Карантин из-за африканской чумы свиней ввели в Хорольском округе. Ранее ограничительные меры начали действовать в Пограничном округе.
В Хорольском округе проводят карантинные мероприятия в связи с выявлением нового очага АСЧ. Территория в радиусе 15 км является угрожаемой зоной. В нее входят села Лукашевка и Поповка Хорольского округа, село Мельгуновка Ханкайского округа и село Нестеровка в Пограничном округе. Из этих мест нельзя вывозить свиней, а также корма, здесь запрещено делать ярмарки.Об этом EastRussia сообщили в администрации Хорольского муниципального округа
Вместе с тем, специалисты определили зону наблюдения. Это несколько сел в Хорольском округе (Прилуки,Приозерное, Хороль,Луговой,Благодатное,Новобельмановка, Ленинское, Новодевица и ж/д ст.Хорольск), населенные пункты в Ханкайском округе (Новоселище и Удобное), села в Пограничном округе (Богуславка, Сергеевка, Садовый, Жариково). Туда также нельзя ввозить свиней для воспроизводства, выпускать их на выгул. Кроме того, в перечисленных округах запрещена охота на дикого кабана.
Африканская чума свиней не представляет опасности для человека, заразиться нельзя. Однако смертность от заболевания среди животных может достигать 100%.
Напомним, очаг африканской чумы свиней выявили в Пограничном округе Приморья. Там объявлен карантинный режим. Еще один очаг обнаружили в селе Жариково Приморского края.
Аграрии Дальнего Востока сталкиваются с проблемой неблагоприятных погодных условий в первой половине года, что отрицательно влияет на посевы. Тем не менее в текущем году существенно увеличены посевные площади некоторых культур (сои, кукурузы, риса) в ряде регионов. Продолжается развитие тепличных проектов в целях постепенного повышения уровня обеспеченности дальневосточных регионов овощной продукцией собственного производства.
В первом квартале текущего года только в трех дальневосточных регионах наблюдался рост в сельскохозяйственном производстве (Таблица 1) – в Магаданской области (+8,1%), Якутии (+5,3%) и Хабаровском крае (+1,4%). Основные сельхозпроизводители макрорегиона в начале года продемонстрировали отрицательную динамику, в частности Амурская область (индекс - 91,2%), Приморский край (79,7%), Забайкальский край (97%), Бурятия (99,9%).
Однако в регионах Дальнего Востока планируется продолжать увеличивать посевные площади и урожаи. Стоит отметить, что в последние годы темпы роста посевных площадей в ДФО опережали общероссийские – на Дальнем Востоке в прошлом году под сельхозкультуры было отдано 2,2 млн га (рост относительно 2014 г. составил 5,2%), тогда как по стране за последние десять лет этот рост составил 4,6%. В 2024 г. ожидается прирост дальневосточных посевных площадей еще на 76 тыс. га.
В Амурской области (на нее приходится более 50% посевных площадей в ДФО) в текущем году соей засеяно 900,1 тыс. га, что на 4% больше запланированного и выше прошлогоднего показателя на 22,3 тыс. га. Вместе с тем зерновые культуры засеяны только на 87,8% от плана (193,6 тыс. га), что на 1,3 тыс. га ниже уровня 2023 г. При этом под зерновые культуры в текущем году было отдано 232 тыс. га, что 34 тыс. га больше, чем в 2023 г. На сев текущего года в регионе влияли неблагоприятные погодные условия – из-за переувлажнения почвы работы начались на неделю позже запланированного, в начале апреля.
В Приморском крае (22% от дальневосточных посевных площадей) уборке ранних зерновых культур препятствуют циклоны и тайфуны, грозящие потерей урожая. В целях предотвращения потерь в текущем году посевные площади риса (влаголюбивая культура) увеличены на 41%, до 12,4 тыс. га, а посевы кукурузы выросли на 28%, до 101,2 тыс. га. Стоит отметить, что в Приморье сосредоточено 96% посевов дальневосточного риса, культура выращивается в Хорольском, Ханкайском и Черниговском муниципальных округах. По посевам кукурузы лидирует Михайловский муниципальный округ (17 тыс. га).
По зерновым на фоне погодных условий в Приморье в текущем году ожидается существенное сокращение урожая. В июне посевная кампания по зерновым в Приморье все же была прервана из-за значительного переувлажнения почвы. К 11 июня было засеяно только 97,6 тыс. га сои – 33% от запланированного, к 3 июля засеяно 43% от плана, 128 тыс. га. В целом подтопленными в крае в результате дождей оказались около 113 тыс. га посевов сельскохозяйственных культур (ранние зерновые, соя, кукуруза) в 13 муниципалитетах. Наиболее сильно пострадали поля в Черниговском, Хорольском, Октябрьском, Ханкайском, Красноармейском, Анучинском, Пограничном, Яковлевском муниципальном округах, Дальнереченском, Спасском и Кировском районах.
