экспортировать необработанный лес в условиях дефицита в макрорегионе крупных перерабатывающих мощностей. В частности, депутаты парламента Хабаровского края в июле направили обращение к вице-премьеру, полпреду президента в ДФО Ю.Трутневу с просьбой поддержать отрасль путем введения моратория на запрет экспорта круглого леса.
Напомним, что данный запрет был введен в 2022 г. Основным потребителем продукции из необработанной древесины является Китай. В первом квартале 2023 г. экспортные поставки круглых лесоматериалов из РФ снизились в 2,7 раза, до 586 тыс. куб. м (почти 90% направлены в КНР).
При этом в Хабаровском крае на региональном уровне введены некоторые дополнительные меры поддержки лесопромышленного комплекса и стабилизации его работы. В частности, предусмотрена рассрочка платежей по договорам аренды лесных участков. Лесопромышленные предприятия Хабаровского края в январе-апреле 2023 г. снизили производство пиломатериалов на 23,3% к аналогичному периоду прошлого года, производство шпона сократилось на 46,7%, производство пеллет – на 12,6%. Что касается экспорта, то в первом квартале регион экспортировал 1 млн куб. м лесопродукции, сократив показатель по отношению к аналогичному периоду прошлого года на 15%.
Наибольшая доля в экспорте хабаровского леса в январе-июне пришлась на пиломатериалы (68,5%), деловую древесину (25,9%), а также пеллеты, шпон и опилки (9,6%). При этом доля пиломатериалов в экспорте увеличилась на 0,2 п.п., деловой древесины - уменьшилась на 3 п.п., а прочих лесоматериалов (пеллеты, шпон, опилки) - снизилась на 4 п.п. В основном экспорт осуществлялся в КНР, а также в Японию и Республику Корея. В поисках новых рынков сбыта один из крупных хабаровских экспортеров лесной продукции, ООО «Лесное дело» отгрузило 100 куб. м в качестве пробной партии пиломатериалов из лиственницы в Узбекистан.
Кроме того, хабаровские депутаты предлагают приостановить взимание вывозной таможенной пошлины (10%) на пиломатериалы влажностью свыше 22%[1]. Подобную просьбу ранее уже озвучивали в общероссийской организации малого и среднего предпринимательства «Опора России». В апреле соответствующее обращение было направлено вице-премьеру В.Абрамченко. В организации предлагали ввести минимально возможный уровень пошлины в размере 1% на три года. По прошествии трех лет пошлину вновь предлагалось поступательно повысить до заградительного уровня. Необходимость такой меры объясняется дефицитом сушильных мощностей на Дальнем Востоке, где ограничение экспорта наносит урон малым и средним предприятиям, не имеющим сушильных мощностей. В то же время доля пиломатериалов с естественной влажностью во всем российском экспорте пиломатериалов оценивается не более чем в 20-30%. В основном он приходится на страны СНГ и на КНР.
Стоит отметить, что экспортные барьеры для непросушенных пиломатериалов ужесточались с июля 2021 г. Для хвойных пород и дуба ставка пошлины составила 10%, но не менее 13 и 15 евро за один куб. м соответственно. Ранее пошлина по данным категориям не взималась. Размер экспортных пошлин на бук и ясень составил 10%, но не менее 50 евро за один куб. м. До этого пошлины на данные виды пиломатериалов составляли 10%, но не менее 10 и 12 евро за один куб. м соответственно. Предполагалось, что введение пошлины позволит ограничить вывоз необработанной и грубо обработанной древесины под видом пиломатериалов и поощрить выпуск продукции с более высокой добавленной стоимостью. Действие пошлин было продлено до конца 2022 г., а затем – до конца 2025 г.
При этом в целом по итогам 2022 г. объем экспорта пиломатериалов из РФ упал на 22%, до 23,4 млн куб. м. Выпуск пиломатериалов в стране за прошлый год снизился на 10,3%, до 29 млн куб. м. В первом квартале 2023 г. сокращение экспорта пиломатериалов в России составило 20,9% - до 4,5 млн куб. м. Основу экспорта составляют доски и брус из сосны, ели и лиственницы.
В то же время растет экспорт пиломатериалов в Китай. За первое полугодие 2023 г. он вырос на 5% относительно аналогичного периода прошлого года, превысив 6 млн куб. м. Доля Китая в экспорте превысила 60% (в 2021 г. – 44%, в 2022 г. – 49%).
Также «Опора России» предлагает поддержать экспорт путем сокращения транспортных расходов – с помощью распространения субсидирования транспортных расходов при экспорте лесной продукции на все пункты отправления (в том числе в ДФО), не ограничиваясь портами Северо-Западного ФО (где расположены наиболее крупные лесоперерабатывающие предприятия).
Тем временем холдинг Segezha Group заявил о наличии проблем на активах в Иркутской области, связанных с логистикой. В холдинге отметили, что доставка продукции в КНР является более выгодной из далекой от Иркутской области и Китая Онеги в Архангельской области (железнодорожная станция в регионе), чем из самого Приангарья. В Segezha Group отмечают необходимость увеличения транспортной субсидии для экспорта.
При этом Segezha Group намерена принять участие в проекте по переработке накопленных отходов лесопиления в Иркутской области. Отходы предполагается перерабатывать в органоминеральное удобрение (технология, разработанная Иркутским институтом химии им. А.Е. Фаворского СО РАН, апробирована в 2021 г. в Усть-Куте национальной ассоциацией лесопромышленников «Русский лес»[2]). В текущем году предполагается переработать таким способом в регионе 1,5 тыс. куб. м отходов лесопиления.
