Открыть собственное дело на льготных условиях с поддержкой владельца бизнес-модели предлагают предприимчивым дальневосточникам
По аналогии с преференциальными режимами ТОР и СПВ федеральная сеть разливного пива «Пив&Ко» разработала для предпринимателей из Дальневосточного федерального округа собственное предложение по открытию и развитию бизнеса. Для этого достаточно жить и работать на Дальнем Востоке.
Предложение заключается в том, что любой желающий может открыть магазин разливных напитков по франшизе от «Пив&Ко», вложив 2,5 млн рублей. Это на миллион рублей меньше, чем вложения в франшизу STANDART. Условие одно: магазин должен быть открыт в одном из 11 субъектов ДФО.
Перспективная территория
Казалось бы: Дальний Восток – самый дорогой макрорегион России. Сложная логистика и удаленность от основных экономических центров страны делают любой реализуемый на этой территории проект более дорогостоящим в сравнении с аналогичными в европейской части страны. Впрочем, отмечают менеджеры «Пив&Ко», именно дальневосточные предприниматели проявляют большую решительность при ведении бизнеса.
«Сначала все было спонтанно: заявки оставляли люди из разных уголков нашей страны, но предприниматели с Дальнего Востока всегда были более решительными, они поверили в наш проект. Это сыграло важную роль в успешности «Пив&Ко» на Дальнем Востоке и в достижении высоких показателей чистой прибыли», - рассказывает руководитель отдела продаж «Пив&Ко» Константин Рябенко.
Сегодня в макрорегионе работают 83 торговые точки, все они открыты по франшизе. Еще четыре на стадии открытия. Первый магазин в Дальневосточном федеральном округе открылся в конце 2017 года во Владивостоке, сейчас у этого первого партнера уже восемь магазинов.
В 2019 году открылся магазин в Благовещенске, затем «волна» пошла дальше: Бурятия, Якутия, Забайкалье, Хабаровский край, Приморье, Камчатка, Еврейская автономная область, Сахалин. Показателен пример Петропавловска-Камчатского, где долгое время не удавалось найти партнера. В итоге им стала девушка, для которой этот магазин стал первым.
«У нас в бизнесе около 80% франшизы – мужчины. Но наш партнер-девушка на Камчатке подошла к делу ответственно, приезжала к нам в Екатеринбург на обучение», – отмечает Константин Рябенко.
Дальневосточная специфика
Менеджеры «Пив&Ко» отмечают, что в каждом дальневосточном регионе своя специфика. К примеру, в Чите запрещен розлив пива в потребительской таре в помещениях, находящихся в многоквартирных домах — это первые этажи жилых домов и прилегающие к ним территории.
«То есть, если ты хочешь открыть магазин с пивными напитками, тебе нужно искать отдельно стоящее здание. Для бизнеса это дополнительные сложности, многие магазины закрываются. Но, с другой стороны, это дает толчок развитию коммерческой недвижимости и сокращает число конкурентов. Что касается «Пив&Ко», мы с самого начала думали стратегически и не брали помещения на первых этажах жилых домов», - рассказывает представитель отдела аренды «Пив&Ко» Денис Латыпов.
Тут положительную роль также сыграл приход на Дальний Восток таких крупных федеральных ретейлеров, как «Пятерочка» и «Магнит».
«С прошлого года на Дальний Восток начали экспансию и другие федеральные сети. И для нас это плюс, потому что с федералами об аренде помещений договориться проще, чем с региональными компаниями. Более того, к нам прислушиваются, поскольку мы пришли на этот рынок раньше», - отмечает Денис Латыпов.
При этом у «Пив&Ко» есть собственные внутренние критерии отбора помещений, основанные на аналитике.
«Есть жесткие запреты: например, даже несмотря на нехватку помещений, мы никогда не дадим партнерам открыться в цокольном этаже здания. Только первая линия. Плюс желательно наличие рядом крупных федеральных ретейлеров, для создания дополнительного трафика».
Далекий Дальний
Из-за географической отдаленности на Дальнем Востоке есть сложности с ассортиментом продукции, причем, это касается не только пивных напитков. У местных покупателей, как правило, очень маленький выбор, который в основном состоит из местных поставщиков и производителей. «Пив&Ко» привезло уникальный ассортимент,
«Когда мы только заходили, работали лишь с местными компаниями, кропотливо подбирали пул поставщиков и посредников. Сейчас эта цепочка полностью отстроена. Все этапы по подбору и поиску помещений, по строительству, составлению ассортиментной матрицы происходят дистанционно, так как компетенции за время присутствия у нас уже наработаны. Партнер получает готовый пул поставщиков, готовую бизнес-модель, готовых партнеров в плане вывески, мебели, оборудования», - рассказывает Денис Латыпов.
Парадоксально, но при отсутствии должного ассортимента, дальневосточники избалованы… изобилием, это тоже необходимо учитывать. К примеру,
«Грубо говоря, если на Урале наши посетители считают изобилием 25 кранов с пивом, то в восточных регионах нужно 150 кранов. Вместо небольшой витрины с рыбой – огромный холодильник. Сказывается близость моря. В наших магазинах присутствуют как сорта местных производителей, ориентированные на консервативных покупателей, так и уникальные сорта пива, которые создают только для магазинов «Пив&Ко» и которые так полюбились местным покупателям», - отмечает руководитель отдела Сопровождение Лион Моргунов.
Поработать пришлось и с ценой, ведь на Дальнем Востоке все дороже, чем во многих других регионах страны в несетевых магазинах.
«Недавно читал исследование о том, сколько стоит самая дешевая бутылка пива в разных регионах страны. В среднем по Свердловской области этот показатель составил 77 рублей. А в Якутии этот же товар обходится розничному покупателю в среднем в 135 рублей. Причины – дорогая логистика и неразвитость рынка. Но мы смотрим на это позитивно: это большие перспективы для развития», - отмечает Лион Моргунов.
Главная особенность и главное преимущество развития бизнеса в регионах Дальнего Востока — эксклюзивность предложения на розничном рынке: у «Пив&Ко» построена прямая отгрузка эксклюзивных товаров в каждую торговую точку, что позволяет активно развивать бизнес и иметь преимущество. Основной закуп товаров происходит на местном рынке, в итоге получается максимально рентабельная матрица товаров, но при этом отличная от всех конкурентов.
Все это порой приводит к неожиданным результатам. К примеру, лидером среди всех по продажам стала столица БАМа – Тында.
Все учтено
Все эти моменты и особенности были учтены при составлении уникального предложения для дальневосточных предпринимателей. К примеру, торговые точки запускаются на общей площади до 50 кв метров, это меньшие затраты на открытие, чем при франшизе STANDART. При этом чистая прибыль сохраняется за счет меньших операционных затрат. Также в «дальневосточных» магазинах присутствует ограниченный, лишь самый популярный ассортимент, за счет которого рентабельность остается на высоком уровне.
