«Мир открыт каждому!»: семья прошла 300 км по морю на катамаране

Пограничный переход Поярково — Сюнькэ пропускает туристов нерегулярно, поэтому надёжней приехать сюда через Хэйхэ междугородным автобусом. Четыре часа езды по петляющей между лесов и полей дороге, и вы ступаете на землю этого городка с населением около сорока тысяч человек.

По своему укладу жизни Сюнькэ не отличается от всех больших и малых городов Китая. Здесь принято просыпаться ранним утром и ложиться спать с наступлением темноты, а днём трудиться, чтобы заработать хлеб насущный. Ещё одна особенность, присущая всем городам Китая — ресторанчики здесь почти на каждом шагу, и складывается впечатление, что китайцы уже разучились готовить дома.

Общественный транспорт Сюнькэ. Фото: Евгений Гончаров

Общественный транспорт в виде автобуса и такси в Сюнькэ, как мне показалось, отсутствует. А зачем он? Из конца в конец весь городок можно пройти неспешным шагом за час. Те, кто не хочет бить ноги, могут оседлать прокатный велосипед. Последнее, впрочем, не доступно для иностранных граждан, не подключенных к платёжной системе UnionPay.

Кстати, страшилка для россиян относительно того, что в Китае с недавних пор невозможно расплатиться наличными юанями, в Сюнькэ не подтвердились — банкноты с портретами председателя Мао и металлическая мелочь принимаются к оплате везде.

Главная улица Сюнькэ называется «Проспектом красных агатов», а сам город имеет второе название «Столица красного агата».

Проспект Красного агата. Фото: Евгений Гончаров

В уезде Сюнькэ разрабатываются большие месторождения этого минерала — разновидности халцедона красных оттенков. На «Проспекте красных агатов» полно магазинов, где продаются ювелирные изделия из этого полудрагоценного камня. На витринах выставлены кулоны, бусы, браслеты, чётки, статуэтки — от непритязательных изделий лазерной резки до настоящих произведений ювелирного искусства. Соответственно, и цены — от полутора сотен до десятков тысяч юаней.

Но настоящий шок (другого слова я просто не подберу) ожидал меня на городском рынке, расположенном в северо-восточной части Сюнькэ, четверть площади которого отведена под ряды отделов по продаже красного агата. Здесь этот минерал представлен не только в виде творений рук человека — ювелирных изделий, но и в своём естественном природном состоянии, когда невзрачный снаружи камень лишь распилен, показывая свою внутреннюю красоту. Базар есть базар, и здесь, в отличие от магазинов, можно поторговаться, от чего получите удовольствие не только вы, но и продавцы.

Красный агат в природном виде. Фото: Евгений Гончаров

Я купил несколько медальонов с буддами и драконами — себе и в подарки друзьям.

Куда ещё можно сходить в Сюнькэ?

В юго-западной части Сюнькэ находится огромный сосновый лесопарк с вымощенными дорожками, садовыми скамейками и спортивными площадками. Это настоящий лес, в котором водятся белки и растут грибы. В летнюю жару здесь приятно побыть в тени высоких сосен, вдыхая их хвойный аромат. Как память о Маньчжурской стратегической наступательной операции Советских войск 1945 года здесь остались железобетонные сооружения японского укрепрайона.

Дзот японского укрепрайона в городском парке. Фото: Евгений Гончаров

Музей уезда Сюнькэ в центре города вы узнаете по трёхэтажному зданию с полукруглым фасадом и обсерваторией на крыше. В экспозициях музея представлена история этой местности со времён неолита до новейшего времени. В музее также находятся две картинные галереи — китайская и российская. А ещё здесь расположена мастерская Союза художников уезда Сюнькэ, в которой вы наверняка застанете за работой кого-то из местных мастеров кисти. И, естественно, в музее есть большой раздел красного агата.

Билет на автобус до Сюнькэ можно свободно купить в кассе автобусного вокзала города Хэйхэ за 40 юаней. Один день проживания в двухместном номере гостиницы — 150 юаней. Правда, без завтрака. Но голодным вы не останетесь, благодаря многочисленным столовым и пельменным с приемлемыми ценами.

Ряды красного агата. Фото: Евгений Гончаров

Красным агатом были инкрустированы комплекты золотых, серебряных и бронзовых медалей Зимних Азиатских игр 2025 года в Харбине. По замыслу дизайнеров медалей красный агат символизировал душевное тепло и гостеприимность жителей провинции Хэйлунцзян. Увезите и вы с собой в виде сувениров из красного агата частицу этого тепла и гостеприимности.

— Анна, каюр — профессия экзотическая. Вы из знаменитой династии Семашкиных, у вас большой семейный питомник ездовых собак. Наверное, оказались в нарте раньше, чем научились ходить?

— С самого рождения я вообще, в принципе, всем этим занималась. Покуда сама не могла стоять, сидела у родителей в нарте, ходила с ними на тренировки. Потом, когда становилась старше, уже вставала сама — мне подпрягали две собачки, потом четыре… С каждым разом, когда я росла, становилась более сильной, мне становилось понятно, как вообще работать с собаками, увеличивалось количество собак и, соответственно, километраж.

У нас семейное дело, общий питомник ездовых собак «Снежные псы». Хозяйство довольно-таки большое — около 120 собак и семь северных оленей. Благодаря более серьезным стартам в юности я и смогла состояться как каюр. Помню, мне было 12 лет, и мы от Камчатского центра ездового спорта пошли в Налычевскую долину — шли 44 километра. Сложность этого этапа заключалась не в километраже для нас, детей, а в Пиначевском перевале. Он непростой, а ещё в пургу попали… но так мы крепли и готовились к большой «Берингии».

Фото из личного архива Анны Семашкиной

— С 18 лет вы участвуете во взрослой гонке. Сначала ходили всей семьей, а последнюю дистанцию, которая легла в основу вашего фильма, прошли абсолютно одна. Как дался этот переход к полной самостоятельности на сложнейшей трассе?

— Три года подряд я участвовала вместе с родителями. В мой первый год у меня была такая маленькая цель-задача — сходить в гонку вместе всей семьей: мама-папа-я. Потом ходили с папой, потом мама вернулась на трассу, а сестре стукнуло восемнадцать, и она тоже пошла с нами. Это было очень здорово! Понятно, что мы семья, мы друг другу в чем-то помогаем, но на трассе каждый сам за себя. Знаете, были у меня какие-то трудные моменты, я думаю: «Вот сейчас мама будет проходить, мама поможет!». А там так не работает. Но круто, когда ты приходишь после этапа — не всегда просто, эмоционально ты выматываешься, — и есть родители, ты можешь подойти, обняться.

Фото из личного архива Анны Семашкиной

Поначалу, когда только-только сформировалась моя команда, папа был категоричен и говорил: «Вот ты берешь этих собак, я беру этих». А спустя время я уже сама вела отбор, смотрела, какие собаки мне нравятся по рабочим качествам, по характеру. Нас вообще всегда приучали к самостоятельности. По факту, что ты с родителями, что нет — на самой трассе особой разницы я не видела. Единственное, что вечером скучновато немножечко, потому что с родными людьми обсуждать прошедший день всегда интереснее.

— Эта «Берингия» наверняка преподнесла свои сюрпризы. С какими трудностями пришлось столкнуться вам и вашим собакам на маршруте?

— Сама гонка прошла для меня хорошо, я отлично себя чувствовала, но трудностей, конечно, хватало. В основном они были связаны с собачками. В этом году у нас на севере снега было не так много, как обычно. Из-за того, что трассы были очень жесткими, бесснежными, собаки набивали себе лапы, у них забивались мышцы и суставы. Приходилось просто ежедневно, после каждого перехода, каждую собаку массировать, делать компрессы на суставы, чтобы они могли на следующий день восстановиться и бежать.

Фото из личного архива Анны Семашкиной

Самые грустные моменты — это когда тебе приходится снимать собачек с этапа. Ну, это обычная история для гонки: кто-то не успел восстановиться. Я же не буду животное насиловать, запрягать, чтобы она дальше тащила. У нас есть большая группа сопровождения, снегоходы оборудованы специальными ящиками-перевозками. Снимаешь собаку — она едет до следующего пункта в тепле. Но снятые собаки все равно остаются с нами. Я забираю их на стоянке, они сидят со всей упряжкой, я их кормлю, ухаживаю. Я стартовала с четырнадцатью собаками, а к финишу пришла с двенадцатью. Скорость от этого, кстати, не падает, а наоборот улучшается: упряжка всегда бежит со скоростью самой медленной собаки. Убираешь того, кто провисает по настроению или усталости — и вся стая начинает бежать быстрее.

— Когда идешь в суровых условиях севера, полагаясь только на животных, чего вы боитесь больше всего? Есть ли какой-то главный страх каюра?

— Наверное, первое, что приходит в голову — это страх потерять собачью упряжку. Бывает такое, что ты можешь в какой-то момент упустить собак. Хоть они и воспитаны, но бывают ситуации, когда собаки в азарте, это все равно животные. Ты опускаешь упряжку, и в этот момент очень страшно, чтобы они не убежали без тебя, не перепутались, не подрались, не травмировались. Это действительно страшно — потерять над ними контроль.

Инфографика EastRussia

А в целом какие-то истории с погодными условиями — мне, наоборот, это всё нравится. Вот эти трудности, когда ты попадаешь в пургу, пробиваешься сквозь ветер — в такие моменты ты еще больше начинаешь сплачиваться со своей командой. Если нарта сломалась — связь по рации и GPS-трекеры у нас всегда с собой, плюс позади последнего каюра обязательно идет замыкающий снегоход, так что одни мы не останемся. Даже когда медведи на маршруте встречаются, их оперативно отгоняют на снегоходе руководители гонки, так что до агрессии дело не доходит, хотя фальшфейеры и ракетницы в нарте лежат всегда.