Попытки инвестировать в развитие переработки предпринимают и крупные дальневосточные предприятия. Приморская группа «Тернейлес»[3] инвестировала 4,5 млрд рублей в создание новых производственных комплексов. Так, ОАО «Тернейлес» (базовая компания группы) в феврале прошлого года ввело в эксплуатацию завод по переработке тонкомерной хвойной древесины в поселке Пластун (Тернейский район). Строительство предприятия велось с весны 2019 г. Мощность производства составила 150 тыс. куб. м в год. Объем инвестиций в проект оценивается в 2,4 млрд рублей. Еще 2 млрд рублей было инвестировано в строительство сушильного комплекса в Пластуне мощностью 345 тыс. куб. м сушильного материала в год. Строительство началось в апреле 2021 г. В октябре 2022 г. были введены в эксплуатацию сушильные камеры, в марте 2023 г. начали работу автоматические линии сортировки и упаковки сухого пиломатериала производства австрийской компании Springer Maschinenfabrik AG.
Еще одно предприятие группы – ОАО «Рощинский КЛПХ» (село Рощино, Красноармейский район) направило 280 млн рублей на модернизацию действующего завода по переработке твердолиственных пород и запуск новой линии по переработке хвойной древесины.
В прошлом году «Тернейлес» экспортировал 772,7 тыс. куб. м продукции на сумму 7 млрд рублей, сократив результат к 2021 г. на 12,7%. В наибольшей степени сократились поставки в Японию – было экспортировано 66,9 тыс. куб. м, тогда как в 2021 г. экспорт в Японию составил 370 тыс. куб. м (сокращение на 81%). В Японию прекратились поставки шпона и щепы технологической, в связи с чем холдинг был вынужден сокращать объемы производства шпона и приостанавливать лесозаготовки в сентябре-октябре 2022 г.
Таким образом, лесная отрасль на Дальнем Востоке в текущих условиях испытывает ряд проблем. Лесная промышленность остается экспортоориентированной, поскольку потенциал внутреннего потребления оценивается как ограниченный. Кризисные явления в меньшей степени проявляются в лесной отрасли ДФО за счет традиционной ориентированности на рынки сбыта АТР, но и в данном макрорегионе лесопромышленники вынуждены сокращать экспорт на ряде традиционных направлений, таких как Япония и Южная Корея. Также препятствием для поставок на внешние рынки служат логистические ограничения. По этой причине лесопромышленники рассчитывают на дополнительную поддержку со стороны государства. Проблемой дальневосточного ЛПК остается и более низкий уровень развития лесопереработки. В регионе, несмотря на отдельные проекты, пока сохраняется дефицит крупных перерабатывающих производств.
Подробную информацию и аналитику по этой и другим актуальным темам можно найти в еженедельном бюллетене EastRussia.
[1] Естественная влажность древесины – показатель, отражающий процент влаги, содержащийся в ней на момент заготовки. В зависимости от региона, породы дерева и сезона влажность пиломатериалов находится в пределах 30-100%. К сухой (обработанной) древесине относят древесину с процентом влажности 22% и ниже.
[2] Отраслевая ассоциация, объединяет предприятия ЛПК в стране (более 30).
[3] 45% принадлежит японской компании Sumitomo Corp., 30% - гендиректору В.Щербакову.
Уже через год в России может начаться массовое строительство деревянных многоквартирных домов. Предполагается, что таким образом будет создан рынок внутреннего потребления продукции предприятий лесной промышленности, которые из-за действующих ограничений на экспорт древесины и пиломатериалов оказались в критической ситуации. У проекта деревянных многоэтажек много сторонников, но есть и немало скептиков, указывающих на слабые места многоквартирных «деревяшек».
Многоэтажное деревянное домостроение – экологичный тренд, который добрался и до России. Законодательная база в этом направлении готовится с 2019 года. В прошлом году комитет Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике поддержал несколько изменений в Лесной кодекс. Сейчас приоритет вопроса повысился в том числе из-за санкций, которые перекрыли экспорт продукции деревопереработки высокого уровня. Всем предложениям по повышению спроса на древесину и продукцию глубокой переработки, которая бы упростила массовое строительство домов из этого материала, гарантировано пристальное внимание.
По словам председателя комитета по экономической политике и собственности Законодательного собрания Приморского края Владимира Исакова, в России, учитывая ее ресурсную базу, деревянное домостроение нужно стимулировать и развивать специальными государственными программами, которые будут поддерживать производителей. При этом не только мотивируя их к переработке, но и давая возможность заработать экспортом.
Осенью прошлого года Законодательное собрание Приморья обратилось к председателю Правительства РФ с просьбой разрешить экспорт необработанной древесины диаметром более 40 сантиметров.
– Вывоз с территории России необработанных и грубо обработанных лесоматериалов хвойных и ценных лиственных пород запрещен с 1 января 2022 года. Производителям было предложено оставлять пиломатериалы высокой степени переработки и готовые изделия. Мерами поддержки отрасли в данном случае видится не только разрешение экспорта, но и увеличение объемов внутреннего потребления продукции лесозаготовителей. И как раз здесь, многоэтажное деревянное домостроение вполне вписывается в экономику, – подчеркнул Владимир Исаков.
Председатель комитета отметил, что в реализации проекта могут быть использованы разные инструменты поддержки: ипотека, субсидирование производства, налоговые льготы, а также госзаказ.
Многоэтажное деревянное строительство нацелено на масштабный подход, но поддержка леспрома вернет в игру и малый/средний бизнес, занимающийся индивидуальным жилым строительством.
– У меня микрокомпания, строим дома из клееного бруса, – рассказывает директор ООО «Вертикаль» Андрей Ковалёв. – Спрос на деревянное домостроение есть, точнее, был. Раньше сдавали по 5 домокомплектов в месяц, люди интересуются, сама идея неплоха. Сейчас, из-за специальной военной операции доход упал, провалы по 3-4 месяца. Экономическая ситуация в стране оставляет желать лучшего. Мы готовы подхватить, но хотелось бы не кабальные кредиты, а посильные в современных условиях 2 процента, – делится своими проблемами строитель.
О своем домике из бруса на лоне природы мечтает немало людей, но деревянные высотки для большинства российских жителей – это жилье, вызывающее пока много вопросов.