«Эксклюзивный формат франшизы в ДФО мы активно презентуем с июня 2024 года. Раньше мы давали возможность работать в этом формате лишь нашим опытным франчайзи. Сейчас, когда уже есть большой опыт и понимание, как действовать наиболее эффективно, мы открыли его для всех партнеров – действующих и новых, кто только хочет работать с «Пив&Ко» на территории Дальневосточного федерального округа», - рассказал руководитель отдела продаж «Пив&Ко» Константин Рябенко.
В данном формате учтено даже большое расстояние между Дальним Востоком и Екатеринбургом, где находится головной офис «Пив&Ко». К примеру, отпала необходимость приезжать менеджерам на Дальний Восток - в регионах есть свои мастера франшизы, удаленно происходит и взаимодействие с партнерами: они сначала проходят обучение в компании, где получают полный пул знаний, стандартов работы, знакомятся со всеми особенностями ведения бизнеса в сфере разливных напитков, а после обучения сопровождение, контроль за стандартами работы происходит путем предоставления видео и фото отчета от партнера, которые подвергаются анализу и дается обратная связь.
Даешь 100!
До конца текущего года «Пив&Ко» планирует преодолеть отметку в 100 магазинов в Дальневосточном федеральном округе. Для этого осталось запустить 17 магазинов, то есть по 2-3 в месяц, что, по оценке менеджеров компании, более чем реально.
Алексей ЕлашЦзоу Хун в Чите знают многие: на её предприятие водят журналистов, её показывают по ТВ, а продукцию разбирают с полок магазинов дочиста – проверено лично. С домохозяйкой, однажды поверившей в комплименты друзей, а теперь одной из лучших бизнес-леди Забайкалья, мы встретились в небольшой пекарне на улице Ленина.
«Это мой муж, – улыбаясь, представила она мужчину рядом. – Производство пельменей "Хао Чи" – наше общее дело. Название пельменей, кстати, пришло в начале работы как-то само собой. Очень хотелось отличаться на рынке полуфабрикатов, перебрали разные варианты, и вдруг решили: если пельмени китайские, то и "вкусно" должно на китайском – хао чи».
– Как каждый из вас приехал в Россию?
– Меня зовут Цзоу Хун, я индивидуальный предприниматель, приехала в Россию очень давно, живу и работаю в Чите. Бизнес мы создали в конце 2017 года, когда его зарегистрировали, а работать начали в 2018-м.
Мой супруг, по-русски его можно называть Максимом, тоже давно живёт здесь, мы вместе работаем, производим пельмени и варёное мясо. Муж не очень хорошо говорит на русском, поэтому отвечать на ваши вопросы буду я, но если какой-то вопрос будет адресован именно ему, я переведу.
– Чем отличаются китайские пельмени от русских?
– Свои пельмени мы делаем по традиционной китайской рецептуре, но в нашем производстве учитываем вкусы русских людей – всё это разработал наш главный технолог. Рецепты мы чуть корректировали, потому что в первые же полгода поняли, что, наверное, традиционная китайская приправа для русских покупателей сильно пахнет, и это непривычно.
Мы изменили рецептуру, и дело пошло. Производство мы корректировали 2-3 года, слушая в том числе и покупателей. Кто-то звонил и говорил: «У вас тесто толстое, хотелось бы тоньше», и мы делали. На все письма и звонки мы отвечали и отвечаем. Кто-то из обращавшихся нам говорил, что в пельменях с мясом и грибами нужно больше мяса - мы вообще поняли, что русские очень любят мясо (смеётся).
Несколько лет мы работали над улучшением качества нашей продукции, и с начала 2022 года производство стабилизировалось, разве что новые позиции в ассортименте появляются.
– Что вы производите сегодня?
– Семь видов пельменей и четыре вида мяса. Пельмени мясные, с овощами, с мясом и укропом, которые очень любят русские покупатели, с мясом и сельдереем, с мясом и грибами, мясом и капустой. Две новые позиции, появившиеся недавно, с конца 2022 года, – это пельмени с мясом, креветками и диким чесноком, а также пельмени с диким чесноком и куриными яйцами.
– Кому из вас с мужем первому пришла идея запустить производство?
– Может быть, чуть-чуть раньше такая идея появилась у меня, потому что приходившие к нам в гости друзья говорили, как вкусно готовлю пельмени. А почему бы не давать попробовать другим. Может быть, им тоже понравится? Я очень люблю делиться с другими, и мы задумались: может быть, начать делать пельмени? Муж сказал, что идея хорошая.
Начали мы с производства четырёх видов, потому что не знали, что понравится покупателям. Начали делать мясные, с капустой, с грибами и с сельдереем, потом добавили ещё три вида, которые сейчас мы вывели с производства, хотя про них покупатели спрашивают до сих пор. Это говядина с морковью, с мясом и болгарским перцем и веганские, куда входили капуста, древесные грибы шиитаке, морковь и лук. До сих пор многие просят. Наверное, их производство запустим заново, когда улучшим оборудование. Я предлагала тем, кто просил вегетарианские пельмени, купить пельмени с яйцом и чесноком, но некоторые отвечают, что вообще не едят продукты животного происхождения.
К сожалению, пока веганские пельмени просто невыгодно делать, но если будет шоковая заморозка, вернёмся к этому вопросу.
– В начале вашей работы наверняка не было такого, как сейчас оборудования. Как вы начинали работать, на чём?
– Бизнес мы начали вести с подготовкой, потому что если что-то делать, то делать нужно серьёзно. Сначала хотели производить пельмени ручной лепки и даже на упаковке место под надпись об этом оставили, но когда начали учить лепить китайские пельмени русских работников, то поняли, что это нереально. У каждого получалась своя форма (Цзоу смеётся, её муж кивает и улыбается).
Тем более, мы хотели масштабное производство, чтобы были большие партии, а это только машины. В Китае, Корее, Японии много похожих заводов по производству пельменей, и производство там автоматическое.
Когда мы начинали, для старта, для начальной стадии у нас оборудование было. Постепенно мы его обновили, сейчас процесс идёт: оформляем займы по поддержке промышленности Забайкальского края, хотим дополнить оборудование.
Спасибо покупателям, что нас приняли, что нас здесь любят, объёмы продаж увеличились, поэтому требуется развитие.