— Самый длинный переход на этой гонке составил 105 километров — это около 8-9 часов наедине с собой в снежной пустыне. О чем вы думаете в такие долгие моменты?

— Мы практически постоянно идем одни. Ты стартанул, кто-то оторвался, кто-то отстал, и рядом с тобой никого нет. Зачастую ты просто глубоко погружаешься в свои мысли, размышляешь. Для меня, как для верующего человека, это молитва, это общение с Богом. Это разборка своей внутренности.

Фото из личного архива Анны Семашкиной

Порой ты сталкиваешься с какими-то трудными моментами прямо на трассе, собаки могут показывать характер — они же своенравные. И ты делаешь выбор, как будешь поступать, как будешь реагировать. Иногда задумываешься, уходишь в себя, и время пролетает быстро — бац, и этап как будто бы пролетел. Идем практически без остановок. Так, незначительные паузы: где-то остановился, поправил упряжь, обул собаке слетевший тапочек, подкормил. Каждые два часа мы стараемся давать собакам небольшие кусочки мяса или рыбы прямо на ходу, потому что ездовая собака теряет колоссальное количество калорий, им нужны силы.

— В вашем фильме вы с большой теплотой говорите о встречах в камчатских селах. Как местные жители реагируют на приезд каюров после долгих переходов?

— Знаете, самые маленькие села, где живет буквально сто человек, и где, казалось бы, им нечего нам дать — они, наоборот, самые щедрые. Встречают настолько по-теплому! На Камчатке, в принципе, все встречают горячо, но в отдаленных поселках эта теплота и любовь проявляются в невероятной заботе.

Фото из личного архива Анны Семашкиной

Мы приходим, а стол уже накрыт всем тем, что они приготовили сами. По-домашнему, ничего покупного: местная рыба, ягода, морзверь, свежая выпечка. Обязательно готовят концерты в домах культуры. Это очень ценно, когда люди целый год готовятся к нашему приезду и для каждого каюра порой ставят какой-то конкретный номер. Выделяют жилье, спортзалы или клубы, чтобы мы могли выспаться. У нас, конечно, есть своя группа сопровождения и повар, и мы живем в довольно комфортных условиях, но вот это искреннее человеческое участие от местных жителей согревает душу лучше всего. В этом году мы вообще всем каюрским составом отметили, что гонка получилась удивительно дружной и теплой внутри нашего сообщества.

— Ваш фильм «Берингия — путешествие длиною в жизнь» выиграл главную туристическую премию макрорегиона «Дальний Восток — земля приключений». Как вообще удавалось снимать во время тяжелейшей гонки?

— Честно говоря, я снимала не целенаправленно для конкурса. Я вообще люблю снимать и фотографировать, это прежде всего память. Камера профессиональная у меня с собой была, но, когда ты идешь на упряжке, доставать ее из вещей неудобно и сложно. Поэтому телефон — самый верный помощник: достал из кармана, снял красивый момент, убрал обратно. Иногда на стоянках запускали дрон.

А потом, когда появился конкурс, я подумала: почему бы не смонтировать и не показать эту красоту? Монтировала я ролик летом, когда летела на самолете в Москву. Просто пришло вдохновение! Звук записывала прямо там же, в обычном приложении в телефоне. Он у меня получился со всякими посвистами, не особо качественный студийный, но я подумала: «Ай, ладно!». Многие ребята, кто смотрел черновик, советовали: «Слушай, тебе надо вот это добавить, музыку свою написать, карту маршрута вставить». А мне так неохота было всё это переделывать. Я решила: как чувствую, так и отправлю. У меня не было самоцели обязательно выиграть, просто была какая-то внутренняя уверенность, что я сделала хорошее, искреннее кино. И в итоге эта искренность победила.

Инфографика EastRussia

— Почему вы выбрали для фильма именно такое название — «Путешествие длиною в жизнь»? Что для вас значит быть каюром?

— «Берингия» для меня — это настоящая школа. Школа, в которой ты постоянно учишься чему-то новому. Работа с животными непростая, но именно она начинает тебя формировать как личность. Всё зависит от того, как ты готов к трудностям, какие решения будешь принимать на трассе, меняться в лучшую сторону или нет. На «Берингии» ты этому учишься каждый день.

Подготовка к гонке — это круглогодичный процесс. Это не так, что ты проехал маршрут и забыл. Эта школа тебя никогда не отпускает. Это действительно путешествие, которое длится всю твою жизнь, где каждый новый старт, каждая новая упряжка и каждая пройденная пурга делают тебя тем, кто ты есть.

Турпоток и строительство новых локаций

По итогам прошлого года фиксируется увеличение количества туристических поездок на Дальний Восток — на 9% относительно 2024 г., до более чем 7,2 млн человек (рост на 42% относительно 2019 г., т. е. до пандемии). В число регионов-лидеров по туристическому потоку входят Приморский и Хабаровский края, Бурятия, Амурская область и Камчатский край.

В макрорегионе рассчитывают на рост турпотока из КНР. В частности, 20 июля был подписан указ президента РФ В. Путина о продлении действия временного безвизового режима для граждан КНР до 31 декабря 2027 г. Согласно прежним временным рамкам, действие безвизового режима должно было завершиться 14 сентября 2026 г. Одновременно соответствующее решение приняли китайские власти — для граждан России безвизовый режим с КНР тоже продлен до конца 2027 г.

Между тем власти Хабаровского края отчитались о росте туристического потока из Китая в первом полугодии 2026 г. — на 17,5% относительно аналогичного периода 2025 г., до более чем 8 тыс. человек. Тем не менее основного прироста иностранного турпотока регионы ожидают в 2027 г.

Тем временем в Амурской области в финальной стадии находится строительство первой трансграничной канатной дороги между Благовещенском и китайским городом Хэйхэ. При этом глава Амурской области В. Орлов в апреле заявил о наличии сложностей при реализации проекта — при поставке оборудования. Он отметил, что изначально предполагалось использовать оборудование французского производства известной в этом сегменте компании Poma, а в настоящее время оборудование для системы управления дорогой должна поставить китайская сторона. Согласно текущим планам, запуск дороги намечен на август.

Трансграничная канатная дорога строится в рамках межправительственного соглашения между РФ и КНР, заключенного еще в сентябре 2015 г. Реализацией проекта занимается «Агентство развития проектных инициатив» (АРПИ, входит в ГК «Регион»), с китайской стороны — компания «Цзиньлунган». Пропускная способность канатной дороги должна составить 6,8 тыс. человек в сутки в каждом направлении (2,5 млн человек в год в обоих направлениях). Рядом с канатной дорогой с российской стороны строится отель с конгресс-зоной, рестораном и бассейном.

Терминал канатной дороги на стороне китайского Хэйхэ. Фото: EastRussia

В ДФО предполагается привлекать российских и иностранных туристов к посещению природных территорий с помощью создания сети туристических троп, обеспеченных инфраструктурой и подходящих для туристов с разным уровнем подготовки. Напомним, что на реализацию федерального проекта «Тропы Дальнего Востока» по единой президентской субсидии в 2025 г. было выделено 1,7 млрд рублей. Средства предназначены для создания 18 туристических троп в дальневосточных регионах общей протяженностью 124 км. Так, в Приморском крае в рамках проекта к настоящему времени на 97% выполнено обустройство инфраструктуры велотропы на острове Русский (Владивосток) от мыса Ахлестышева по полуострову Житкова и вдоль Университетского проспекта до поворота к поселку Экипажный и форту № 11.

Велодорожка с бетонным основанием и асфальтобетонным покрытием была проложена в 2025 г. (протяженность 7,5 км). В настоящее время завершается возведение объектов сервиса, включая зоны отдыха, велопарковки, пункты проката и обслуживания велосипедов, санитарные модули, а также навигацию и информационные стенды. На мысе Ахлестышева установлен памятный знак «Нулевой километр велодорог России» и обустроена площадка для отдыха.

В Камчатском крае ведется строительство пешеходной тропы «На встречу с Тихим океаном» на Халактырском пляже. Протяженность тропы должна составить 5,024 км. Завершение работ намечено на осень 2026 г. Проект предусматривает благоустройство территории, включающее установку информационных и ограждающих конструкций, создание зон отдыха, визит-центра, костровых зон, сервисных точек и смотровых площадок. Частью проекта должен стать деревянный променад шириной три метра, а общая протяженность участков с настилом составит 1,6 км. Также предусмотрен участок грунтовой тропы шириной 1,5 м, укрепленный щебеночным основанием, протяженностью 3,424 км. Для велосипедистов будет предназначен отдельный маршрут шириной 3 м и протяженностью 2,3 км. Халактырский пляж — океанический пляж с черным вулканическим песком и видом на вулканы, который расположен в 20 км от Петропавловска-Камчатского.

В городах ДФО тем временем реализуются проекты благоустройства территорий, парков и общественных зон, предполагающие создание новых туристических объектов, а также соответствующей инфраструктуры. В Амурской области Банк ДОМ.РФ в июле заключил кредитные договоры с компанией ООО «Парк Благовещенск» о финансировании реконструкции городского парка культуры и отдыха Благовещенска в рамках концессионного соглашения. Общий объем кредитования составит 1,2 млрд рублей. В текущем году предполагается разработать проект, проведение работ рассчитано до 2028 г.