– Нужно понимать, что для запуска массового строительства домов из CLT-панелей (CLT - англ. Cross-Laminated Timber – панели из перекрестноклееной древесины с высокими физико-механическими и теплоизоляционными свойствами. Такие панели могут воспринимать большие нагрузки без усадки и деформации. Применяется в качестве несущих и ограждающих элементов стен, пола и крыш – прим. Ред.) по всей России, необходимо рассмотреть климатические особенности каждого региона. В большинстве регионов потребуется дополнительное утепление и вентиляция. Что накладывает серьезный отпечаток на бюджет. Далее, за домами из CLT-панелей нужен тщательный периодичный уход - обработка, пропитка. Если не соблюдать рекомендации по уходу, срок эксплуатации данных домов может существенно снизиться. Исходя из этого, отзывы клиентов могут быть крайне неоднозначными, так как в настоящее время не разработан специальный регламент обслуживания домов из CLT-панелей, – рассуждает Владимир Рогозин, куратор по загородной недвижимости агентства недвижимости «Этажи» во Владивостоке.
изображение - фрагмент презентации Segezha group
Риэлтор рассказал, что человек, озаботившийся покупкой жилья, чаще всего не имеет четкого представления о том или ином виде строительства или тонкостях технологии. Гораздо больше его волнуют вопросы, касающиеся пожарной безопасности, экологичности и срока службы дома, в котором находится его квартира. Что касается CLT-панелей, многие покупатели, говорит Рогозин, зачастую не знают или не слышали о них. Как результат, они не имеют представления о всех преимуществах и недостатках данной технологии строительства. «Я считаю, что дома из CLT-панелей могут прижиться в современной России только при выполнении определенных условий, а именно – адекватная стоимость, качество, безопасность, уход, положительные рекомендации», – считает эксперт.
Вместе с тем, специалист сомневается, что жилье в деревянных домах будет по карману массовому потребителю. «Дома из клееного бруса в России стоят дороже, чем дома из другого материала. В основе технологий из CLT-панелей лежит как раз технология производства клееного бруса. Технология изначально зарекомендовала себя как надежный материал для строительства. Но в тоже время очень дорогой для производства», – говорит Рогозин.
Однако, продолжает специалист, если будет налажено крупномасштабное производство, стоимость домов из CLT-панелей станет ниже, чем индивидуальные жилые дома из клееного бруса, но также дороже чем другие материалы.
Вместе с тем, уверен эксперт, у таких домов, в сравнении с домами из аналогичных деревянных материалов, есть масса положительных качеств, а именно: пожарная безопасность (повышенная огнестойкость категории Rei 30-120), экологичность (они не содержит вредных веществ таких, как, например, фенолформальдегид, который содержится в других деревянных аналогах), сейсмоустойчивость, скорость постройки.
В конце 2020 года президент РФ Владимир Путин поручил правительству изучить вопрос, и уже в 2022 году Минстрой утвердил дорожную карту по развитию деревянного домостроения до 2024 года. В качестве пилотного проекта в прошлом году в Вологодской области было возведено четырехэтажное здание с использованием CLT-панелей, рассчитанное на 32 квартиры. Внешняя и внутренняя отделка – деревянные, включая потолок, стены.
Четырёхэтажный clt-дом в г. Сокол, построенный Segezha Gropu
На совещании по развитию лесопромышленного комплекса, состоявшемся 10 февраля 2024-го, Президент поддержал предложения Минстроя по стимулированию спроса на строительство домов из деревянных конструкций.
«Можно более широко применять технологии деревянного домостроения в целом, использовать типовые проекты зданий – конечно, с соблюдением всех требований безопасности, - сказал он. Прошу Правительство, Минстрой вместе с регионами проработать этот вопрос.
Кроме того, уже в текущем году нужно задействовать малоэтажные деревянные дома заводского изготовления в программе расселения аварийного жилья.[...] Для целого ряда регионов, для многих наших граждан это может стать действительно удобным, эффективным решением».
В целом, деревянные дома пользуются постоянным спросом, а после эпидемии коронавирусной инфекции их поклонников стало еще больше.
– Деревянное домостроение все больше набирает обороты. Это стало особенно ощутимо после пандемии, когда мы все посидели в бетонных стенах. Ценность загородной жизни и экологичного жилья стала очевидна всем. Такое домостроение экономичное, теплоэффективное и в конечном счете менее затратное. Дом из двойного бруса может простоять до ста лет. Конечно, не все сразу готовы переехать в такое жилье, но я уверена, что его поклонников будет немало, – считает адвокат, совладелец компании «Примстройдом» Ирина Рамазанова.
Ирина рассказала, что сейчас, с ограничением вывоза на экспорт древесины, ее компания не испытывает сложностей с материалом. «Раньше мы стояли в очереди по 2-3 месяца за лесом, теперь он стал доступен. Нашим заготовителям развитие внутреннего рынка поможет вылезти из ямы, в которой они оказались», – говорит бизнесвумен.
И зарубежные, и отечественные ученые уже давно изучают вопрос использования дерева в массовом строительстве и убеждены: дерево – оптимальный вариант для возведения недвижимости.
– Дома из дерева – лучшее жилье, которое может желать человек, – рассуждает профессор кафедры архитектуры и градостроительства Инженерной школы ДВФУ Павел Казанцев. – Такой дом сохраняет наиболее здоровый для человека климат внутри помещений. Есть исследования, что в домах из дерева человек дольше живет, чем в домах из камня. Деревянные многоэтажки – это неплохо, по сути, это – современная деревня. Для многих такой формат жизни был бы комфортен.
Дерево – материал будущего, – уверен ученый.
Судостроительную отрасль на Дальнем Востоке предполагается развивать за счет создания новых предприятий, модернизации производственных мощностей и обеспечения верфей новыми заказами. Тем не менее серьезными препятствиями являются санкционные ограничения и дефицит квалифицированных кадров. В том числе по некоторым крупным заказам наблюдается существенное отставание по срокам.
На наиболее крупном предприятии отрасли в ДФО – приморской судоверфи ССК «Звезда» (г. Большой Камень, управляется консорциумом «Роснефти», «Роснефтегаза» и Газпромбанка)[1] продолжается строительство танкеров ледового класса для перевозки СПГ. Однако процесс осложнен санкционными ограничениями, как в отношении предприятия[2], так и в отношении заказчиков и проекта «Арктик СПГ-2».