Многие люди звонят и говорят, что мы за годы существования не уронили качество нашей продукции, и мы это очень ценим, мы работаем для людей. Помню, в 2019 году мне позвонил один пожилой мужчина с женой, я даже расплакалась. Они сказали, что пельмени либо сами лепят, либо покупают только наши. Он сказал, что у нас многие предприниматели начинали хорошо, а потом роняли качество. Я пообещала, что меняться мы будем только в лучшую сторону.
– Как вообще начинался бизнес – как выстраивались взаимоотношения с властями?
– Мы на свой риск начали работать, бизнес начинался нелегко. Не в плане производства, а в сбытах. Честное слово, когда начали работать, мы ничего не думали – и не думали, что нужно выстраивать взаимоотношения с властями. Наша задача была постараться выполнить все обязательства, соответствовать требованию, выпустить хорошую продукцию. Конечно, перед началом работы мы много консультировались у знакомых, как правильно, какие документы необходимо получить. С тех пор стараемся вовремя и как положено делать всё. Очень много советов дали добрые люди, знакомые, которые мне очень помогли.
Может быть, они понимают, что в наше время заняться бизнесом нелегко, особенно для иностранцев. Мы особо не умеем себя рекламировать и с самого начала молча работали. Видимо, со временем больше и больше людей пробовали нашу продукцию, и сейчас в Чите многие знают нас, нам начали приглашать нас на разные мероприятия.
– Приходилось ли бороться с бюрократией? Если да, то в каких случаях?
– Я не помню, чтобы у нас были какие-либо проблемы с бюрократией.
– Насколько проще или тяжелее открыть такой же бизнес в Китае?
– Мы в Китае не пробовали открывать подобный бизнес, но, думаю, там самая большая сложность, наверное, - это конкуренция. Хотя там намного проще со сбытом, чем в России.
Здесь очень сложно войти в сети, с некоторыми мы ведём разговор уже два, три года, договор заключили давно, но, к сожалению, всё ещё не начали работать. Для нас это не совсем понятно, так как мы даём свою продукцию под реализацию и предусматриваем возврат товара - чего тогда бояться? Работаем уже 5 лет, наши пельмени и мясо пользуются популярностью. К тому же они новые, интересные для покупателей. Немало людей с других регионов пробовали нашу продукцию и жалеют, что у них там такого нет. Некоторые наши знакомые сами возят наши пельмени в Москву, Питер своими родными или детям во время отпуска, командировок или отправляют через кого-то.
– Доводилось ли вам пользоваться мерами государственной поддержки?
– Да, нам очень хорошо помогает министерство развития экономики Забайкальского края, фонд развития промышленности Забайкальского края, организация «Мой бизнес» в Чите.. Они давали нам кредиты, оказали помощь в получении сертификации, лабораторных исследований для новых видов продукции и в регистрации товарного знака.
– Кто у вас в бизнесе главный, кто принимает окончательные решения?
– Муж главный по производству, а я по всему остальному: бумаги, внешние взаимоотношения. На нём технология, качество, безопасность и многое другое.
– И контроль качества на вашем муже?
– Да.
– Максим, сколько вы пельменей съедаете ежедневно, чтобы это качество контролировать?
– Я остальные технологи пробуем продукцию из каждой партии.
Непростые вопросы воспитания
– Цзоу, а вы дома успеваете готовить?
– Иногда да, но если не успеваю, то ходим в бузную (буузы – национальное бурятское блюдо, которое делают из мяса и теста в форме юрты – авт.), иногда - что-то покупное или наши пельмени, которые мы производим. Но дома готовить стараемся.
Дома я делаю рис, жареные блюда китайской кухни, можем что-то из русской приготовить: борщ, щи. Наша 17-летняя дочь любит жареную и варёную картошку, она тоже готовит.
– Когда вы начинали развивать ваш бизнес, вашей дочке было лет 12, наверное. Вы её с собой брали или развивали бизнес и приходилось жертвовать общением в семье?
– Первое время да, мы её брали с собой. Она видела, как всё устроено, как мы работаем. А потом перед ОГЭ (общий государственный экзамен - авт.) я её, конечно, упустила немного, мы обе переживали во время экзамена. Но мы старались контролировать, чтобы она занималась, нанимали репетиторов. Слава богу, всё успешно сдали, перешли в десятый класс.
– Кем она хочет стать?
– С раннего детства хотела стать дизайнером одежды, а сейчас говорит, что хочет выучиться на гейм-дизайнера и заниматься играми.
– Сколько у вас сейчас человек работает в коллективе?
– Десять-двенадцать человек.
– Их хватает на существующие объёмы производства?
– Сейчас да, потому что в основном оборудование работает, люди только помогают. Но мы хотим ещё нанимать. С работниками, конечно, сложно. Технологи у нас все китайские, основной вопрос стоит по подсобным рабочим. Многие хотят работать без официального трудоустройства, потому что или хотят получать пособия, или не хотят, чтобы у них списывали кредиты. Проблемы часто возникают из-за выпивки: пройдёт какой-то праздник, и после него на 2-3 дня человек уходит.
– Как вы к этому относитесь?
– Одна женщина недавно уволилась. Я ей давала много возможностей, она мне обещала, что больше не будет так пить, но она не смогла. Нам пришлось расстаться.
– Какие у вас планы на ближайшие 2 года в вашем бизнесе: вы ходите зафиксироваться на достигнутых показателях или у вас всё ещё стадия роста?
– Объёмы у нас увеличиваются и, конечно, мы мечтаем о росте, о новом оборудовании. В плане у нас это всё есть. Мы как раз на прошлой неделе отправили первую партию нашей продукции в Бурятию и в Иркутск. Хотим, чтобы наша продукция продавалась по всей России, не только в близлежащих регионах. Сейчас ведём переговоры со «Слатой», очень надеемся, что всё получится, и в ближайшее время мы с ними начнём работать. А дальше Красноярск, Новосибирск, быть может…
– Вы смотрите только на запад?
– И на Дальний Восток тоже. Например, на Благовещенск, где тоже рассматриваем варианты. Главное, чтобы людям нравилась наша продукция. А про запад я говорю потому, что люди приезжали оттуда, пробовали наши пельмени и очень хвалили, просили поставлять уже туда: в Питер, Москву, Красноярск и Новосибирск.
– Какие проблемы в масштабировании бизнеса приходится решать?
– Сложности заключаются в том, что с крупными торговыми сетями договариваться очень трудно. Видимо, в стране очень много полуфабрикатов, все хотят занять своё место. Может быть, боятся. что нашу необычную продукцию люди будут плохо покупать.
– Как вы работали с дизайном упаковки ваших пельменей, кто его придумывал?
– И семья, и друзья, - все вместе. Я с подругой советовалась, сделать ли упаковку полностью закрытой или полупрозрачной, и подруга сказала: «Я если не видно, что внутри, то не покупаю». И так многие. Людям нужно видеть, понимать, что они покупают, и мы это учли.