Парк предполагается оформить в космической тематике (связь региона с космосом обусловлена расположением на его территории космодрома Восточный), разместить на его территории детские и спортивные площадки, ледовый каток, гастрономический маркет, аттракционы, променад с пешеходными тропинками и велодорожками, провести озеленение. Общий объем инвестиций в проект оценивается в 3,4 млрд рублей. Парк культуры и отдыха Благовещенска находится на месте созданного еще в 1889 г. городского сада (территория рядом со зданием Общественного собрания), получившего статус городского парка в советский период.

Во Владивостоке в июне был определен исполнитель проекта комплексного развития незастроенной территории (КРТ) на острове Русский. Единственным участником аукциона, допущенным к торгам, стало ООО СЗ «Темел-Б». Компания получила право на заключение договора КРТ и аренды земельного участка площадью около 12,8 га в районе бухты Балка (рядом с кампусом ДВФУ). На участке инвестор за семь лет должен построить гостиницу категории «пять звезд» не менее чем на 100 номеров, обустроить пешеходно-рекреационную территорию вдоль береговой полосы, выполнить озеленение и построить улично-дорожную сеть, с сохранением лесного ландшафта.

Кроме того, в июне в Большом Камне был открыт Андреевский парк — общественное пространство площадью 1,2 га, связавшее жилые кварталы с Тропой здоровья и Народным парком. На обновленной территории размещены смотровая площадка с видом на море, прогулочные зоны, детская и спортивная площадки, зоны отдыха, пешеходные дорожки. Благоустройство осуществлялось в рамках национального проекта «Инфраструктура для жизни».

Строительство объединенной набережной в Хабаровске. Фото пресс-службы правительства Хабаровского края

Правительство Хабаровского края в мае приступило к подготовке документации для строительства седьмого (финального) этапа объединенной набережной на реке Амур в Хабаровске. Главным объектом данного этапа является пешеходный мост длиной 3900 м (через акваторию затона Хабаровской ремонтно-эксплуатационной базы флота) с пешеходными, велосипедными и беговыми дорожками. Также в проект седьмого этапа набережной входит создание смотровых площадок, террас, элементов озеленения, амфитеатра, парковочных пространств, зон торговли. Рядом с набережной продолжается строительство нового здания Дальневосточного художественного музея (ДВХМ), в марте текущего года также началось строительство нового парка у спортивной арены для хоккея с мячом «Ерофей». В настоящее время работы в рамках проекта создания набережной находятся на пятом этапе строительства (четыре этапа уже завершены) — на участке от речного вокзала до площади Славы. Шестой этап объединенной набережной включает создание музейной набережной ДВХМ.

В туристические маршруты по городам Дальнего Востока зачастую включаются объекты исторического и культурного наследия, значительная часть которых требует реставрации. Для данных целей планируется привлекать инвесторов. Так, в Хабаровске в июне был найден инвестор на реконструкцию Речного вокзала 1899 года постройки. Инициатором проекта выступил местный предприниматель А. Толмачев, получивший объект в долгосрочную аренду. На базе Речного вокзала предполагается создать общественное пространство с гастрономическими, культурными и ремесленными площадками. Стоит отметить, что в 2017 г. и 2023 г. власти Хабаровского края представляли концепции реновации Речного вокзала, сообщалось о ведении переговоров с китайскими инвесторами, но финансирование привлечь не удалось.

Эксплуатация объектов культурного наследия требует дополнительных расходов и связана также с рядом ограничений для арендаторов. Например, во Владивостоке действует схожий с хабаровским проект на территории старого дворика ГУМа 1884 г. постройки — «Торговый дом Владивостокский ГУМ». Там расположены магазины и кафе локальных и федеральных брендов. В связи с уходом с рынка некоторых иностранных компаний и сложностями со сдачей помещений в аренду торговый дом демонстрирует убытки: в 2023 г. убыток составил 49,2 млн рублей, в 2024 г. — 51,2 млн рублей. Летом 2025 г. владеющее ГУМом ООО «Приминвест-С» перешло под государственное управление.

Строительство новых гостиниц

Что касается создания новых средств размещения, то правительство Приморского края и краснодарская группа компаний «Самсон» в июне подписали на Петербургском международном экономическом форуме соглашение о сотрудничестве в сфере туризма и коммерческой недвижимости, предполагающее развитие интегрированного развлекательного курорта (ИРК) «Приморье». Проект предусматривает создание гостиничного комплекса категории «пять звезд» площадью 75 тыс. кв. м на 800 номеров. Объем инвестиций оценивается в 20 млрд рублей. Напомним, что в ИРК «Приморье» уже действует гостиничный комплекс с казино «Шамбала» на 315 номеров (категория «пять звезд»). По итогам 2025 г. посещаемость курорта «Приморье» увеличилась на 12% относительно 2024 г. — с 763,2 тыс. до 856,5 тыс. человек. По данным Ассоциации индустрии развлечений и событийного туризма (АИРИС), доля посетителей из КНР в казино Приморья в настоящее время составляет порядка 18%.

В свою очередь компания «Де-Фриз Резорт», имеющая статус резидента ТОР «Приморье», в июле получила разрешение на строительство первого этапа многофункционального спортивно-гостиничного комплекса на полуострове Де-Фриз. Объем инвестиций в проект оценивается в 1,34 млрд рублей. Объект предполагается построить на территории планируемого города-спутника Владивостока. Первая очередь проекта предусматривает строительство многофункционального физкультурно-оздоровительного центра, включающего гостиницу на 150 номеров, спортивную инфраструктуру с крытыми теннисными кортами, фитнес-залом и бассейном, спа-зоной. В составе комплекса также планируется разместить ресторанно-административный блок, прогулочные маршруты и зоны отдыха. Ввод комплекса в эксплуатацию намечен на 2032 г.

Также в Приморском крае ООО «Аквапарк "Тёплое море"» в статусе резидента СПВ к концу года намерено завершить строительство второй очереди гостиничного комплекса «Тёплое море» в поселке Славянка-3 Хасанского района. Вторая очередь на юго-восточном побережье полуострова Брюса включает коттеджный городок из 54 домов. В рамках первой очереди на сегодняшний день построены и действуют отель категории «четыре звезды», два крытых бассейна и спа-центр, а также создан пляж с территориями, оборудованными для дайвинга и рыбалки. На территории действующего отеля расположены парковки, зоны барбекю, беседки, хоккейный корт, роллердром, площадки для тенниса, футбола, волейбола и баскетбола. В проект инвестировано 1 млрд рублей.

В Сахалинской области на конец текущего года намечена сдача в эксплуатацию делового комплекса с ресторанами и гостиницей общей стоимостью 5,7 млрд рублей в Южно-Сахалинске. Инвестором является ООО «Отели Сахалина» (принадлежит иркутскому ООО «Парк-отель "Бурдугуз"», связанному со структурами О. Дерипаски) — резидент ТОР «Сахалин». Строительство ведется с 2024 г. В отеле предусмотрено 135 номеров, рестораны, лаундж-бар, спа-центр, конференц-пространство. Комплекс также включает 36 апартаментов с гостиничным сервисом, офисные и коммерческие помещения, рыбный ресторан и фудкорт.

Бальнеологический санаторий «Талая». Фото пресс-службы правительства Магаданской области

Тем временем в Магаданской области в июне был открыт после реконструкции бальнеологический санаторий «Талая» в одноименном поселке (Хасынский муниципальный округ), являющийся единственным подобным объектом в стране, действующим за полярным кругом. В ходе реконструкции перестроены здания и помещения, создана инфраструктура для маломобильных пациентов, закуплено медицинское и реабилитационное оборудование, открыты бассейн с термальной водой, теннисный корт, всесезонный каток с искусственным льдом и ресторан. Санаторий включает четыре спальных корпуса на 320 человек (прежде действовало три корпуса), а также корпус для детей на 85 человек. Для подключения курорта к энергосистеме региона построена высоковольтная линия электропередачи. Санаторий и земельный участок под ним ранее находились в собственности региона, но в 2019 г. их приобрел владелец магаданского золотодобывающего концерна «Арбат», депутат областной думы А. Басанский.

В июле губернатор региона С. Носов сообщил, что льготные категории жителей Магаданской области смогут получить субсидированные путевки на бальнеологический курорт «Талая». Путевки, приобретаемые в рамках госзаказа, будут субсидироваться правительством Магаданской области (таким образом предполагается распределить порядка 130–140 путевок). Для пенсионеров и льготных категорий стоимость путевки составит 10% от реальной цены.

Полную версию текста и аналитику по этой и другим актуальным темам можно найти в еженедельном бюллетене EastRussia.

Строительство Трассы началось в 1930-х годах от Магадана. Вернее, от бухты Нагаева. Магадан возник только в 1939-м, когда срослись в один город посёлки Нагаево, Марчекан и Магадан. Дорогу тянули к первым приискам на колымском притоке Среднекане, где экспедиция геолога Юрия Билибина в 1929 году нашла золото. С этого и начались Золотая Колыма, легендарный трест «Дальстрой» — и сама Трасса.

Колыма и Трасса — не только река и дорога. Это территория, сообщество, образ жизни… По мере открытия новых месторождений золота, олова и других металлов (включая уран) Трассу тянули всё дальше, пока не довели до Якутска. Это самый большой город мира, возведённый на вечной мерзлоте, который лет на семьдесят старше Петербурга. Якутск и Улан-Удэ — единственные города Дальнего Востока, где население в последние 35 лет не уменьшилось, а заметно выросло.

Фото: Василий Авченко

Первые сотни километров Трассы, если ехать по ней летом, по духу и облику — совсем не колымские. Жара, комары, берёзки, посёлки благополучного, какого-то даже праздничного вида, пасутся сытые кони с коровами… Средняя полоса, да и только. Всё обжито и упорядочено. О том, что мы в Якутии, напоминают разве что булгунняхи, выступающие из земли («бугры пучения», примета вечной мерзлоты), и сэргэ — ритуальные коновязные столбы.