В конце декабря 2024 г. начались ходовые и швартовые испытания ледокольного танкера-газовоза усиленного ледового класса Arc7 «Алексей Косыгин» в акватории Уссурийского залива в Приморье. В 2019-20 гг. контракты на строительство на «Звезде» пятнадцати таких арктических газовозов заключили компании группы ВЭБ.РФ в интересах ПАО «НОВАТЭК»[3]. Данные суда предназначены для вывоза сжиженного природного газа с завода «Арктик СПГ-2» «НОВАТЭКа». «Алексей Косыгин» является головным судном серии, он строится по заказу «Совкомфлота». Резка металла для танкера началась на верфи в ноябре 2020 г.
Ходовые испытания нового танкера продлятся до середины февраля 2025 г., а в первом квартале текущего года судно должно быть передано заказчику. Второй танкер серии предполагается передать заказчику также в первой половине 2025 г. Третий танкер может быть сдан до конца текущего года, сроки завершения строительства остальных судов не определены. При этом первые пять танкеров из серии планировалось изначально передать заказчику в 2023 г.[4], в дальнейшем сроки сдачи переносились (последний раз – в октябре 2024 г.). Помимо головного танкера, на воду также уже спущены танкеры «Петр Столыпин» и «Сергей Витте» (они еще не переданы заказчику).
Сложности с завершением строительства танкеров возникли после прекращения деятельности в РФ южнокорейской судостроительной компании Samsung Heavy Industries и французской компании GTT (поставщик морских резервуаров для СПГ). Кроме того, летом прошлого года на новые танкеры были наложены санкции США, что ограничило возможность их использования для отгрузок СПГ. Для завершения строительства танкеров «НОВАТЭК» даже увеличил количество своих сотрудников (инженеров и рабочих-монтажников) на верфи с 200 до 500 человек.
Сам проект «Арктик СПГ-2»[5] также находится под санкционными ограничениями, осенью 2023 г. санкции США были введены в отношении ООО «Арктик СПГ-2» (дочерняя компания «НОВАТЭКа»), а летом 2024 г. под санкциями из-за связи с «Арктик СПГ-2» оказались зарубежные компании Ocean Speedstar Solutions Opc Private Limited, Zara Shipholding Co (Индия), Novatek China Holdings Co Ltd (КНР), White Fox Ship Management Fzco (ОАЭ) и их газовозы. В октябре 2024 г. производство СПГ на арктическом проекте приостановлено из-за отказов покупателей забирать товар (на сегодняшний день ни одна из партий не дошла до конечного потребителя[6]). Дальнейшие возможности использования достроенных танкеров для отгрузок СПГ зависят от поиска вариантов реализации продукции «Арктик СПГ-2» конечным покупателям.
При этом «Звезда» вскоре может сменить собственника. В марте 2025 г. должны завершиться переговоры о приобретении судостроительного комплекса «Объединённой судостроительной корпорацией» (ОСК)[7]. Инициатива главы «Роснефти» И.Сечина о консолидации судостроительных активов на Дальнем Востоке в ноябре 2024 г. была поддержана президентом РФ В.Путиным. Стоит отметить, что в сентябре 2024 г. пост в «Роснефти» покинул вице-президент компании А.Шишкин, курировавший в том числе вопросы строительства судоверфи «Звезда»[8]. Кроме того, в конце декабря работу в «Роснефти» завершил вице-президент компании К.Лаптев, который курировал ССК «Звезда» и все судоремонтные и смежные активы (ООО «Приморский металлургический завод», ООО «Тихоокеанское предприятие Электрорадиоавтоматика», Дальневосточный центр судостроения и судоремонта)[9].
Первый вице-премьер Д.Мантуров назвал покупку верфи вторым этапом реализации планов расширения производственных мощностей ОСК на Дальнем Востоке. В конце 2024 г. глава ВТБ А.Костин сообщал о планах до конца первого квартала 2025 г. оценить финансовое положение ССК «Звезда». Также он упоминал о сложностях закрытия финансовой стороны сделки. Предполагаемая стоимость актива не называлась, также не уточняются источники финансирования сделки и сроки проведения аудита «Звезды». При этом И.Сечин предлагал передать верфь в ОСК по себестоимости строительства.
В 2022 г. «Звезда» заняла первое место в рейтинге российских верфей по совокупному тоннажу сданных судов[10], по стоимости заказов она оказалась на втором месте после ОСК (24 млрд рублей против 161,6 млрд рублей), или на четвертом месте после отдельных предприятий ОСК («Севмаш», «Балтзавод», «Адмиралтейские верфи»). С момента создания верфи на воду спущено 12 судов, строится еще 23, портфель заказов включает 60 судов.
Помимо танкеров продукция СКК «Звезда» включает многофункциональные суда снабжения (четыре единицы заказала «Роснефть» в 2017 г., из них в 2020 г. на воду спущено судно усиленного ледового класса Icebreaker 7), нефтяные танкеры проекта Aframax (заказчики «Роснефть» и «Совкомфлот», с 2020 г. по 2023 г. не менее пяти единиц передано заказчикам). На 2030 г. запланирована передача «Росатому» головного сверхмощного атомного ледокола проекта «Лидер» («Россия») мощностью 120 МВт. В мае прошлого года Д.Мантуров сообщил о переносе сроков сдачи «Лидера» на 2030 г.[11] (ранее планировались в 2027 г.). Также на верфи ведется строительство двух научно-исследовательских судов по заказу Минобрнауки. В ноябре глава Минпромторга А.Алиханов сообщал, что рассматривается возможность размещения на «Звезде» заказов на четыре дизель-электрических ледокола для работы в акватории Северного морского пути.