Мы обращались к дизайнеру, работали с ней. Она учла наши требования, предложила варианты, потом мы их дорабатывали. Сейчас нам дали свидетельство «Сделано в Забайкалье», мы его добавим на упаковки. А так дизайн у нас за эти годы сильно не менялся, это уже узнаваемость.
Раньше были иероглифы «Хао чи», что переводится на русский язык как «Вкусно!», теперь мы их убрали, зарегистрировали свой товарный знак. Мы используем свежие и натуральные ингредиенты, например свежезамороженные тигровые креветки, свежая зелень – всё покупаем у проверенных поставщиков, каждого из которых подбираем очень внимательно.
Вообще наше дело, наше производство – это постоянное движение вперёд. Не бывает времени, чтобы мы сели и поняли, что всё, развитие достигнуто можно жить спокойнее. Наоборот, мы в нашем развитии хотим бОльшего: поставок, географии и, самое главное, больше пользы и помощи людям, которые нуждаются во вкусной еде, приготовленной с заботой.
Когда в январе 2023-го губернатор ЕАО подарил полпреду Президента в ДФО зерна кофе, собранные с деревьев, выращенных в столице Еврейской автономной области, многие восприняли это как незатейливую PR-акцию. Но предприниматель из Биробиджана, чей кофе был презентован Трутневу, решил обеспечить себя собственным сырьём безо всякой медийной поддержки, хотя теперь и благодарен за бесплатную рекламу. Вкусовые качества зёрен первого урожая получили высокую оценку эксперта, и теперь «плантации» решено увеличить. Корреспондент EastRussia отправился в Биро-Би-Жанейро или Хитроград, как сами называют свой город жители Биробиджана, отведать местного «американо» и за историей о кофе по-биробиджански.
Научный эксперимент
Если въезжать в Биробиджан со стороны Хабаровска, то одно из первых заведений, которое вы встретите – это «Кофейня 13». Ее владелец – 33-летний Александр Романов - личность в небольшом городе с некоторых пор довольно известная: EastRussia, местные СМИ и паблики в соцсетях после того, как кофе по-биробиджански попробовал курирующий Дальний Восток вице-премьер Юрий Трутнев, наперебой стали рассказывать о его «научном эксперименте».
Фото: «Кофейня 13»
А началось все с того, что Александр для антуража решил поставить в одном из своих заведений кофейное дерево, купленное в местном тепличном хозяйстве. Когда оно дало плоды удивились, и поставили ещё одно дерево, потом другое. Когда зерна собрали и вручную приготовили кофе, получилось граммов 500. Привезли «урожай» в Хабаровск на оценку Q-грейдеру (Q-грейдер – сертифицированный специалист, который определяет качество кофе) Олегу Кустову.
Кофейное дерево
– Как сейчас помню: идет такой Олег к нам, явно скептически настроенный к «биробиджанскому кофе», но, когда сделал первый каппинг, у него глаза расширились. И не только он, все, кто присутствовал на дегустаци, дали высокую оценку, - вспоминает Александр Романов.
Было решено: эксперименту быть! Кофейные деревья расставили во всех кофейнях, дома тоже пустого места не осталось. Первый урожай определили как «Арабика», правда, при этом у ягоды были замечены те или иные мутации: к примеру, кофейное зерно обычно состоит из двух половинок, а здесь одна или три.
Кофейные зерна
– Дерево меняется в новых условиях и по вкусу получается уникальная история, - рассуждает Александр Романов.
Объемы собственного – биробиджанского - кофе стали расти, последний раз собрали два килограмма. Пили сами, угощали других. В коммерческую историю предприятия по выращиванию кофе Александр не сильно верит. Говорит, что создать плантацию в условиях Дальнего Востока вряд ли получится, слишком сложно достичь нужной влажности в 70%.
- Хотя в китайцев три года назад, когда они начали выращивать кофе, тоже никто не верил. Теперь же они сильно «поджали» бразильцев, - размышляет Александр.
«Моя маленькая Колумбия»
Александр все же решил построить теплицу, где будет выращивать кофейные деревья. Региональные власти проект поддержали, обеспечив условно бесплатным теплом – «обраткой» от двух муниципальных котельных.
Комплекс общей площадью тысяча квадратных метров будет готов уже в конце апреля, оранжерея будет небольшой - на 40 «квадратов». Там же откроется новая – пятая по счету – кофейня, а также цех прожарки кофе, спортзал, который могут бесплатно посещать дети в возрасте до 18 лет, и бесплатная репетиционная база с необходимым набором инструментов и аппаратуры для местных музыкантов. Но об этих проектах – отдельный разговор.
– Хочу приходить в теплицу и пить кофе в окружении кофейных деревьев. Пусть это будет «моя маленькая Колумбия», - мечтает Александр.
В теплице будут созданы необходимые условия: температура, свет (кофе не любит прямой свет), влажность.
«Неламповый кофе»
Кофейные деревья разместятся не только в новой оранжерее, но и… на подоконниках бюджетных организаций, ими заменят фикусы и прочие растения. Все же Александр – предприниматель и планирует хоть как-то капитализировать свой «научный эксперимент». Когда число деревьев дойдет до 300, то можно будет собирать пару мешков зерен, обрабатывать их и продавать микролотами на кофейной бирже, как некий «эксклюзив с Дальнего Востока».
- Есть такие лоты, где цена за килограмм кофе может доходить до 50 тысяч рублей. Ведь тот же бразильский кофе обрабатывается в промышленных масштабах, у него нет душевного, кропотливого ручного труда. Мы же обрабатываем вручную, так что наш кофе – «ламповый», - рассказывает Александр Романов.
«Хитрый кофе»
Летом в Биробиджане будут высаживать кофейные деревья прямо на улице, но это уже больше имиджевая история. Пока же Александр проводит в городе кофейный фестиваль «Давай займемся кофе», за плечами организация двух чемпионатов для бариста.
– Я хочу связать два слова: кофе и Биробиджан, поэтому мы стремимся к статусу «Биробиджан – кофейная столица». Думаю, что мы «влетаем» в кофейную повестку, - говорит Александр.
Кстати, отмечает он, в городе увеличились так называемые «офисные продажи», когда кофе покупают в офис. Да и в кофейни люди стали заходить чаще.
Мы, увы, попробовать «кофе по-биробиджански» не смогли - попросту не хватило, партии пока слишком маленькие.
Пятница, 13-е
Напоследок спрашиваю его про название кофеен: почему «Кофейня 13»?