В Забайкальском крае (8% посевных площадей Дальнего Востока) отмечается тенденция увеличения посевов масличных культур. В текущем году в регионе под зерновые отдано 110,2 тыс. га, под рапс – 14,8 тыс. га, под подсолнечник - 13,3 тыс. га, под кормовые культуры – 9,5 тыс. га. В крае планируется строительство линейного элеватора на территории Шилкинского района, около станции Солнцевая, его мощность должна составить 200 тонн. Инвестором выступит «Производственно-экспортная компания» (принадлежит компании «Новый сухопутный зерновой коридор»[1]). Напомним, что НСЗК владеет сухопутным зерновым терминалом мощностью перевалки до 8 млн тонн зерна в год в Забайкальске, около границы с КНР. Отведенные под сою площади расширяют в Хабаровском крае (примерно на 10%), до 37,4 тыс. га. В текущем году в крае намерены собрать 53,5 тыс. тонн сои (в 2023 г. собрано 49,9 тыс. тонн).
Тем временем в регионах сохраняются риски распространения вирусов сельскохозяйственных животных, наносящих урон поголовью. В июле в Пограничном муниципальном округе Приморского края был выявлен очаг африканской чумы свиней (АЧС). В пятикилометровой зоне заражения в селе Духовское были изъяты животные, организованы карантинные мероприятия. В зону наблюдения (10 км от очага) вошли села Бойкое, Богуславка и Жариково.
Напомним, что в минувшем году производство свинины в крае снизилось (на 3 тыс. тонн, до 73 тыс. тонн) из-за вспышек АЧС в свиноводческих комплексах «Русагро-Приморье» («Ленинский-1» и «Ленинский-2») и в частных подворьях. В «Русагро-Приморье» изъятое поголовье достигало 100 тыс. голов. При этом региональные власти при условии отсутствия вспышек вируса рассчитывали, что уже текущим летом возобновится экспорт свинины производства «Русагро-Приморье» в Китай (ограничения на поставки российской свинины в КНР действовали с 2008 г., запрет был официально снят в январе 2024 г.[2]).
В сфере тепличного овощеводства агропромышленный холдинг «Рост» С.Рукина[3] (одно из основных российских предприятий по производству овощей защищенного грунта) намерен инвестировать в реализацию проекта по строительству круглогодичных теплиц площадью 19,2 га в Бурятии (Гусиноозёрск, Селенгинский район). Объем инвестиций оценивается в 4,5-5 млрд рублей, ожидаемая производительность составляет 17 тыс. тонн овощей в год – в том числе 11,2 тыс. тонн огурцов и 5,2 тыс. тонн томатов. Проект в Бурятии станет для группы компаний первым на Дальнем Востоке. Открытие тепличного комплекса намечено на 2026 г.
На текущий момент круглогодичное производство овощей в республике отсутствует, уровень обеспеченности овощами местного производства составляет 58%. Ожидается, что запуск теплиц в Гусиноозёрске позволит увеличить данный показатель до 85%. При этом Дальний Восток в целом отличается невысоким уровнем самообеспеченности овощной продукцией – на начало текущего года он составлял только 42% (показатель в РФ за 2023 г. – 87%). Благодаря развитию тепличных проектов уровень обеспеченности Дальнего Востока овощами постепенно возрастает – в 2022 г. он составлял 38%.
Стоит отметить, что изначально комплекс «Гусиноозёрский» предполагалось начать строить в 2018 г., но реализация проекта откладывалась. В 2022 г. инвестором должна была выступить якутская компания «Звезда Арктики»[4] (которая учредила для этих целей ООО «УК «Экоинвест»), но строительство было приостановлено из-за проблем инвестора с привлечением кредитных средств.
Между тем АО Совхоз «Тепличный[5]» (резидент ТОР) на Сахалине рассчитывает в ближайшие годы (2024-27 гг.) инвестировать 5,1 млрд рублей в увеличение площади действующих теплиц, а также строительство розария, питомника открытого типа для выращивания кустарников и деревьев, ландшафтного центра, плодопитомника и комплекса для выращивания рассады однолетних и многолетних трав. Напомним, что в прошлом году совхоз «Тепличный» ввел в Сахалинской области в эксплуатацию тепличный комплекс на 2,9 га мощностью 10 тыс. тонн овощей в год, инвестировав 850 млн рублей.
Подробную информацию и аналитику по этой и другим актуальным темам можно найти в еженедельном бюллетене EastRussia.
Таблица 1. Индекс производства продукции сельского хозяйства, первый квартал 2024 года, в % к соответствующему периоду предыдущего года.
Регион |
Индекс |
Российская Федерация |
101,2 |
Сибирский федеральный округ |
98,0 |
Дальневосточный федеральный округ |
91,4 |
Магаданская область |
108,1 |
Республика Саха (Якутия) |
105,3 |
Хабаровский край |
101,4 |
Республика Бурятия |
99,9 |
Еврейская авт. область |
98,2 |
Камчатский край |
97,7 |
Забайкальский край |
97,0 |
Чукотский авт. округ |
93,3 |
Амурская область |
91,2 |
Сахалинская область |
89,9 |
Приморский край |
79,7 |
[1] Подконтрольна АО УК «РВМ» Капитал» - инвестиционная группа, принадлежащая бывшим советникам экс-главы «РЖД» В.Якунина – С.Орлову и Ф.Блинову, ООО «Управление Инвестициями» и НПФ «Благосостояние». Также доли в НСЗК принадлежат кипрским «Саленсид Холдингс Лимитед» и «Белпер Холдингс Лимитед», физлицу А.Татур.