Вынужденная пауза: переправа через Алдан у Хандыги. Сначала на паром загоняют фуры, за ними ползёт вереница легковых. Когда построят мост через Алдан, Колыма наконец перестанет быть островом?

Фото: Василий Авченко

На крутом маршруте

За Тёплым Ключом начинаются сплошные горы. Верхоянский хребет, за ним — хребет Черского, одна горная цепь сменяется другой… Колымская трасса выполнена, понятно, в грунте. Где-то дорога хуже, где-то лучше.

Она проходима круглый год, это не зимник, её тут и там ремонтируют. Но в условиях марсианского перепада температур этот процесс столь же вечен, как здешняя мерзлота. Местами дорога плывёт, вспучивается… Зимой нужно ехать по ней с особой осторожностью, но и летом Трасса не прощает ошибок.

Фото: Василий Авченко

Головокружительный, до мокрых ладоней на руле, Ольчанский перевал. Идём по-над пропастью, лееров нет. Фуры, пыль, в далёкой дымке — хребты с зубчатыми коронами. Машин немного, в основном бензовозы, фуры, везущие спецтехнику, взрывчатку на прииски и сборные домики для вахтовиков. А вокруг — горы в иголочках лиственниц, мохнатом кедровом стланике, желтоватом ягеле и пятнах не тающего даже летом снега.

Усть-Нера — центр Оймяконского улуса. Трёхэтажки на сваях, бодрый лозунг: «Горячее сердце на полюсе холода». Колымско-Индигирский перевал — водораздел двух сестёр. Синие и красные цветы — чудесные краски короткого северного лета, а впереди — Магаданская область.

Наверное, самое сильное неудобство летней Трассы — всепроникающая пыль. Пыль хуже темноты: её не берут фары. Обгонять крайне сложно: впереди движется облако пыли, и что в нём — ты не видишь. Значит, и водитель фуры тебя тоже не видит. Зато когда увидит — обязательно прижмётся к обочине, моргнёт правым поворотником: обгоняй, брат, впереди чисто. Дальнобойная этика старой школы, живущая на суровых трассах и уже почти забытая в расслабленных городах…

Фото: Василий Авченко

Карта в этих краях пестрит пометками «нежил.». От иных «нежил.» не осталось ровно ничего: дом, брошенный человеком, умирает и исчезает удивительно быстро. Вот и в Сусумане, единственном, кроме Магадана, городе области, от 16 тысяч жителей осталось меньше четырёх. В здешней школе учились артист Ефим Шифрин и чемпион СССР по боксу Вячеслав Яковлев. Теперь в здании бывшей школы — торговый дом «Таёжник» и сразу три музея, созданные предпринимателем, фотохудожником и подвижником Михаилом Шибистым. Один музей посвящён Дальстрою, другой — палеонтологии, третий — Советскому Союзу, который становится такой же историей, как пещерные медведи и дальстроевские лагеря…

Магадан лежит на широте Петербурга, Трасса — ещё севернее, так что летом здесь чудесные белые ночи. Небо лишь ненадолго сереет, а часов с двух ночи снова становится светло. Порой на Трассе встречаются экстренные пикеты — яркие контейнеры со спутниковыми блюдцами. Здесь можно обогреться от дизель-генератора, поесть, вызвать помощь… Отличное изобретение для мест, где не ловит связь и фраза «кругом пятьсот» — вовсе не фигура речи.

Фото: Василий Авченко

Дорогу перебегает медведь, забавно вскидывая задние лапы. Вот и райцентр Ягодное, где родился музыкант Юрий Шевчук. Здесь в 1938-м появилась витаминная фабрика, производившая экстракт из хвои стланика против цинги…

Посёлок Дебин, мост через Колыму. Именно здесь главное русло Колымской трассы встречается с рекой, давшей название всей дороге. В глаза бросается огромное Ш-образное здание. Здесь, в больнице для заключённых, которую называли «Левый берег», в 1946–1951 годах работал фельдшером автор «Колымских рассказов» Варлам Шаламов. Теперь тут расположен туберкулёзный диспансер.

Оротукан: здесь в 1942 году выплавили первую колымскую сталь особой морозостойкости (здешние градусы не каждый металл выдержит). Неживой посёлок Мякит — тут много таких посёлков-призраков. Приходит ощущение прокатившейся войны, причём с самими собой. Там и тут — руины бараков, фабрик, котельных, сопки со шрамами геологической разведки, горы грунта по долинам перемытых и убитых драгами рек…

Теперь на Колыме берут такое золото, которое раньше вообще не считали золотом, — распылённое в породе, невидимое глазом. В тонне руды его всего полтора-два грамма. Горы здесь не просто сворачивают, их перемалывают в пыль. Добывают и россыпное золото — драгами. Колыма по-прежнему даёт стране металл, и его хватит ещё надолго, ведь многие месторождения «спят» только потому, что к ним пока не подведены дороги и электричество.

В солнечном Магадане

Перевал под названием Дедушкина Лысина (колымская топонимика — это отдельная песня). Поворот на Талую — знаменитый курорт с лечебными водами и грязями. А вот наконец и асфальт, основательно подзабытый. Посёлок Палатка — можно сказать, Подмагаданье. Это хорошо, потому что амортизаторам нашего автомобиля, кажется, нужна срочная замена.

Фото: Василий Авченко

«Терпенью машины бывает предел», — сформулировал Высоцкий, который побывал в Магадане в 1968 году и написал о нём несколько песен. Поэтому здешнему аэропорту уже в наши дни присвоили имя Владимира Семёновича. Колымское шоссе превращается в проспект Ленина, увенчанный телевышкой. Вот она, легендарная столица Колымского края. Трасса кончилась, дальше — лишь бухта Нагаева и Охотское море.

Фото: Василий Авченко

Магадан меняется. Бухту Нагаева не узнать: здесь, на месте пустырно-гаражного берега, разбили красивый парк «Маяк». Строится новый жилой район «Гороховое поле». Светит неожиданное солнце, ходит молодёжь с выносным кофе, и кажется, что ты на гламурном черноморском курорте. Стало больше туристов: из-за ковида и санкций мы стали активнее открывать свою страну, отложив турции и таиланды.

Фото: Василий Авченко

Открылось сразу два новых книжных магазина — «Одна история» и «Ё» (фирменный магазин издательства «Охотник»)… Но, конечно, сохраняется и былое, прежнее, неповторимо магаданское. Бухта, сопки, сталинки со шпилями, бывшая штаб-квартира Дальстроя, реликтовые бетонные шестиугольники, пробивающиеся из-под асфальта, и непобедимые «шанхаи» частного сектора. А ещё — солёный ветер, несущий хохот замечательно жирных чаек, и горбуша, в последние годы снова заходящая на нерест в Магаданку…

Фото: Василий Авченко

Этот год, правда, выдался нерыбным, что волнует не только людей. Вот, к примеру, заголовок информагентства MagadanMedia: «Что делают магаданские медведи, когда рыбы нет»… Меня селят в квартиру, хозяйка которой уехала в долгий северный отпуск, а ключи оставила друзьям, — здесь так принято. Наконец можно лечь, выдохнуть и вытянуть ноги.

За окном кричат чайки, и я понимаю, что приехал именно туда, куда хотел. Если бы я не был владивостокцем — хотел бы стать магаданцем. Человеку, отравленному большими городами и ритмами XXI века, нужен, как сейчас говорят, детокс. Колыма подходит для этого лучше всего, ведь мест, где нет ни связи, ни привычной информационной повестки, здесь с избытком.

Не Шантары, а бухта Врангеля

Сам Кирилл признаётся: его главной целью были вовсе не километры маршрута или спортивный рекорд. Он мечтал увидеть китов максимально близко.

Маршрут начинался в устье реки Большие Вилки неподалёку от посёлка Многовершинный Хабаровского края. Оттуда путешественник вышел в Охотское море, поднялся примерно на 130 километров к бухте Врангеля, а затем повернул обратно на юг. Первоначально он планировал дойти до Николаевска-на-Амуре против течения Амура, но четырёхдневный штормовой прогноз заставил изменить планы, и маршрут был завершён в Озерпахе.

Фото: Кирилл Романов

«Иногда просто необходимо вовремя закончить путешествие», — говорит Кирилл.

Он обращает внимание ещё на одну распространённую ошибку. Многие считают, что все фотографии китов сделаны на Шантарских островах. На самом деле знаменитая бухта Врангеля расположена рядом, но формально к архипелагу не относится. Именно здесь собираются гренландские киты большими группами.

Первую встречу он пережил уже на третий день путешествия.

«Я вижу первого кита — метров пятьдесят до него. Потом понимаю, что второй разворачивается прямо ко мне. Никакого страха не было — только восторг».

Фото: Кирилл Романов

Когда огромный кит ушёл под воду всего в нескольких метрах от каяка, Кирилл успел опустить экшн-камеру в воду и снять исчезающий хвост. Позже, просматривая записи, он понял, что морских исполинов вокруг было значительно больше, чем казалось в тот момент.

Фото: Кирилл Романов

В одной из песен, созданных специально для фильма с помощью искусственного интеллекта, есть строка, которая, по словам автора, лучше всего передаёт ощущения того дня: «Гигантские существа подо мной в воде».

Один на один с холодным морем

До этого Кирилл уже видел китов на Чукотке, когда был в командировке, но тогда наблюдал за ними с воздуха — с квадрокоптера. Теперь же между ним и морскими гигантами был только небольшой каяк.