– Это личная история. У меня двое сыновей родились в пятницу, 13-го. Если лечу в самолете, то обязательно 13-й ряд достается. Покупаю машину – в номере по-любому число 13 есть. Поэтому, когда встал вопрос про название для кофейни, то подумал про 13, в ней же есть что-то про суеверие, в суеверии есть про кофе, вот и связалось, - рассказывает Александр.
Теперь резидент Свободного порта Владивосток марикультурный фермер Василий Гребенников делает бухту Витязь не только центром по разведению гребешка, но магнитом для гастро- и экотуризма.
Выписывать географические зигзаги – это у Гребенниковых семейное. Семья бабушки Василия, спасаясь от первой мировой войны, переехала из Белоруссии в Сибирь. Его отец поехал оттуда учиться Санкт-Петербург. Затем военная служба занесла его сначала в Приморский край, потом в Германию и, наконец, на родину предков – Белоруссию, где в 1979 году на свет и появился герой нашего рассказа. Минчанин в первом поколении, Василий закончил тут в 2001-м Белорусский национальный технический университет и с дипломом инженера-строителя уехал … в Англию.
Инвестиционный консалтинг, девелопмент коммерческой недвижимости в команде крупнейшей международной страховой и финансовой корпорации, нефтегазовый проект в восточной Сибири, потом пришло предложение от Фонда развития Дальнего Востока. «Сначала меня время от времени привлекали на консалтинг – оценить риски, разработать план действий. Потом нагрузка выросла, мы оформили отношения, и сначала я работал в Москве с 2015 года, но для себя решил развивать Дальний Восток не из Москвы, а работать непосредственно на территории, – рассказывает Василий, – так, в 2016 году мы переехали во Владивосток. В конце 2018 года я завершил эту свою миссию, и в 2019-м занялся марикультурной фермой по разведению гребешка и приземлился в поселке Витязь Приморского края».
Вместе с Василием его семья – супруга и две дочери. Старшая – москвичка, младшая – уже уроженка Приморья.
Почему марикультура? «В Приморье для нее идеальные условия и рядом крупнейшие рынки сбыта Китай, Южная Корея, Япония, – говорит Василий, – хотя поднимать этот бизнес очень непросто. Да, я резидент Свободного порта Владивосток и это многое облегчает, но страховые компании этот бизнес не понимают, соответственно они риски не страхуют, а когда страховые компании риски не страхуют, банки такой бизнес и не кредитуют. Приходится развиваться только на собственные средства». К тому же нет научной поддержки и образовательной базы. Начинающий марифермер полагал, что сможет прийти Тихоокеанский научно-исследовательский рыбохозяйственный центр и там ему составят проект, по которому нанятые подрядчики все построят, а затем надо будет подключить фирму, которая бы занялась эксплуатацией инфраструктуры, читай – разведением гребешка.
«Я думал, что все организую и буду заниматься финансами, продажами выстраиванием стратегии и подобными вещами. Тем, чем я занимался на рынке недвижимости в Москве: находишь участок, нанимаешь проектировщиков, подрядчиков, привлекаешь финансирование – и все! Проект реализуется! Но тут в Приморье – нет. Все приходится делать самому, делать руками». А тут тайфун Майсак в сентябре 2020 года буквально разметал все и вся, и из ожидаемого урожая порядка 90 тонн гребешка на этот год, осталось всего 10. Но отступать некуда, Москва далеко. И хотя не удалось выдать желаемый объем товарного гребешка, ферма Василия стала крупнейшим производителем рассады – гребешковой молоди, которую реализовали другим хозяйствам, которые занимаются марикультурой.
«Я думаю, что смог бы, конечно, поднять ферму и организовать бизнес и в других уголках земного шара, с более развитой инфраструктурой, квалифицированным персоналом, научной поддержкой, развитой финансовой инфраструктурой, но… хорошо там, где мы есть! Так уж сложилось, что я искал место, где можно жить у моря со стабильными ветрами. Кайтсерфинг – одна их частей моей жизни, а Владивосток это лучший город для того, чтобы кататься на кайте - здесь лучшая ветровая статистика в мире. Одного какого-то фактора «Почему Дальний Восток» у меня нет, да и не бывает так, чтобы один фактор все решил. Все они вместе сложились , ведь не мечтал я с детства о том, что я сделаю гребешковую ферму в поселке Витязь Хасанского района, но судьба меня вот сюда привела. А может фамилия – Гребенников. Тут и гребешок тебе, и гребень волны. А Дальний Восток это такое место – бери и делай!».
Накануне Восточного экономического форума редакция EastRussia опросила членов Общественного совета Минвостокразвития о том, какие темы развития Дальнего Востока сегодня актуальнее всего и что необходимо для решения проблемных вопросов.
- В послании Федеральному Собранию РФ 29 февраля 2024 года президент России Владимир Путин отметил, что «большая многодетная семья должна стать нормой, философией жизни общества, ориентиром всей государственной стратегии». Такие семьи воспитывают детей в духе патриотизма, любви к труду и своей Родине. Однако для этого у них должна быть прочная финансовая основа, обеспечивающая их независимость и самостоятельность, что может быть достигнуто лишь через поддержку и развитие семейного предпринимательства. Именно общее семейное дело является той самой уникальной семейной ценностью, которая сплачивает всех членов семьи в устойчивый и развивающийся коллектив единомышленников всех возрастов.
Торгово-промышленная палата РФ с 2018 года ведет системную работу по развитию семейного предпринимательства, реализуя ряд специальных проектов и инициатив в этой сфере, включая подготовку будущих наследников семейного дела.
В дореволюционной России семейными династиями предпринимателей активно развивалась экономика и социальная сфера регионов – строились больницы, школы, музеи, театры, дома престарелых и т.д.
В настоящее время, по экспертной оценке, вклад семейного бизнеса в экономику России значителен:
- 99% фермерской продукции выращено семейными сельхозкомпаниями;
- 95% частных школ в России основаны семейными предпринимателями;
- 90% антивирусных продуктов в IT созданы семейными компаниями;
- 80% частных гостиниц и 60% предприятий общественного питания – это семейный бизнес;
- 75% российской косметики создано на производствах, которыми руководят родственники;
- 50% всего хлеба в России выпекают семейные пекарни.
Заинтересованность государства в поддержке и развитии семейного предпринимательства заключается в том, что это наиболее устойчивый сегмент национальной экономики, участвующий в реализации множества социально-экономических задач – от демографии до экономики, от социальной сферы до подготовки кадров. Вот только несколько самых привлекательных характеристик семейного бизнеса: стремление к самореализации, общие цели и планы, любовь к своему делу, вовлеченность членов семьи из разных поколений, нацеленность на долгосрочную работу, готовность к инвестициям, поддержка сотрудников, благоприятная внутренняя культура, социальное развитие, ориентация на качество и соответствие запросам конкретного сообщества.