Стоит отметить, что в правительстве РФ по инициативе «Росатома» обсуждается идея введения арктического инвестиционного сбора для грузоотправителей Севморпути с 2028 г. Средства от сбора предлагается направить на строительство новых ледоколов, обеспечивающих проводку грузовых танкеров по СМП, а также судов вспомогательного флота. Сбор планируется взимать в виде надбавки к плате за ледокольную проводку через восточный сектор СМП, рассчитанной с тонны перевозимой продукции. Хотя ледокол «Лидер» на сегодняшний день полностью финансируется за счет государственного бюджета, имеется тенденция к сокращению бюджетных средств на строительство атомных ледоколов, а «Росатому» предлагается искать для проектов дополнительные источники средств, включая кредиты.
Таким образом, «Звезда» является местом строительства крупнотоннажного грузового флота, но проблемы заключаются в изначальном базировании судостроительной программы предприятия на кооперации с зарубежными верфями[12] (предполагалось, что на «Звезде» будут выполняться окончательные работы с поставленными южнокорейскими верфями судами) и дефиците кадров.
Тем временем первым этапом расширения производственных мощностей ОСК в ДФО является планируемое строительство новой верфи в бухте Промежуточная[13] Уссурийского залива во Владивостоке. Ее специализацией должны стать крупнотоннажные гражданские суда - сухогрузы, танкеры дедвейтом до 80 тыс. тонн, контейнеровозы до 6 тыс. TEU, газовозы до 170 тыс. куб. м. Планируемая производственная мощность верфи составляет до 12 судов в год. На строительство верфи предполагается направить порядка 5 млрд долларов США (по предварительным оценкам). Строительные работы планируется начать в конце 2025 г. В сентябре 2024 г. предполагаемым сроком завершения строительства предприятия был назван 2031 г. Проблемой будущего предприятия может стать характерный для ДФО кадровый дефицит, учитывая еще и конкуренцию за квалифицированные кадры со «Звездой», где также имеется большая потребность в рабочей силе. Вблизи будущей верфи планируется построить жилой микрорайон с социальной инфраструктурой в том числе для работников предприятия, рассчитанный на проживание 30 тыс. человек.
Увеличение сроков происходит не только в строительстве крупнотоннажного флота. Так, «Амурский судостроительный завод» (Комсомольск-на-Амуре, входит в ОСК) в конце сентября 2024 г. направил на достроечную базу во Владивостоке многофункциональное аварийно-спасательное судно мощностью 7 МВт «Керченский пролив» (для окончательной достройки, окраски и отделки). Строительство данного судна заняло более десяти лет (заложено летом 2010 г.), оно было осложнено санкционными ограничениями. Изначально судно предполагалось передать заказчику (Морспасслужба) еще до конца 2021 г.
На дальневосточных предприятиях также продолжается строительство рыбопромысловых судов в рамках программы инвестиционных квот. В сентябре стало известно, что ВТБ предоставит компании ООО «Амуррыбпром» (Хабаровск, входит в группу компаний «Полар»[14]) финансирование в объеме 3 млрд рублей сроком на 10 лет на строительство двух судов-краболовов. Соглашение было подписано на ВЭФ. Строительство судов для добычи краба (каждый – на 100 тыс. тонн) началось в октябре на «Находкинском судоремонтном заводе» (НСРЗ)[15] в Приморском крае. Завершить их планируется в 2028 г.
Стоит отметить, что Находкинский судоремонтный завод в октябре 2024 г. завершил проект по модернизации своей судоверфи, инвестировав около 300 млн рублей. На предприятии обновлены шесть причалов общей протяженностью 904 м и два глубоководных пирса, автомобильные и железнодорожные подъездные пути. С 2009 г. на заводе построено пять единиц флота, в том числе две самоходные грузопассажирские баржи проекта 1912РВ, два судна понтонного типа, краболовное судно проекта CCa5712LS «Капитан Хазан» (флаг на нем был поднят в апреле 2024 г., заказчик – ГК «Антей»), серия включает еще семь краболовов.
Ранее судно-краболов для «Амуррыбпрома» построило другое приморское предприятие – АО «Восточная верфь»[16] (Владивосток). В сентябре 2024 г. «Восточная верфь» отправила на ходовые испытания краболов «Андрей Басаргин» - шестое судно, которое предприятие строит по проекту 03141 (заказчик – ООО «Восход»[17]). Строительство судна официально завершено в октябре. Пятый краболов серии («Пума»), построенный на «Восточной верфи», был передан заказчику в конце сентября прошлого года (он был спущен на воду в марте 2024 г.). На «Восточной верфи» также завершено строительство однопалубного дизельного ярусолова «Наггет» (первое судно проекта 03142). В декабре он был передан заказчику («Сигма Марин Технолоджи»).
При этом в ноябре 2024 г. правительство РФ сократило объем субсидии на строительство краболовных судов почти на 42% (по сравнению с суммой, озвученной в мае 2024 г.) - с 3,27 млрд рублей до 1,9 млрд рублей. Количество судов, на строительство которых должны пойти средства, уменьшилось с 7 до 6 краболовов.
Подробную информацию и аналитику по этой и другим актуальным темам можно найти в еженедельном бюллетене EastRussia.
[1] Принадлежит АО «Современные технологии судостроения», доля в уставном капитале которого на 83,35% принадлежит государственному АО «Роснефтегаз». Изначально проект реализовывался «Объединенной судостроительной корпорацией» (80%) и южнокорейской Daewoo Shipbuilding & Marine Engineering (20%) и носил название «Звезда DSME». В 2012 г. Daewoo вышла из предприятия.
[2] «Звезда» находится в санкционном списке Минфина США с февраля 2024 г.
[3] Шесть танкеров Arc7 для проекта «Арктик СПГ-2» были построены на южнокорейской верфи Hanwha Ocean (бывшая DSME), но возможность их передачи заказчику ограничена санкциями, суда находятся в собственности Hanwha Ocean.
[4] Исходно головной танкер должен был быть сдан в марте 2023 г., следующие четыре – с сентября по декабрь 2023 г.
[5] На базе месторождения Утреннее на полуострове Гыдан Ямало-Ненецкого АО.
[6] Известно о восьми отгрузках с проекта (отгрузки с первой линии сжижения газа начались в августе 2024 г.).
[7] Находится во временном управлении ВТБ.