Фото: Кирилл Романов

При этом сами киты его не пугали. Гораздо опаснее оказалось море. Охотское, по убеждению путешественника, значительно суровее Японского — не из-за более сильных штормов, а из-за температуры воды.

«Мне говорили две версии. Одни утверждали, что если перевернусь — проживу пять минут. Другие — что пятнадцать. Кому верить, не знаю. К счастью, проверять не пришлось».

Самыми напряжёнными моментами стали вовсе не встречи с дикими животными. Несколько раз огромные волны наполняли каяк водой во время высадки на берег. Лодка становилась неподъёмной, и если бы море унесло её обратно, вместе с ней исчезли бы все запасы еды, снаряжение и возможность продолжить путь.

Связи на маршруте не было до двадцатого дня путешествия. Спутникового телефона у Кирилла тоже не оказалось.

Ещё одним «сюрпризом» стала нехватка продовольствия. Планируя путешествие, он рассчитывал рацион исходя из двух приёмов пищи в день. Оказалось, что при ежедневной нагрузке в 20–30 километров этого недостаточно.

Фото: Кирилл Романов

В результате за поход он похудел с 68 до 58 килограммов.

Ситуацию спасли работники турбазы «Врангель» и её руководитель Бахт Мавланов. Узнав, что путешественник идёт один, они поделились запасами — рисом, тушёнкой, булочками, хлебом, фруктами и овощами. 

Девятый день одиночества

Идти в одиночку Кирилл не планировал. Изначально маршрут собирались пройти девять человек, однако группа постепенно распалась: кто-то отказался из-за работы, кто-то — по семейным причинам. Отказываться от идеи или переносить мечту на следующий год он не стал. И вовсе не одиночество стало для Кирилла главным испытанием.

«Мне было комфортно одному. Но на девятый день, когда я увидел туристов, поймал себя на мысли, что я прямо наслаждаюсь общением с людьми после длительного перерыва».

Фото: Кирилл Романов

Позже были рыбацкие станы, где путешественника приглашали в баню, кормили ужином и завтраком и долго расспрашивали о маршруте.

Практически каждый разговор сводился к удивлению: как ты решился идти один по опаснейшему морю страны?

Многие вспоминали трагическую историю Михаила Пичугина, дрейфовавшего в Охотском море около двух месяцев с телами своих родственников, и предупреждали, что подобные путешествия редко заканчиваются благополучно.

«За всё время примерно половина людей говорили, что я смелый. Вторая половина — что сумасшедший. А я сам не понимаю, где эта тонкая грань между смелостью и глупостью», — чуть усмехаясь говорит Кирилл.

Восемь минут вместо 870

Конкурсное видео, принёсшее победу, — лишь малая часть огромной работы. Во время экспедиции Кирилл снял сериал из 29 серий общей продолжительностью около 870 минут. Затем смонтировал пятёрку фильмов «Лучшие моменты», которые всё равно заняли более двух часов.

После этого ему пришлось сократить материал до конкурсных восьми минут.

«Я уже вырезал всё, что мог. Сердце кровью обливалось. Приходилось оставлять кадры по две секунды, хотя в кино так делать не принято».

Отдельной работой стало музыкальное оформление. Песни создавались при помощи искусственного интеллекта, однако, по словам автора, это вовсе не означает, что композиции появились автоматически.

Приходилось многократно переписывать тексты, экспериментировать с жанрами и прослушивать по 30–40 вариантов каждой песни, прежде чем находилась именно та, которая трогала за душу.

«Все говорят: “Ну ИИ же сделал”. Но ИИ — это инструмент. За хорошим результатом всё равно стоит очень много человеческой работы».

Инфографика EastRussia

Дрон, который пришлось ловить как рыбу

Красота побережья обернулась потерей техники уже на второй день путешествия. Увлёкшись съёмкой отвесных скал, Кирилл проигнорировал предупреждение квадрокоптера о разряжающемся аккумуляторе. Через несколько секунд экран погас. Дрон упал в море.

Фото: Кирилл Романов

Флешку с отснятым материалом удалось спасти, но сам аппарат лежал на глубине около шести метров. Больше часа путешественник пытался выловить его с помощью лески и блесны.

«Получилось, что я ловил квадрокоптер как рыбу».

Позже призовые 100 тысяч рублей, полученные за победу, полностью ушли на ремонт автомобиля и восстановление техники. 

«Теперь это уже осознанный выбор»

Несмотря на все трудности, Кирилл признаётся, что путешествие не отбило у него желания снова выйти в море. Напротив. Если первый поход в одиночку оказался вынужденным — после распада группы, — то следующий станет уже осознанным решением.

Инфографика EastRussia

В этом году он планирует продолжить маршрут и добраться непосредственно до Шантарских островов. И снова один.

«Я люблю природу. Люблю места, где нет людей, нет шума и мусора. Ради этого стоит плыть в дикие места ещё дальше на север. Ну и, конечно, ради встречи с китами и косатками».

Путь к земле, которую невозможно забыть

Активным туризмом приморец занимается уже 26 лет. За это время в его багаже накопились пешие и водные походы, элементы альпинизма и скитура, путешествия по России и миру. Последние 15 лет он работает руководителем проектов в сфере телекоммуникаций, IT и информационной безопасности, однако тяга к новым маршрутам остается важной частью его жизни.

Интерес к Чукотке появился не случайно. Вдохновением стали рассказы и путешествия участников предыдущих сезонов конкурса «Земля приключений».

«После роликов Анны Васильевой я загорелся Чукоткой, и начал прикидывать, смогу ли организовать свою экспедицию туда? Будучи знакомым с основной акваторией России, я знал, что Чукотка – это такая terra incognita (с латинского – «неизведанная земля», прим. ред.), но очень хотелось всё это увидеть своими глазами», — говорит путешественник.

Фото: Антон Ковылин

Экспедиция изначально задумывалась как составной двухсегментный маршрут. Первая часть — в районе мыса Дежнёва, вторая — в проливе Сенявина. Однако вмешалась погода. Добраться до самой восточной точки Евразии участникам не удалось, поэтому основной маршрут сократился до 190 километров.

Тем не менее за 11 дней на воде команда прошла около 250 километров. И если пройденный маршрут оказался вполне посильным, то главные испытания ждали еще до старта. Но об этом чуть позже…

Инфографика EastRussia 

Когда путешествие становится личной историей

Особое место в этой истории занимает странное совпадение, которое путешественник называет почти мистическим. Еще до экспедиции ему приснился сон: он стоит на мысе Дежнёва в каякерской экипировке и смотрит на памятник первопроходцу, а за ним виднеется остров Ратманова.

Сон оказался настолько реалистичным, что запомнился до мельчайших деталей.

«Это было настолько ярко, что я даже во сне ощущал, что я сжимаю весло, стою в тонких тапочках для каяка и чувствую под ногами острые камни. К сожалению, мы по погодным условиям не попали на мыс Дежнёва, но всё остальное сбылось! Вещий сон получается», – вспоминает Антон.  

По совету своего товарища родом с Уэлена путешественник пытался задобрить духов, хотя сам относится к подобным историям скептически. Воспитанный в советской атеистической традиции, дальневосточник признается: он не склонен искать потусторонние объяснения происходящему, но на Чукотке порой возникают ощущения, которые трудно описать логикой.

Десять дней ожидания и битва с логистикой

Вся поездка от Владивостока до Владивостока заняла 34 дня. Почти треть этого времени путешественники провели в ожидании погоды в селе Лаврентия.

Купить билеты внутри Чукотки оказалось непросто. Свободных мест мало, расписание авиарейсов меняется, а бронирование требует буквально охоты за билетами. На их покупку путешественник потратил около пяти часов в день открытия продаж. Причем и день открытия продаж постоянно переносился — с середины февраля в несколько этапов на 2 апреля, а продажи открылись только после вмешательства губернатора ЧАО.

Инфографика EastRussia

Дополнительные сложности возникли с доставкой экспедиционных каяков. Для путешествия были нужны надежные пластиковые лодки с хорошей мореходностью, поэтому их, как и прочее крупное и тяжелое снаряжение, отправляли отдельно. Однако Северный завоз, взаимодействие сразу с несколькими перевозчиками превратили доставку в отдельное приключение.

«Логистика по Чукотке действительно очень сложная. Именно поэтому половина ролика про то, как мы добираемся до точки. Потому что преодолеть сам маршрут было легче, чем организовать поездку и добраться до точки старта. А сам стапель (спуск лодок на воду) состоялся только на 11 день после прилета в Лаврентия. А сколько еще проблем осталось за кадром!», — признается Антон.

Еще одним возможным риском был паковый лед. Он способен полностью перекрыть акватории и сорвать навигацию на весь сезон, как случилось в 2024 году.

Антон называет регион сложным, капризным и требовательным. Но если пройти все испытания, Чукотка открывается с совершенно неожиданной стороны. Она щедро вознаграждает тех, кто сумел до нее добраться и не сдаться в ожидании погодного окна. Во время переходов по морю путешественника буквально захлестывали эмоции от окружающих видов.

«Сознание просто переполняется и разрывается в клочья. Я ощущал себя маленькой вселенной, которая разлетелась на звёздную пыль», — вспоминает он.

Медведи, киты и инопланетные пейзажи

Во время экспедиции путешественники раз десять встречали бурых медведей. Самая запоминающаяся встреча произошла неожиданно: путешественник управлял квадрокоптером, и вдруг почувствовал на себе взгляд. Обернулся и увидел огромного хищника весом около 400 килограммов, который рассматривал его практически в упор.