У семейных компаний есть возможность решить многие проблемы многодетности: финансовая независимость от государства, материальное стимулирование, гибкий график работы, возможность решать домашние дела в удобное время, возможность привлекать детей к труду с самого раннего возраста; крепкая связь поколений и естественное наставничество. Дети из семейных компаний, получив высшее образование, возвращаются к себе на родину, чтобы продолжать семейное дело и создавать свои многодетные семьи, формируя, таким образом, настоящие бизнес-династии. Семейные компании открываются на десятилетия, они нацелены на долгосрочное развитие. Создавая фамильные бренды, семейные компании продвигают не только себя, но и свои регионы, и страну в целом.
Также привлекательность семейного бизнеса для экономики объясняется тем, что такие компании менее готовы к рискам, поскольку работают на себя и свою семью. Меньший риск компаний – больше стабильности экономике и персоналу, больше уверенности в работе и, соответственно, желания расти и развиваться. Помимо этого, семейный бизнес больше заботится о среде, в которой он работает, что соответствует современным тенденциям устойчивого развития.
Преимуществ у семейного бизнеса много, но для долгосрочного развития и полноценной реализации имеющегося потенциала этого сектора экономики необходима благоприятная деловая среда, инструменты и меры поддержки. А для этого нужно закрепить на законодательном уровне РФ понятие «семейное предпринимательство». Законодательство по семейному предпринимательству постепенно формируется, уже в 9 субъектах РФ приняты местные законы, определяющие статус семейных компаний, в их числе и два региона ДФО – это Республика Саха (Якутия) и Камчатский край, где приняты поправки в региональные Законы «О развитии малого и среднего предпринимательства». Принятие на законодательном уровне понятия «семейное предпринимательство» позволит решить многие вопросы, остро стоящие на повестке Дальнего Востока. Это закрепление молодого трудоспособного населения в местах проживания, это повышение рождаемости, развитие наставничества и семейных династий, развитие и расширение производств на местах, а это пополнение бюджетов различных уровней.
Стратегическая сессия «Формирование предложений в новую стратегию МСП, с целью повышения эффективности и модернизации отраслей экономики России и Дальнего Востока» претендовала на то, чтобы стать одним из якорных событий VI Дальневосточного форума предпринимателей. Заявка на это содержится в самом названии мероприятия. Если сбор предложений бизнес-сообщества по улучшению и упрощению деятельности субъектов МСП в различных отраслях можно назвать стратегическим подходом, то свою своей цели встреча достигла.
Осветляя будущее
Обрисовывая текущее положение и значимость МСП в Хабаровском крае (а при всей «дальневосточности» форума на стратсессии присутствовали только бизнесмены, представители власти и науки только из этой территории), министр экономического развития региона Виктор Калашников отметил, что вклад местных субъектов МСП в экономику составляет примерно четверть регионального продукта: при ожидаемом в этом году суммарном ВРП в один триллион рублей по предварительным оценкам 250 млрд придётся на организации и предпринимателей из разряда «малый/средний бизнес».
Малый бизнес в регионе сегодня — это более 50 тысяч компаний и индивидуальных предпринимателей, 80 тысяч самозанятых. В прошлом году в крае зарегистрировано почти 8 тысяч новых компаний.
«Есть очень такое сильное движение, и рост просто неизбежен с точки зрения базисов экономического роста, — подчеркнул Виктор Калашников. — В крае создана целая инфраструктура поддержки МСП, она за годы выстраивалась, она переформатировалась уже в определённую экосистему: ресурсом одного окна у нас выступает Центр мой бизнес на базе краевого агентства содействия предпринимательству. Клиентура постоянно измеряется тысячами предпринимателей. Мы перешли совместно с корпорацией МСП, Российским институтом содействия предпринимательства на цифровую платформу…
… особых проблем на предстоящие 3−4 года правительство Хабаровского края не видит. Есть мощные инвестиции, они неизбежно будут давать отдачу. Важно, чтобы структура экономики была сбалансирована, чтобы малый и средний бизнес был в большей степени встроен именно в такие операции, о чём и говорит Хартия импортозамещения и технологического промышленного суверенитета».
«Хартия промышленного технологического суверенитета и импортозамещения», о которой говорит Виктор Калашников — это инициатива врио Хабаровского края Дмитрия Демешина, выдвинутая им в июне 2024 года. Она предполагает усиление кооперационных связей внутри региона, объединение крупных промышленных предприятий с малым и средним бизнесом с тем, чтобы способствовать решению кадровых вопросов, запуску местного технологического перевооружения взамен разрушенных западом импортных цепочек. На конец августа 2024 к Хартии присоединились уже более 120 крупных и малых предприятий.
Кстати, выступая на пленарном заседании форума предпринимателей, Дмитрий Демешин сказал, обращаясь к представителям делового сообщества: «Думайте, как мы будем претворять в жизнь ваши интересы».
И предприниматели ответили
Получая по очереди слово, бизнес-леди и бизнесмены стали рассказывать, чего не хватает им и их коллегам по отрасли. Это были сплошь дельные замечания и предложения. Так президент Дальневосточной ассоциации туризма и директор турфирмы Ирина Кушнарёва указала на неготовность Хабаровска к предстоящему наплыву туристов из КНР, который ожидается после открытия пункта пропуска на Большом Уссурийском острове — если сейчас из сопредельной страны в Хабаровск приезжает порядка 50 тыс. человек в год, после открытия «новых ворот» турпоток по оценкам экспертов должен вырасти до двух миллионов.
— Инвестиционный процесс занимает много времени, мы уже запаздываем в строительстве гостиниц, ресторанов, точек притяжения туристов и в общем создании инфраструктуры, — подчеркнула она. — Если в 2026-м году планируется всё-таки открытие перехода, то мы к нему не готовы.
Представила Ирина Кушнарёва и перечень предложений: от создания рабочей группы с участием властей и бизнеса, до объявления международного конкурса архитекторов, проектировщиков, урбанистов на лучший проект застройки острова и разработки условий для участия потенциальных инвесторов по созданию и проектов и общей инфраструктуры в кооперации с Минвостокразвития.
Каждый следующий спикер обрисовывал конкретную проблемную ситуацию в своей отрасли и также представлял предложения по их разрешению. Владелец бизнеса по добыче и глубокой переработке торфа указал на необходимость устранения как локальных узких мест — создания транспортной инфраструктуры для вывоза торфа, так и на задачи федерального уровня — присвоить продукции из торфа высокого передела другой код ОКВЭД вместо существующего, т.к. сейчас она всё равно считается сырьём, соответственно при экспортном оформлении облагается повышенными сборами.