[8] «Роснефть» обеспечивает пилотную загрузку «Звезде», заказав 26 судов.
[9] К.Лаптев с 2015 г. был гендиректором АО «Современные технологии судостроения» (СТС), которому принадлежат ООО «Приморский металлургический завод», ООО «Тихоокеанское предприятие Электрорадиоавтоматика», ДЦСС.
[10] Рост танкерного тоннажа связан со сдачей ССК «Звезда» двух танкеров Aframax для «Совкомфлота» и «Роснефтефлота» тоннажем 136,7 тыс. тонн каждый.
[11] На декабрь 2023 г. техническая готовность ледокола составляла 11,14%. На строительство в 2025-27 гг. в проекте федерального бюджета заложено около 90 млрд рублей.
[12] Строительство 12 танкеров Aftamax ледового класса Ice3 для «Роснефтефлота» и «Совкомфлота» предполагалось осуществлять совместно с Hyundai Heavy Industries Co. Ltd, 15 газовозов арктического ледового класса Arc7 для проекта «Арктик СПГ-2» – совместно с Samsung Heavy Industries, с ней же планировалось строительство 10 танкеров Aframax класса Arc7 для проекта «Роснефти» «Восток ойл».
[13] Участок находится между бухтами Тихая и Щитовая. В этом районе в настоящее время расположен золоотвал Владивостокской ТЭЦ-2.
[14] Подконтрольна А.Ро. А.Гутникову, А.Милованову.
[15] Ранее владельцами крупных пакетов акций являлись И.Борбот, кипрские компании «Ферина Коммершиал, Лтд», «Хайдерри Интернэшнл, Лтд», а также Росбанк. На сегодняшний день предприятие принадлежит АО «МП Групп» М.Полетаева.
[16] Полномочия управляющей организации выполняет АО «Амурский судостроительный завод» (ОСК).
[17] Учредитель – сын приморского губернатора Н.Кожемяко.
Золотодобывающая сфера республики объединяет высококвалифицированных и патриотичных специалистов. Так заявил на состоявшемся в Якутске под занавес года форуме «Золотой век Якутии» председатель правительства Республики Саха Кирилл Бычков. Эта оценка дорогого стоит: отрасль сейчас испытывает острый кадровый дефицит. Предприятия по-разному выходят из этой ситуации. Якутский филиал «Полиметалла» выбрал проактивную позицию.
Восемь лет в Якутии действует республиканская программа «Местные кадры – в промышленность», направленная на снижение безработицы в регионе и трудоустройство якутян. За эти годы к ней подключились 45 крупных компаний: они участвовали в отраслевых ярмарках вакансий, в организации стажировок молодых специалистов и сотрудничестве с республиканскими вузами и техникумами. Как сообщает Госкомзанятости РС(Я), на конец 2024 года по этой программе нашли работу свыше 72 тысяч жителей республики. За время действия проекта уровень безработицы в регионе снизился с 7,6% до 5%.
Компания «Полиметалл» вошла в программу еще до того, как начала добычу и производство на якутских предприятиях. Такая на севере специфика – готовить сани летом. Тем более в добыче и переработке полезных ископаемых: ведь технологии освоения сложных месторождений требуют высокого уровня подготовки работников. Ежесуточно на всех этапах производства – разведке, добыче, сопровождении горных работ и переработке сырья – одномоментно задействовано несколько сотен специалистов почти 40 базовых специальностей отрасли. Каждый должен быть профессионалом высокого уровня – простои в производстве исключены.
Запуск Нежданинской обогатительной фабрики осенью 2021 года позволил создать порядка 1000 новых рабочих мест. Рассказывает заместитель директора по персоналу и социальной работе Якутского филиала «Полиметалла» Наталья Чепурнова: «Стояла задача обеспечить современное высокотехнологичное производство подготовленным персоналом, в том числе якутянами. Наша работа началась за много месяцев до старта производства. Кроме традиционного подбора, мы нашли еще два выхода. Совместно с Центром занятости населения в учреждениях среднего профессионального образования в разных районах Якутии обучили почти 100 безработных якутян по 12 программам рабочих специальностей. Кроме этого, в Хандыгском горно-геологическом техникуме, в Томпонском районе, где находится Нежданинское месторождение, открыли новую учебную программу «Обогащение полезных ископаемых» и специально под нее оснастили учебную мастерскую».
Только в Южно-Верхоянской горнодобывающей компании успешно закрепились 40 выпускников Хандыгского горно-геологического техникума.
К слову, осенью прошлого года горняки взяли на себя ремонт и подготовку учебных помещений для открытия сразу трех новых инновационных мастерских в Хандыгском ГГТ. Запуск мастерских в рамках реализации федеральной программы министерства по развитию Дальнего Востока и Арктики улучшит практическую подготовку будущих геодезистов, маркшейдеров, сварщиков, машинистов буровых установок, водителей погрузчиков, специалистов открытых горных работ.
Теперь студенты знакомятся с производственной «начинкой» горных предприятий, не покидая учебную аудиторию. Результат для них проявится на рабочем месте – им не придется переучиваться, а работодателю – тратить ресурсы на адаптацию новичков.
Глубинный интерес студентов к будущей профессии – отличный стартовый капитал. Он же впоследствии становится мотиватором крепкой карьеры и самореализации, убеждены в компании. Поэтому «Полиметалл» активно сотрудничает с геологоразведочным факультетом и Горным институтом Северо-Восточного федерального университета (СВФУ) им. М.К. Аммосова. Предприятие организует для студентов производственные практики на своих предприятиях, в том числе и за пределами Якутии.
В 2023-2024 годах «Полиметалл» оборудовал в вузе два компьютерных класса. Молодежь обучают современным информационным программам для геологоразведки и ведения горных работ. Занятия ведут сами представители компании. Такая практика существует и в Хандыгском ГГТ. Кроме того, специалисты компании участвуют в итоговой аттестации выпускников, редактируют образовательные программы, выступают наставниками в ходе стажировок преподавателей. Одним словом, передают из рук в руки не только информацию, но и саму энергию профессий.