«Эта встреча оставила у меня противоречивые ощущения. Медведь смотрел на меня, я смотрел на него. Самый эффективный бесконтактный способ отпугнуть бурого медведя — дрон, но он был далеко, около километра, и времени его возвращать не было. Предупредив команду по рации о том, что у меня медведь, отложил пульт дрона и взял в руки ПУ-4 “сигнал охотника” и встал. Страха не было, было какое-то разочарование и осознание, что возможно сейчас моя жизнь оборвется. Но после пуска ракеты медведь, выдержав МХАТовскую паузу, медленно развернулся и ушел», – делится Антон. 

 Фото: Антон Ковылин

Гораздо более мирными соседями оказались киты, ставшие главными героями фильма. Кадры, где каяк идет рядом с морским гигантом, стали одной из самых сильных сцен ролика. Добиться такого эпизода удалось лишь в конце путешествия — и было большим везением, еще одним подарком Чукотки.

«Киты – это как часть Чукотки. Находиться рядом с ними – это незабываемый опыт: когда видишь хвост гиганта с каяка или когда на берегу на горелке готовишь еду и из утреннего тумана слышишь такой низкий, пробирающий звук дыхания морского исполина», – рассказал победитель.

 Фото: Максим Антипин

Однако главным открытием стали даже не животные, а инопланетные пейзажи.

Несколько дней экспедиции прошли при почти идеальном штиле и ясной погоде — редкой удаче для Чукотки. Именно тогда были сняты кадры, которые впоследствии легли в основу победного фильма.

Фото: Антон Ковылин

Антон Ковылин убежден: такой Чукотку еще никто не показывал.

Неделя на текст и два месяца на подготовку

Победный фильм стал результатом не только удачной экспедиции, но и большой творческой работы.

Хотя Антон не связан с медиаиндустрией профессионально, он целенаправленно изучал сценарное мастерство, драматургию и режиссуру. На подготовку ушло около двух месяцев. На прикроватной тумбочке лежала только специализированная литература, а к закладкам в браузере добавились ссылки на лекции по режиссуре и сценарному мастерству. Кроме того, понадобились консультации у преподавателя ДВФУ по дисциплине «Режиссура».

Особенно сложной оказалась работа над текстом закадрового голоса. Автору пришлось упрощать и сокращать начальный текст, добиваться точного совпадения ритма повествования с визуальным рядом, подбирать интонации и паузы так, чтобы они работали вместе с изображением.

По мнению Антона, успешная работа строится на трех составляющих: сильной истории, живых съемках и ярком образе места, который способен вызвать у зрителя желание отправиться туда самому.

«Должно быть что-то очень красивое. То есть то, от чего у зрителя вспыхнет глаз, и он скажет: «Вау! Я тоже хочу! Это что-то невероятное, во мне отзывается!», – говорит Антон Ковылин.

Фото: Антон Ковылин

Чукотка как новый проект

Настолько сильным оказалось впечатление от региона, что сегодня Антон Ковылин взялся за новый проект в поселке Провидения. Он оформил земельный участок, приобрел первый контейнер и планирует создать базу хранения и проката каяков для опытных туристов.

Идея проста: сделать путешествия по побережью Чукотки более доступными и избавить других путешественников от части логистических проблем. При этом Антон подчеркивает, что история эта не про заработок, а про желание сделать другим доступнее то, что однажды изменило его самого.

Собрались как-то финансист, пауэрлифтер и студенты...

Уссурийский автомобильно-технический колледж — не совсем то место, откуда обычно выходят победители туристических конкурсов. Здесь готовят автомехаников, поваров, сварщиков, здесь учатся в том числе ребята с инвалидностью, и здесь несколько лет назад по предложению администрации появился медиацентр. Руководить им взялась Наталия Назаренко — финансист с двадцатилетним стажем, человек без журналистского образования, но готовая к любым здравым приключениям.

Фото: Арина Рогачёва

— Я ребятам всегда говорю: если куда хотите — в пределах ста километров от Уссурийска я сама вас отвезу. На фотосессии, куда-то попутешествовать — пожалуйста, если куда-то дальше — скидываемся и поехали! — рассказывает она.

Среди её студентов оказался Егор Сорокин. Пришёл учиться, остался работать специалистом по инклюзивному образованию. Ещё будучи студентом, всерьёз занялся пауэрлифтингом. У Егора врождённая патология — нет коленных суставов — ноги не гнутся совсем. Он передвигается на костылях, каждый день ходит в спортзал и реагирует на любые предложения примерно одинаково.

— Мне ещё когда я был студентом, предложили прыгнуть с парашюта. Буквально: вот сегодня предлагают — послезавтра еду и прыгаю. Без проблем. Наталия Васильевна предложила нам поучаствовать в конкурсе, попробовать себя. Я сказал: «Да, с удовольствием съездим». Мы какое-то время откладывали — были рабочие моменты. Потом собрались и поехали.

Данил Косенко — студент с ДЦП — тренируется у Егора как спортсмен-пауэрлифтер и параллельно занимается в медиацентре. Ноги не всегда слушаются: может идти-идти и вдруг упасть. Падает и встаёт. Оператором стала Арина Рогачёва — студентка IT-направления, оператор-самоучка — два года назад всерьёз увлеклась созданием видео с помощью мобильного телефона. Пятым участником стал Максим Перепелица— физически крепкий парень, взявший на себя роль проводника и помощника.

Шесть часов до севера: когда дорога — уже путешествие

Выехали из Уссурийска ранним утром. До Дальнегорска — около 395 километров, шесть часов в пути. За рулём — Наталия, все — в одной машине. Идея поехать именно в Дальнегорск была её личной. Она выросла там — привезли ребёнком в девять лет из Казахстана, где она знала только равнину. Сопки стали первым потрясением.

Подпись под фото

— Я родилась в Казахстане. Казахстан — это степи, ковыль, поля пшеницы, васильки. А тут сестра рассказывала, что такое сопки. Я не могла понять. И когда меня привезли ребёнком — увидела. Наш дом стоял так, что окна выходили прямо на сопку. И я вот эту красоту наблюдала из окна квартиры: весной — фиолетовые от багульника, потом цвет меняется. К осени — багрянец, золото. В детстве мы бегали по сопкам, собирали землянику, вокруг дикая природа — медведи ходят. Я хотела показать ребятам, что на севере обалденно красиво. Все стремятся на юг, это и ближе, и комфортнее. А я хотела показать ребятам именно север.

Егор Сорокин и Денис Косенко. Фото: Арина Рогачёва

За шесть часов дороги команда увидела, по словам Егора, «все времена года». Стартовали в заморозки — снимали иней. Потом пошли зелёные поля с озимыми. На перевале выпал снег. Где-то было жарко.

— Знаете, что самое интересное? Вот эти шесть часов — мы увидели лето, и зиму, и весну, и осень. У меня аж мурашки. Едешь, останавливаешься, фотографируешь, запечатлеваешь момент. Выставляли сторисы прямо по дороге — люди смотрят, удивляются: «Где вы это? Так красиво!» Если бы не этот конкурс, если бы не Наталия Васильевна — мы бы не смогли увидеть эти красоты. Мы бы не смогли попробовать свои возможности, а это самое важное.

Пещера: сталактиты, летучая мышь и дикие звери

Первой точкой маршрута стала Николаевская пещера — от города около семи километров, последние два — пешком. Внутри: просторная галерея, ширина зала до 15 метров, высота сводов до 11 метров, сталактиты, сталагмиты и в самом конце — подземное озеро. Наталия знала этот маршрут — ходила сюда два года назад. И знала про медведей.

— Я была в этой пещере последний раз два года назад. На обратном пути мы встретили белогрудого медведя — медведицу с медвежатами, — говорит Наталия. — Я понимала: если что случится, если я убегу — ребята вряд ли. Хотя Егор говорит: «Костыли брошу и побегу». Я их предупреждала: там могут быть дикие звери, имейте в виду. На этот раз увидели только лисицу. Экскурсовода я брала специально, из музея. Она сказала: вы первые, кто именно с такими особенностями и в пещере был, и на гору потом поднялся. Первые в истории.

Фото: Арина Рогачёва

Для Егора это был первый в жизни спуск в пещеру. Никакой адаптации для костылей, никакой специальной подготовки. Только Максим рядом, фонари и понимание, что надо двигаться.

— На самом деле для меня это сложным не было. Я занимаюсь профессиональным спортом, пауэрлифтингом, много хожу пешком — до спортзала и обратно, на костылях. Сложность была в том, что скользко. В любой момент, если отвлёкся — мог упасть, повредить ногу или руку. Вот как я спускался: один костыль ставлю — держу. Второй костыль Максим забирает, я держусь за него, потом берусь за камень — и таким образом спускаюсь вниз. Потом обратно — тем же способом. Но когда мы спустились вниз и увидели это озеро — такое красивое, всё переливается — вот тут просто эмоции. Это такая гордость: реально мы смогли. Мы впервые в жизни не были в пещере и первые среди людей с ограниченными возможностями, кто посетил именно это место, — воодушевлённо рассказывает Егор.

Высота 611: гора, которую покоряли на руках

После покорения глубины настал черёд вертикального штурма. Гора Известковая, известная как «Высота 611», — один из главных символов Дальнегорска. Стандартное время подъёма — около трёх часов. Команда из Уссурийска шла дольше.

Переломный момент случился примерно на середине подъёма. Начался скальный участок. Идти на костылях стало невозможно. Егор отложил их, сел на землю и... «пошёл на руках» — подтягивался на камнях, передвигался, снова подтягивался. И это была только половина пути.