Ольга Булкова, председатель Союза рыболовецких кооперативов-колхозов Хабаровского края «Крайрыбакколхозсоюз» рассказала про сложности предпринимателей, занимающихся аквакультурой в части аренды участков для этой деятельности. Представитель компании, которая устанавливает тепловые насосы, попросил поддержки организациям и гражданам, планирующим использовать альтернативные источники тепловой энергии. Организатор бизнеса по разведению женьшеня, сообщил о проблемах с размещением плантаций на землях лесного фонда и трудностях с мелиорацией… и так далее, и так далее.
Все описания проблем финализировались предложениями по их исправлению, причём у многих ситуаций был некий «общий знаменатель», почти каждый спикер сообщал, что ситуация не новая, о ней докладывалось на встречах, совещаниях, форумах различного уровня.
Что делать?
Поставить если не точку, то запятую в обсуждении, модератор стратсессии, председатель Хабаровского регионального отделения «ОПОРЫ РОССИИ» Сергей Мазунин предложил представителям научной мысли. Своим видением поделился доцент кафедры менеджмента и государственного управления Дальневосточного института управления – филиала РАНХиГС Александр Медведев. Он, кстати, привёл данные, несколько диссонирующие с настроением, которое в начале встречи задал Виктор Калашников. Со слов учёного, по данным «Опоры России» семь субъектов ДФО «просели» по приросту юридических лиц и индивидуальных предпринимателей относительно 2022 года. В процентном отношении аутсайдерами стали Сахалинская область — минус 2,1%, Хабаровский край и ЕАО по 1,1%. По количественному показателю анти-лидером стал Хабаровский край — минус 564 участника. Тут, впрочем, надо заметить, что идти в «рост» по количеству субъектов МСП после достигнутых высот становится с каждым годом сложнее и этот показатель не является однозначным мерилом успеха в работе государства с МСП.
«На сегодняшний день единственный объективный показатель уровня развития МСП — это доля субъектов малого и среднего предпринимательства в ВВП страны. К концу 24-го года было запланировано 32,5%, но вышли на показатель 21%. Причём, обращаем внимание, что базовое значение, с которым начинали планировать в 2022 году было 20,3% ВВП», — сообщил Александр Медведев.
Учёный оговорился, что в условиях кризиса, пандемии и сложности мировой ситуации эти показатели говорят о стабильном положении, т.к. не происходит их резкого снижения.
Решением, по мнению Александра Медведева, может стать «принятие системных мер поддержки бизнеса, использовать творческий подход при формировании системного налогообложения». Для Хабаровского края это могли бы быть два подхода.
«Первое: определить минимальную критическую массу постатейных расходов бюджета Хабаровского края на поддержку сектора СМП, ниже которой опускаться нельзя. Второе: сформировать вертикальную и горизонтальную структуру администрирования сферы МСП в системе исполнительной власти Хабаровского края — курирующий вице-губернатор, вице-премьер, курирующий заместитель министра в профильных министерствах и т.п. Такая политика в других регионах Российской Федерации есть, и она работает эффективно».
При этом в Хабаровском крае есть структура, которая курирует МСП — собственно министерство экономического развития региона во главе с Виктором Калашниковым, и если уж вклад местного бизнеса в ВРП 25% (что выше среднероссийского), то делается это небезуспешно.
Как рассказала EastRussia директор Дальневосточного научного центра местного самоуправления Нина Поличка, ещё 11 лет назад в Законе о предпринимательстве Хабаровского края отраслевой подход к развитию МСП был прописан как принцип, потому что для развития МСП нужно понимать специфичность их деятельности в каждой конкретной сфере.
«Мы тогда же при Шпорте (губернатор Хабаровского края с 2009 по 2018 – прим. ред) добились того, что каждое министерство себе в полномочия вписало развитие малого и среднего предпринимательства в установленной сфере деятельности. К сожалению, с тех пор мы не смогли это добиться, чтобы они стали это делать».
Как констатация общей симптоматики встречи прозвучало замечание депутата Госдумы от Хабаровского края Бориса Гладких. Описывая ситуацию в транспортной отрасли, когда при поддержке краевой власти были взяты в лизинг автобусы для предпринимателей региона, он отметил: «Мы поддержали ради малый и средний бизнес, а о долгосрочной перспективе мы не думаем. Стратегии нет, целеполагания нет. На сегодняшний день мы работаем именно в таком ключе, когда получили, использовали, а дальше 5−10 лет мы не видим направления».
И своеобразный диагноз поставила Ирина Зикунова, председатель Законодательной Думы Хабаровского края: «Есть важное стратегическое обстоятельство, которое мы должны принять во внимание. Надо понимать, что определенного потолка развития мы достигли здесь [в развитии МСП], и в силу того же самого кадрового фактора, наверное, мы не сможем очень сильно развертывать этот сектор по количественным показателям, по наращиванию числа субъектов предпринимательства, по наращиванию того трудового ресурса, который вовлечён там в оборот. Из этого следует очень простой вывод, что развиваться нужно по направлениям приоритезации и некоторого фокусирования. То есть мы должны ответить на вопрос, а каковы приоритеты развития в малом и среднем бизнесе для того, чтобы не растрясти эти ресурсы, стремясь объять необъятное».
По аналогии с преференциальными режимами ТОР и СПВ федеральная сеть разливного пива «Пив&Ко» разработала для предпринимателей из Дальневосточного федерального округа собственное предложение по открытию и развитию бизнеса. Для этого достаточно жить и работать на Дальнем Востоке.
Предложение заключается в том, что любой желающий может открыть магазин разливных напитков по франшизе от «Пив&Ко», вложив 2,5 млн рублей. Это на миллион рублей меньше, чем вложения в франшизу STANDART. Условие одно: магазин должен быть открыт в одном из 11 субъектов ДФО.
Перспективная территория
Казалось бы: Дальний Восток – самый дорогой макрорегион России. Сложная логистика и удаленность от основных экономических центров страны делают любой реализуемый на этой территории проект более дорогостоящим в сравнении с аналогичными в европейской части страны. Впрочем, отмечают менеджеры «Пив&Ко», именно дальневосточные предприниматели проявляют большую решительность при ведении бизнеса.
«Сначала все было спонтанно: заявки оставляли люди из разных уголков нашей страны, но предприниматели с Дальнего Востока всегда были более решительными, они поверили в наш проект. Это сыграло важную роль в успешности «Пив&Ко» на Дальнем Востоке и в достижении высоких показателей чистой прибыли», - рассказывает руководитель отдела продаж «Пив&Ко» Константин Рябенко.