Осенью прошлого года на научно-производственной конференции «Полиметалла» «Инновации – в производство» заслуженный интерес вызвал доклад группы молодых геологов ЮВГК, двое из которых – якутяне. Георгий Семенов с отличием окончил Хандыгский ГГТ, Карл Варламов отучился на геологоразведочном факультете СВФУ. Их проект на базе горно-геологической информационной системы поможет значительно оптимизировать навигацию кернохранилища. С пробами, хранящимися там, работают не только геологи, но и специалисты обогатительной фабрики, пробирно-аналитической и исследовательской лабораторий.
Коллектив Якутского филиала «Полиметалла» отмечен благодарностью главы Республики Саха «За заслуги в области золотодобывающей промышленности, вклад в социально-экономическое развитие республики и высокие производственные показатели». Также по итогам 2024 года компания удостоилась отраслевой премии Минпромгеологии Якутии, став лучшим «Партнером года».
Награды получил директор филиала Александр Акамов на форуме «Золотой век Якутии», посвященном 100-летию золотодобычи в регионе. Форум собрал на одной площадке крупнейших недропользователей, экспертов горного дела, руководителей госструктур, научных институтов, общественных организаций.
На форуме было подписано соглашение между Якутским филиалом «Полиметалла», Госкомитетом по занятости населения, а также министерством промышленности и геологии республики по новому проекту «Работающая Якутия. Кадры», правопреемницы предыдущей «Местные кадры – в промышленность». Цель программы – создать эффективное сотрудничество между работодателями, учебными заведениями и государственными органами для поддержки экономики региона.
Всего с 2018 года на предприятиях Якутского филиала «Полиметалла» создано 1600 новых рабочих мест.
Особое внимание будет уделено привлечению не только местных специалистов, но и профессионалов из других регионов, что поможет закрыть кадровые потребности республики. Важным аспектом проекта станет индивидуальный подход к нуждам каждого предприятия.
Из первых уст
Алена Васильева, технолог Нежданинского горно-обогатительного комбината:
— До трудоустройства на ГОК я преподавала в Хандыгском горно-геологическом техникуме. Принимала участие в подготовке первого выпуска обогатителей к старту Нежданинской фабрики, дважды стажировалась на предприятиях «Полиметалла». Радует, что на ГОКе работает много моих бывших студентов. Например, на обогатительной фабрике трудятся машинист насосных установок Айсен Халыев и флотатор Олимпий Сысоев, в исследовательской лаборатории – флотатор Айыына Захарова и лаборант Николай Бардин. Я со стороны наблюдаю за каждым. Конечно, горжусь, когда вижу, что из них получились хорошие специалисты.
Игорь Ракитин, заместитель главного геолога «Прогноз-Серебро»:
— Наш Прогноз относится к одним из самых крупных в стране серебряно-полиметаллических месторождений. Работать здесь очень интересно, но и требования к квалификации высокие. Геологи играют одну из ключевых ролей: они вообще первыми приходят на любой объект с целью проведения поисков и разведки. На всем этом пути геолога сопровождает горнорабочий, его опора и помощник. На хорошем счету у нас горнорабочий, один из якутян, Андрей Аммосов. Парень он трудолюбивый, въедливый, характер у него замечательный. Мы рады, что в нашем коллективе есть такие молодые, жадные до знаний ребята. Знаю, что таким же уважением пользуется его брат-близнец Алексей, который трудится в службе складского хозяйства. На мой взгляд, работа на родной земле добавляет еще большей ответственности и старательности.
В Хабаровском крае с середины 2024 года работает новый инструмент, призванный стимулировать развитие отечественной промышленности и производства, — хартия технологического суверенитета и импортозамещения. Она предполагает в первую очередь создание кооперации местных предприятий, которые будут гарантированными поставщиками друг для друга. Как работает этот механизм и как приняли его предприниматели-производственники — в материале EastRussia.
Большую часть товаров можно и нужно производить в России, а не везти их из-за границы. Этот тезис стал отправной точкой создания хартии технологического суверенитета и импортозамещения Хабаровского края. Нужны стройматериалы, IT-решения, рынок сбыта? Искомое может оказаться ближе, чем предполагалось. Не нашлось в регионе? Спрашиваем соседей. Нет у них — горизонт расширяется в дружественное зарубежье. К такому алгоритму поиска партнеров подключились 250 из порядка 800 предприятий региона.
Неочевидные хлопоты? Возможно. Но тем, кто в хартии, правительство Хабаровского края обещает поддержку в реализации проектов в сфере импортозамещения и технологических инноваций. По словам губернатора региона Дмитрия Демешина, такие бизнесы могут рассчитывать на льготные условия и дополнительные преференции в рамках региональных инвестиционных программ, а также на подспорье в расширении научных инноваций, цифровой трансформации промышленности и развитии кадрового потенциала.
— Обязать исполнять хартию мы впрямую не можем, но приоритетов по оказанию государственной поддержки мы точно давать не будем тем, кто у нас не выполняет принципов хартии, и тем, кто не поддерживает местных производителей, — отметил Дмитрий Демешин во время общения с журналистами.
Директор компании по производству джемов, варенья, соусов и кондиментов «Густо Фэмели» Дарья Лиманова в отрасли третий год. Цех в пригороде Хабаровска выпускает около 2 тонн джемов в месяц, примерно 5% продукции отправляется на экспорт в Казахстан. Для небольшой компании весома любая поддержка, поэтому хартию «Густо Фэмели» подписала одними из первых.
— Мы ожидаем, что будет перспектива здорового лоббирования интересов наших местных производителей, — говорит Дарья Лиманова. — Поддержка маленьких производств, которые только выходят на рынок, конечно, важна. Становится проще решить какие-то вопросы, сесть за стол переговоров и решить что-то, не обивая пороги кабинетов. Хартия — хороший инструмент, чтобы прийти в органы власти со своими предложениями и высказать свою инициативу, например, по организации взаимодействия с определенными структурами.