— Когда начался скальный участок — там были такие моменты, когда руки уже настолько забились. Делаешь через силу. Но вот она — цель. Сдаться — значит всё. А я не мог. Наталия Васильевна спрашивала: «Может, отдохнёшь?» Нет, я шёл. И знаете — когда мы поднялись и я увидел эти виды, эти просторы... Вот эта эйфория. Ты понимаешь: всё, мы здесь, мы смогли. Ты кушать хочешь и не хочешь — эмоций море. И ты понимаешь: «Ничего себе — мы прошли!». Это непередаваемо, — вспоминает Егор.

Фото: Наталия Назаренко

Данил в какой-то момент захотел пройти через тот же скальный обрыв, что и Егор. Наталия встала между ним и краем.

— Когда я увидела этот обрыв, я просто закричала: «Данил, ты туда не пойдёшь!» У меня практически началась не то что истерика, но страх появился — именно за него, не за себя. А если он туда улетит? Он видно было — хочет туда. Говорит: «Я пойду». А я прямо: «Нет!». Мы сели, успокоились. Я себя привела в порядок и думаю: ну, в конце концов, Егор уже был на той стороне. Он смог. А ты не сможешь что ли? Подошёл Максим — говорит: «Я подстрахую». Я говорю: «Ну хорошо». И мы пошли. Преодолели этот самый сложный участок.

Свои сложности были и у оператора Арины. У неё нет ограничений по здоровью, но надо было постоянно обгонять идущих, чтобы выбрать точку съёмки, а пропустив их мимо, догонять и снова обгонять. Главная камера — Samsung A50 — простой телефон, никакой профессиональной техники. Дополнительно работал Samsung S24 Ultra Наталии. И цветные светодиодные лампы-«мечи», взятые в аренду специально для пещеры.

Арина Рогачёва. Фото: Наталия Назаренко

— Когда мы спускались в Николаевскую пещеру, у меня было понимание, что камеру я не выроню, — рассказывает Арина. — Рельеф хоть и не самый простой, но камни большие, стоять на них удобно, разве что скользко немного — но за оборудование не сильно переживала. А когда начали подниматься на гору — сначала маршрут был лёгкий, я могла пройти вперёд, поснимать, как они начинают подниматься. Но когда началась вторая половина, когда склон стал совсем крутой — вот тогда начала переживать. У нас была только одна камера. Если бы сломалась — всё, впереди ещё столько всего, а снимать нечем. А под конец уже думала: какая композиция, какой ракурс... лишь бы что-то вообще заснять!

Инфографика: EastRussia

А потом все выдохнули. Поехали к морю. Но это в фильме. На самом деле побережье снимали первым. Опасались дождя, который обещали синоптики, и решили начать с маяка и бухты. Это уже потом на монтаже стало понятно, что после всех перипетий, неимоверного напряжения сил и нервных переживаний нужны кадры с атмосферой полного релакса. Драматургия такая штука — она всегда идёт не по съёмочному графику, а по внутренней логике истории, переставляя местами дни, локации и человеческие эмоции так, чтобы зритель поверил именно в эту последовательность событий.

В Москву!

О победе Наталии позвонили от заместителя председателя правительства Приморского края. Разговор оказался неожиданным: почему в заявке — вы, а в кадре — Егор и Данил? Пришлось объяснять, что это командная работа. В итоге на церемонию пригласили троих. Арина и Максим — те, кто снимал и страховал, — остались за кадром.

Фото: Оргкомитет конкурса «Дальний Восток — Земля приключений»

— Когда я стояла на сцене, я думала об Арине. Почему её здесь нет? Человек отработал в поле — а на сцене стоят только трое. Это неправильно. Я даже там со сцены сказала, что у нас пятеро в команде. Когда объявили победителя главной номинации — женщину, прошедшую в одиночку 700 километров, — я замерла. 700 километров! Но потом подумала: маршрут, который для обычного человека — норма, для наших ребят — это маршрут преодоления. Что кажется: ну что такого, взял и прошёл? А каково им, кому тяжело идти? Если мне, человеку бывалому, было страшно — каково им? — делится Наталия.

Инфографика: EastRussia

Что дальше

Наталия уже знает, куда поедет в следующий раз. Хочет показать ребятам подводный мир Японского моря — нырять с маской умеет с детства. Хочет снять коренные народы севера — ульчей и нивхов. На бесплатном дальневосточном гектаре мечтает возродить этническую деревню для туристов.

— Самое главное, что мы попробовали свои возможности. Если бы не конкурс, если бы не Наталия Васильевна — мы бы не побывали там, не увидели этих красот. Мы бы никогда не узнали, на что способны. Это важнее любого диплома, — ставит точку Егор Сорокин. Впрочем, похоже, что это скорее запятая, и новый маршрут, новый фильм, новое преодоление не заставят себя долго ждать.

Больше, чем глэмпинг

Формат модульных отелей для региона пока новый, но в других туристических центрах он уже стал привычным. Речь идёт о домах с панорамным остеклением и базовой инфраструктурой, которые можно быстро возводить в природных локациях.

Такие проекты активно развиваются на Алтае, в Бурятии и Новосибирской области. На 2025–2027 годы Минэкономразвития РФ предусмотрело на них 15 млрд рублей.

Для дальневосточных регионов сделали послабление: субсидии разрешили направлять не только на заводские конструкции — из-за логистики и высокой стоимости доставки.

Инвестор может получить до 1,5 млн рублей на каждый номер, но не более 50% стоимости проекта. Основная часть финансирования поступает из федерального бюджета (97%), ещё 3% — из регионального.

Работа над ошибками

В 2025 году Хабаровский край уже подавал заявки на участие в конкурсе, но не прошёл отбор. Одной из ключевых причин стало отсутствие утверждённого порядка софинансирования на уровне региона.

— Наши заявки не набирали достаточного количества баллов, в том числе из-за отсутствия необходимой нормативной базы. Мы изучили практики других регионов и подготовили соответствующий документ, — рассказала замминистра туризма Хабаровского края Наталья Меньших.

В краевом акте учли федеральные требования: отели должны принимать туристов не менее трёх лет, а менять собственника нельзя в течение десяти лет.

— На старте программы были случаи, когда крупные проекты получали субсидии и фактически исчезали. Сейчас введено казначейское сопровождение, — пояснила Меньших.

Дополнительные ограничения касаются и площадок. Например, получить поддержку для строительства на землях сельхозназначения не получится. Также проект должен иметь статус масштабного инвестпроекта.

— В туризме таких площадок немного: «Хехцир», «Бычиха», «Холдоми» и «Большой Уссурийский». Получение статуса занимает от полугода до полутора лет и требует серьёзных инвестиций, — отметил сопредседатель краевого Совета по предпринимательству Илья Немиш.

Шанс на 2026 год

В 2026 году Минэкономразвития планирует перераспределить средства между регионами — в пользу тех, кто готов быстрее реализовать проекты. Для Хабаровского края это возможность подать заявки повторно.

— Есть шанс привлечь около 100 млн рублей. Но инвесторы должны быть готовы построить объекты уже в этом году и подключить их к инфраструктуре, — сообщила Наталья Меньших.

При этом требования к проектам могут ужесточить: обсуждается норма, по которой ввод в эксплуатацию будет возможен только после прохождения классификации.

Несмотря на сжатые сроки, потенциальные участники в регионе есть, отмечают в Минтуризме. Интерес к проектам проявляет и малый бизнес.

Поддержка для бизнеса

Дополнительно предприниматели могут рассчитывать на компенсацию затрат в рамках нацпроекта «Туризм и гостеприимство». Размер субсидии — от 4 млн рублей и до 70% подтверждённых расходов. В 2025 году на эти цели направили 36 млн рублей, в 2026-м объём финансирования сохранится примерно на том же уровне.

Однако пройти отбор удаётся не всем.

— «Холдоми» и «Шантарские острова» подавали заявки, но не прошли из-за формальных требований. Средства выделяются в конце года, и у бизнеса не всегда есть время на корректировку документов, — рассказал председатель ДВОПП Артём Волков. — При этом сама отрасль остаётся малорентабельной: высокая загрузка — ключевое условие. Например, на нашей площадке доходность в прошлом году составила около 8% годовых.

Чтобы снизить число отказов, в региональном Минтуризме планируют провести обучающий семинар для предпринимателей и разобрать требования к заявкам.

Мани, money

Визит в соседний с Хабаровском Фуюань неприлично подорожал – открытия сезона туроператоры ждали с трепетом: а, ну, не поедут? Виной всему взлетевшие цены на проезд. Казалось бы, вот он, Фуюань, всего пару часов от Хабаровска по реке! Но с этого года за билет на скоростной отечественный теплоход «70 лет Победы» придется отдать 15 тысяч рублей в обе стороны. В прошлом за поездку с ветерком — в районе полутора часов — брали на 5 тысяч меньше.

Конечно, можно попробовать сэкономить и выбрать тур на медленной китайской… (зачеркнуто) … на небыстром китайском судне. Оно добирается до берега соседей почти четыре часа, когда идет против течения, в обратную сторону – два. Поездка стоит 6,5 тысяч рублей.

— Не советую, — авторитетно заявляет руководитель турфирмы. – Денег выгадаете чуть, а целый день в пути потеряете. Приедете вечером, пока в гостиницу оформитесь, а там – ресторан и спать. К тому же, если добираться на медленном «Лункэ», гостиница выйдет дороже.

И точно: на быстроходном проживание три дня и две ночи в «Драконе» — 550 юаней, а на китайском – два дня и три ночи уже за 1080 юаней! Прислушиваемся к совету и берем тур за 15 тысяч и 550 юаней.

Фото: Наталья Львова

В Хабаровске же покупаем юани. Напомним для неискушенных, что в обменник надо идти с наличкой. Иначе переплатишь – банки снимут комиссию за использование их терминалов. Самым удачным считается курс 11,41 рубля за один юань.