Сегодня в макрорегионе работают 83 торговые точки, все они открыты по франшизе. Еще четыре на стадии открытия. Первый магазин в Дальневосточном федеральном округе открылся в конце 2017 года во Владивостоке, сейчас у этого первого партнера уже восемь магазинов.
В 2019 году открылся магазин в Благовещенске, затем «волна» пошла дальше: Бурятия, Якутия, Забайкалье, Хабаровский край, Приморье, Камчатка, Еврейская автономная область, Сахалин. Показателен пример Петропавловска-Камчатского, где долгое время не удавалось найти партнера. В итоге им стала девушка, для которой этот магазин стал первым.
«У нас в бизнесе около 80% франшизы – мужчины. Но наш партнер-девушка на Камчатке подошла к делу ответственно, приезжала к нам в Екатеринбург на обучение», – отмечает Константин Рябенко.
Дальневосточная специфика
Менеджеры «Пив&Ко» отмечают, что в каждом дальневосточном регионе своя специфика. К примеру, в Чите запрещен розлив пива в потребительской таре в помещениях, находящихся в многоквартирных домах — это первые этажи жилых домов и прилегающие к ним территории.
«То есть, если ты хочешь открыть магазин с пивными напитками, тебе нужно искать отдельно стоящее здание. Для бизнеса это дополнительные сложности, многие магазины закрываются. Но, с другой стороны, это дает толчок развитию коммерческой недвижимости и сокращает число конкурентов. Что касается «Пив&Ко», мы с самого начала думали стратегически и не брали помещения на первых этажах жилых домов», - рассказывает представитель отдела аренды «Пив&Ко» Денис Латыпов.
Тут положительную роль также сыграл приход на Дальний Восток таких крупных федеральных ретейлеров, как «Пятерочка» и «Магнит».
«С прошлого года на Дальний Восток начали экспансию и другие федеральные сети. И для нас это плюс, потому что с федералами об аренде помещений договориться проще, чем с региональными компаниями. Более того, к нам прислушиваются, поскольку мы пришли на этот рынок раньше», - отмечает Денис Латыпов.
При этом у «Пив&Ко» есть собственные внутренние критерии отбора помещений, основанные на аналитике.
«Есть жесткие запреты: например, даже несмотря на нехватку помещений, мы никогда не дадим партнерам открыться в цокольном этаже здания. Только первая линия. Плюс желательно наличие рядом крупных федеральных ретейлеров, для создания дополнительного трафика».
Далекий Дальний
Из-за географической отдаленности на Дальнем Востоке есть сложности с ассортиментом продукции, причем, это касается не только пивных напитков. У местных покупателей, как правило, очень маленький выбор, который в основном состоит из местных поставщиков и производителей. «Пив&Ко» привезло уникальный ассортимент,
«Когда мы только заходили, работали лишь с местными компаниями, кропотливо подбирали пул поставщиков и посредников. Сейчас эта цепочка полностью отстроена. Все этапы по подбору и поиску помещений, по строительству, составлению ассортиментной матрицы происходят дистанционно, так как компетенции за время присутствия у нас уже наработаны. Партнер получает готовый пул поставщиков, готовую бизнес-модель, готовых партнеров в плане вывески, мебели, оборудования», - рассказывает Денис Латыпов.
Парадоксально, но при отсутствии должного ассортимента, дальневосточники избалованы… изобилием, это тоже необходимо учитывать. К примеру,
«Грубо говоря, если на Урале наши посетители считают изобилием 25 кранов с пивом, то в восточных регионах нужно 150 кранов. Вместо небольшой витрины с рыбой – огромный холодильник. Сказывается близость моря. В наших магазинах присутствуют как сорта местных производителей, ориентированные на консервативных покупателей, так и уникальные сорта пива, которые создают только для магазинов «Пив&Ко» и которые так полюбились местным покупателям», - отмечает руководитель отдела Сопровождение Лион Моргунов.
Поработать пришлось и с ценой, ведь на Дальнем Востоке все дороже, чем во многих других регионах страны в несетевых магазинах.
«Недавно читал исследование о том, сколько стоит самая дешевая бутылка пива в разных регионах страны. В среднем по Свердловской области этот показатель составил 77 рублей. А в Якутии этот же товар обходится розничному покупателю в среднем в 135 рублей. Причины – дорогая логистика и неразвитость рынка. Но мы смотрим на это позитивно: это большие перспективы для развития», - отмечает Лион Моргунов.
Главная особенность и главное преимущество развития бизнеса в регионах Дальнего Востока — эксклюзивность предложения на розничном рынке: у «Пив&Ко» построена прямая отгрузка эксклюзивных товаров в каждую торговую точку, что позволяет активно развивать бизнес и иметь преимущество. Основной закуп товаров происходит на местном рынке, в итоге получается максимально рентабельная матрица товаров, но при этом отличная от всех конкурентов.
Все это порой приводит к неожиданным результатам. К примеру, лидером среди всех по продажам стала столица БАМа – Тында.
Все учтено
Все эти моменты и особенности были учтены при составлении уникального предложения для дальневосточных предпринимателей. К примеру, торговые точки запускаются на общей площади до 50 кв метров, это меньшие затраты на открытие, чем при франшизе STANDART. При этом чистая прибыль сохраняется за счет меньших операционных затрат. Также в «дальневосточных» магазинах присутствует ограниченный, лишь самый популярный ассортимент, за счет которого рентабельность остается на высоком уровне.
«Эксклюзивный формат франшизы в ДФО мы активно презентуем с июня 2024 года. Раньше мы давали возможность работать в этом формате лишь нашим опытным франчайзи. Сейчас, когда уже есть большой опыт и понимание, как действовать наиболее эффективно, мы открыли его для всех партнеров – действующих и новых, кто только хочет работать с «Пив&Ко» на территории Дальневосточного федерального округа», - рассказал руководитель отдела продаж «Пив&Ко» Константин Рябенко.
В данном формате учтено даже большое расстояние между Дальним Востоком и Екатеринбургом, где находится головной офис «Пив&Ко». К примеру, отпала необходимость приезжать менеджерам на Дальний Восток - в регионах есть свои мастера франшизы, удаленно происходит и взаимодействие с партнерами: они сначала проходят обучение в компании, где получают полный пул знаний, стандартов работы, знакомятся со всеми особенностями ведения бизнеса в сфере разливных напитков, а после обучения сопровождение, контроль за стандартами работы происходит путем предоставления видео и фото отчета от партнера, которые подвергаются анализу и дается обратная связь.
Даешь 100!
До конца текущего года «Пив&Ко» планирует преодолеть отметку в 100 магазинов в Дальневосточном федеральном округе. Для этого осталось запустить 17 магазинов, то есть по 2-3 в месяц, что, по оценке менеджеров компании, более чем реально.