Наладить взаимодействие с помощью хартии с крупными естественными монополиями и государственными муниципальными структурами рассчитывает другой хабаровский производитель — компания «Инновационные технологии». Ее директор Андрей Батурин говорит, что консолидация предпринимателей Дальнего Востока была лишь вопросом времени.
— Мы работаем в отрасли энергетики, ЖКХ, строительства, производим то, что делает нашу жизнь комфортной: внутренние инженерные системы, системы водоснабжения, водоотведения, тепловые пункты. Есть проблема с кадрами, хартия это пока не затрагивает, но сообща для региона мы сможем вырабатывать те решения, которые помогут закрыть вопрос кадрового голода. Министру промышленности мы озвучили просьбу: чтобы естественные монополии, крупные монополисты присоединились к хартии. Соответственно, тогда предприниматели Дальнего Востока получат доступ на рынки, на те крупные инфраструктурные проекты, которые сейчас реализуются и будут реализовываться в регионе в будущем.
Еще один участник хартии промышленного суверенитета — компания по производству бытовой химии «Нимфа». Ее руководителя Ольгу Луценко волнует проблема сбыта, и после подписания документа она ждет помощи от правительства региона в налаживании диалога с торговыми сетями.
— Мы в день производим порядка 3 тонн продукции, — говорит Ольга Луценко. — Это и жидкое мыло, и средство для мытья посуды, ничем, кстати, не уступающее раскрученному импортному бренду, но наше в несколько раз дешевле. Тоже могу сказать и о нашем жидком средстве для стирки. Сегодня мы работаем с сегментом малого предпринимательства: кафе, рестораны, гостиницы. Торговые сети пока нам двери не открыли. Говорят, что их сдерживают контракты с центральной частью России. Но это странно, что на полках наших магазинов стоят импортные гели и порошки, а местный производитель, увы, не у дел.
Но хартию мы подписали еще и потому, что в результате этого сможем сотрудничать с научными институтами, а институты дадут возможность создавать более наукоемкие продукты. Также для участников есть определенные преференции и льготы при приобретении оборудования в лизинг, например, посредством фонда развития промышленности, что для нас из-за небольшого объема было недоступно.
Для стимулирования небольших технологических предприятий в регионе запустили специальные меры поддержки. Так, в августе 2024 года в портфеле краевого фонда МСП появился микрозайм «Технопром». Он позволяет получить микрофинансирование — до 5 млн рублей по ставке не выше 6% годовых. Кредит одобрят, даже если компания только-только зарегистрировалась, но при этом подходит под отраслевые параметры поддержки. От стажа работы предприятия зависит лишь сумма займа. Что касается регионального Фонда развития промышленности, который работает с более крупными производителями, необходима докапитализация за счет средств резервного фонда правительства РФ.
В канун Нового года Дмитрий Демешин анонсировал еще одну меру поддержки малого и среднего бизнеса, направленную на продвижение местной продукции: кредит локальным производителям до 3 млн рублей по ставке не выше 7,5%. А зампреду Марии Авиловой губернатор поручил продумать комплексную программу продвижения местных технологических компаний на отечественном рынке.
— Мы ускоряем встречу власти и бизнеса и снимаем ограничение коммуникации, — говорит и. о. министра промышленности и торговли края Дмитрий Астафьев. — И те люди, которые когда-то предполагали, что в тот или иной кабинет они попасть не могут, сейчас видят, что в рамках конкретной задачи это не составляет труда.
И когда они садятся за стол переговоров, многие надуманные сложности решаются в рамках одного диалога. В рамках хартии никаких проблем для нас не представляет организовать встречу предпринимателей с людьми, которые принимают те или иные решения. И с каждым днем доверие местных производителей к нам растет. Объединяясь — они выигрывают. Но нужна коммуникация внутренняя — например, наша удаленность ключевым образом сказывается на себестоимости продукции. Но есть программа ДВЖД, где по определенным категориям мы можем получать скидку на тариф. При небольшом объеме эту скидку применить сложно, а когда предприятия объединяются, например, в рамках хартии, они везут объем, подходящий под эту скидку, то есть получают ощутимый экономический эффект.
Также для участников хартии сейчас прорабатывается еще одна мера поддержки: Хабаровский край сегодня стоит в условном графике на строительство двух индустриальных парков. Ожидается, что спрос на резидентство в них будет гораздо выше, чем предложение.
Поле для деятельности обширное: это и механическая обработка металла, и высокотехнологичные станки с ЧПУ, производство различных комплектующих. Любой предприниматель, который готов работать в этом направлении, может найти свою нишу. Заявки на рассмотрение федерального Минпрома сформируют в начале февраля.
Некоторые предприятия, подписавшие хартию промышленного суверенитета и импортозамещения, уже нашли направление для кооперации. Так, производитель беспилотных летательных аппаратов для нужд СВО, компания «ХабИнноТех», намерен занять нишу беспилотной доставки грузов по воде, а также производить наземную самоходную технику. Для этого предприятие ведет переговоры с другим участником хартии — местной компанией, которая имеет большой опыт в постройке маломерных судов.
Александр Мелека (справа) показывает губернатору Хабаровского края Дмитрию Демешину продукцию компании «ХабИнноТех». фото: пресс-служба правительства Хабаровского края
— Разрабатываем проект безэкипажных катеров совместно с фабрикой полимерных изделий, — рассказал директор компании «ХабИнноТех» Александр Мелека. — Планируем с ними работать непосредственно по строительству корпусов и силовых агрегатов: они это умеют, а мы будем дополнять эти устройства системами связи, управления и так далее. Идея хартии нам очень импонирует, ведь это на руку местным компаниям: сначала искать исполнителей среди хабаровских производителей, потом — среди производителей в крае, затем расширять зону поиска на Дальний Восток, еще шире — на всю Россию... И только потом уже обращаться к дружественным зарубежным предприятиям.
Идея хартии импортозамещения и технологического суверенитета получила поддержку у руководства страны. Председатель правительства РФ Михаил Мишустин во время прошлогоднего визита в Хабаровский край отметил, что реализация таких проектов привлечет новые инвестиции, создаст новые рабочие места и поможет будущему экономическому росту региона.