— Тем, кто едет первый раз и планирует отдохнуть и пошопиться, рекомендуем рассчитывать, что потратят около 5 тысяч юаней. Поверьте, это достаточно легко сделать. Сейчас в Фуюане продают качественный товар, который стоит недешево. Прошли времена, когда там торговали на улице всякой всячиной, а уже на следующий день часть этих вещей можно было выкинуть. Соседи перешли на другой уровень. Торговаться можно и нужно, но не стоит ждать, что китайцы сильно уступят, — предупреждает руководитель турфирмы Анжела Савельева.

От себя добавим – не стоит рассчитывать на карточку, отправляясь в Китай. Снять деньги не получится, как и перевести кому-то на счет. Рулит только наличка! (Но есть лайфхак).

Кстати, рубли у китайцев не в чести – забудьте, что когда-то можно было рассчитываться отечественной валютой. Ее вам смогут обменять, но курс будет уже далеко не хабаровский.

Там же, в турфирмах, можно купить не тур, а только билеты на теплоход. Это вариант для самостоятельных туристов – подберите себе место проживания, определитесь с датой обратной поездки либо двигайтесь дальше по Китаю. У вас есть месяц на безвизовое путешествие.

Тише едешь, сытый будешь?

Оказавшись на борту «70 лет Победы», мы тоже преисполнились гордости за местный судостроительный, спустивший его некогда на воды Амура. Удобные, «самолетные» кресла, комфортное расстояние между ними. Посередине даже есть стол, а за ним бар, украшенный фото с президентом и экс-губернатором (От редакции — да, да: первый экземпляр «70 лет Победы» в 2016 показывали на Восточном экономическом форуме). В «прихожей» места для багажа, рядом чистенький туалет. Правда, стол тут же захватила компания бывалых туристов и даже слегка повздорила за него с менее удачливыми претендентами. В нехитрой словесной перепалке прозвучало угрожающее: «Тебе показать, сколько у меня штампов в паспорте?». Соперники удалились, бурча и порыкивая, а победители достали бутерброды и разлили по походным стаканам походную жидкость.

Фото: Наталья Львова

Разливают и на «тихоходе». Традиции все суда покорны. Но тем уже сам бог велел – ехать долго, к тому же на «Лункэ» прямо на борту варят вкусные китайские пельмени.

Русский бы выучил, но не выучил

Фуюаньская таможня на контрасте с хабаровской плавучей, которая размещена на дебаркадере, выглядит выигрышно. Аккуратное здание, много стекла и всякой аппаратуры. Нас быстро оформляют и выпускают к автобусу, где русских уже поджидают корефаны-китайцы. Каждый норовит дернуть за руку и всучить свою визитку, покорно все собираем – потом почитаем! Сейчас лучше не останавливаться и проскочить в автобус. Но и в автобусе агитация продолжается: особо приближенные коммерсанты допущены в салон.

Фото: Наталья Львова

Одной из самых приличных гостиниц считается «Дракон». Она находится в самом эпицентре торговли и ресторанов на Дальневосточной торговой улице. Ее преимущество не только в расположении, но и во входящих в стоимость проживания завтраках. Открыт отель не первый год, потому посетителей не должен смущать «уставший» вид номеров. 

Но вот что удивляет – персонал совсем не понимает по-русски! Мы-то привыкли считать Фуюань «своим» городом — родной Фунькой, где тебя поймет если не каждый первый, то каждый второй!

Фото: Наталья Львова

Предприниматели на торговой улице на русском изъясняются на твердую четверочку, а пишут на нем в лучшем случае на троечку, если судить по вывескам и визиткам. Когда торгуются, в ход идет калькулятор, на котором демонстрируют цифры. Вполне доступно.

Стоит погрузиться в городские джунгли, т.е. уйти на пару кварталов в любую сторону от туристического центра, изъясняться сможешь только с помощью электронного переводчика. Учтите это и закачайте его заранее. И наберитесь терпения – он не всегда переводит идеально.

Дарение до несварения

Удивительно, но повышение стоимости туров не отбило у дальневосточников желания побывать в приграничном Китае. В турфирмах разобраны все ближайшие выходные.

— Зачем сюда едут? «Покушать», —так сказали и туристы, и руководитель нашей группы.

«Кушать» — слово-триггер, но звучало оно в поездке настолько часто, что к нему привыкли. Здесь все ходят кушать в рестораны. Благо их очень много, и они нагромождены друг над другом, дверь в дверь – выбирай, какой нравится! Туристы охотно делятся информацией, где покушать выгодней.

Фото: EastRussia

— На углу открыли лапшичную. За 16 юаней мне огромный горшок с лапшой выкатили и еще сверху мяса кучу наложили, — хабаровчанин Валера размахивает руками как опытный рыбак, пытаясь изобразить ту самую кучу. – «Подарок», — говорят. Я еле съел, честное слово. А они глядят на меня, умиляются и вторую такую же порцию ставят. И снова: «Подарок»! Ребята, есть у кого мезим, или что-нибудь для переваривания? Все слопал подчистую – разве откажешься от бесплатного?

Подарками рестораторы пытаются выиграть в конкуренции за русского туриста. В одном заведении нам насыпали бонусом тарелку семечек, во втором – вручили две банки пива, в третьем – сок в красивом пакете. У каждого приличного ресторана своя, прикормленная, публика.

Фото: EastRussia

— О-хо-хо! Давай, проходи, ты как? – владелец ресторана «У Миши» Миша громко хохочет и выходит приветствовать гостей. Он умудряется не пропустить ни одного, уделить внимание всем, обнять, поболтать, пригласить вечером на танцы, утром на завтрак. В высокий сезон вместе с женой Зоей они живут прямо в ресторане – домой некогда уйти. Впрочем, тут же ночуют и их сотрудники.

Конечно, зовут их не Миша и не Зоя, но эти имена они выбрали специально для русских туристов и охотно на них отзываются. Так переименовалось большинство обитателей Дальневосточной торговой улицы.

— Я – Юля, — представляется хозяйка магазина «Юля», где продается все от дешевых конфеток до «элитного» алкоголя. – Мне имя понравилось, его запомнить просто и произносить легко.

— Мы по русским скучали, — признается Саша из салона «Четыре сезона». – До навигации, конечно, к нам приезжали местные туристы, но их меньше, и уже привыкли к русским. Даже по телефону зимой связывались с некоторыми, обещали приехать. Ждем, что откроют пункт пропуска на острове, и наши друзья смогут приезжать круглый год!

Сниму твою последнюю рубаху

Клиентоориентированность китайцев не знает границ. Они не успокоятся, пока ты не оставишь у них все свои юани.

Идем по старому Универмагу. Туристов пока мало, поэтому продавцы из нескольких точек собрались в этом магазинчике и играют в настолку. Мы обходим играющих, чтобы посмотреть товар, но нас замечают.

— Подруга, что надо?

— Хочу джинсовую куртку.

— Размер нету таких. Подожди… На, мою померь, — с готовностью подскакивает и принимается стаскивать с себя одежду китаянка.

Мы вежливо отказываемся и уходим.

Ради русских туристов магазины и рестораны открываются в шесть утра. Во сколько они закрываются, сказать сложно. Хозяева обычно находятся внутри и распахнут перед вами двери по первому стуку – только купи!

Вечером для тех, кому мало ресторанной еды, на улице открывается уличный фаст-фуд базар. За 5 юаней поджарят картошку на палочке, за 10 – курицу или свинину, за 15 что-то более изысканное вроде кальмара. Мобильные точки выстраиваются в ряд, и каждый включает голосовую рекламу, стараясь перекричать конкурентов. Долго находиться рядом невозможно – начинает трещать голова от бесконечных криков.

Фото: Наталья Львова

Пробуем шашлычки – за свою цену очень даже ничего. Примечательно, что их охотно покупают и местные – значит, точно можно есть. Хотя… Недалеко от импровизированного голосистого рынка поставил лоток торговец живым товаром: веселыми лягушатами разного размера и цвета и черепашками. Улыбается, предлагает: «Бери!». Наводим электронный переводчик на его вывеску и читаем: «Еда». Бр-р-р!

Фото: Наталья Львова

Кстати, в ресторанах Фуюаня самые дорогие блюда как раз экзотические. Черепаха, лягушки, змеи, личинки шелкопряда. Это для очень больших любителей. Основное меню хабаровчанам хорошо знакомо – это же подают и в родном городе, только подороже раза в два-три. В среднем за двоих мы оставляли в ресторане около 100 юаней (чуть больше тысячи рублей), заказывая четыре блюда по полпорции. Щедрые китайцы все равно положат больше, чем половину, так зачем переплачивать?

Пища для ума?

Самой бесполезной тратой за время поездки считаем отданные 150 юаней с каждого за обзорную экскурсию. Кое-кто из нашей группы окрестил ее в «позорную». За эту сумму мы потоптались по буддийскому монастырю, ничего не понимая, прошлись по какой-то экотропе в заповеднике, где встретили семейство страусов и издали посмотрели на оленей. Обошли Нанайскую деревню, которую обновляют, предвкушая поток туристов через пункт пропуска на Большом Уссурийском. 

Фото: Наталья Львова

А еще побродили по площади Солнца. На всё про всё ушло полдня. Так как экскурсовод по-русски не говорил и предпочитал изъясняться жестами, информацией о посещаемых объектах мы делились с товарищами сами. Кто-то вспомнил давно слышанное о храме, другой рассказал, как сумел про Нанайскую деревню. Ну и страусы нас просто порадовали своим существованием и мордами, не обезображенными интеллектом.

Фото: Наталья Львова

P.S. Хозяйке на заметку — один глаз страуса весит больше, чем его мозг. И их в Фуюане пока не жарят.