[2] Был подписан протокол об инспекционных, карантинных и ветеринарно-санитарных требованиях к мясной продукции, экспортируемой в КНР. Поставки продукции разрешили российским компаниям «Тамбовский бекон», АПХ «Мираторг» и «Великолукский мясокомбинат».
[3] С.Рукин основал в 2013 г. холдинг «Технологии тепличного роста», переименованный в 2019 г. в «Рост». Прежде С.Рукин основывал в партнерстве с О.Тиньковым компанию «Международный бизнес-клуб», был создателем дилерского центра BMW «Авиамоторс».
[4] Подконтрольно якутским предпринимателям В.Гарипову и К.Гарипову.
[5] Принадлежит сахалинскому Минимущества.
В 2020 году президент России утвердил Доктрину продовольственной безопасности, направленную на повышение уровня самообеспечения регионов основными видами отечественной сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия. Для воплощения её целей в 2021 году правительство Хабаровского края поставило задачу региональному минсельхозу: создать к 2026 году 4 агрокластера, и 9 — к 2030. В регионе приступили к реализации опорного проекта «Мелиорация и кластер АПК». Результаты проделанной работы чиновники озвучили на совещании постоянного комитета по вопросам промышленности, предпринимательства и инфраструктуры Законодательной дума края. Отдавая должное прогрессивности идеи, законодатели и сельхозпроизводители региона выдвинули контраргументы и указали на более актуальные, по их мнению, проблемы.
Для определения потенциальных возможностей формирования сети агрокластеров на территории края минсельхоз в 2022-2023 годах обратился к науке. В результате проведенной научно-исследовательской работы (НИР), в основе которой лежал анализ агроклиматических условий региона, земельных ресурсов и определения потенциальных территорий для размещения агрокластеров, минсельхозу предложили сформировать на территории края участки общей площадью не менее 30 тысяч га (то есть каждый займет не меньше 3 тысяч гектаров). На этих участках рекомендовано строить осушительные мелиоративные системы польдерного типа, что позволит подготовить почву для выращивания сельхозпродукции. К слову, стоимость проведенной оценочной научной работы обошлась краевому бюджету в 9 миллионов рублей.
Специалисты отметили, что к концу XX века Хабаровский край исчерпал запас сельскохозяйственных земель, на которых можно выполнить самотечные осушительные системы. Согласно научным данным, затраты на подготовку площадей для выращивания картофеля, овощей закрытого грунта, зерновых, включая сою и кукурузу, необходимо затратить порядка 600 тысяч рублей на один гектар. Окупаемость таких проектов составляет 25 лет.
В соответствии с НИР, ввод в оборот земель и создание агрокластеров планировалось за счет специализированной управляющей организации, по типу ТОР. Финансироваться она должна была за счет консолидированного бюджета: федеральные средства плюс меры краевой поддержки. Предполагалось, что размежеванные земельные участки, на которых сделают мелиорацию и подведут инфраструктуру, будут передаваться фермерам для выращивания зерновых и овощей, и создания кооперационных цепочек по переработке и сбыту.
— Отступая от теории, мы столкнулись с тем, что у нас отсутствует возможность реально неукоснительно реализовать такую модель. Научная работа обосновала затраты на создание девяти агрокластеров в объёме 30 миллиардов рублей, и мы неоднократно обращались в федеральный минсельхоз, но пока данные обращения остались без движения, — рассказала депутатам первый заместитель министра сельского хозяйства и продовольствия края Алена Селезнева. — Сейчас мы ведем работу на основании действующих программ господдержки и сил краевой машинно-тракторной станции (МТС), которая помогает фермерам проводить мелиоративные работы. Сегодня в Хабаровском крае на этапе формирования пять агрокластеров площадью почти 20 тыс. га. Это Дальневосточный агропарк на острове Большой Уссурийский, где планируется выращивать зерновые и кормовые культуры; российско-белорусский кластер мясо-молочного направления; учебно-образовательный кластер, в рамках которого будет обеспечен комплексный подход к решению вопросов кадровой обеспеченности отрасли. Также планируется создать овощной кластер и селекционно-семеноводческий кластер по двум направлениям: ягодные культуры и картофель. Конечно, мы гонимся не за цифрами и показателями, а хотим за счет этого механизма решить проблемные вопросы отрасли и стимулировать производство местной продукции. Ведь основная цель агрокластеров — это создание кооперационных цепочек и взаимодействия между сельхозтоваропроизводителями и переработчиками.
При этом у министерства сельского хозяйства нет полномочий в оказании государственной поддержки предприятиям пищевой и перерабатывающей промышленности для формирования полноценных производственных цепочек от производства сырья до реализации готовой продукции. И получается, что развивать кооперацию между производителями региона нужно, а реальных возможностей для этого как будто и нет. На это внимание заместителя министра обратила спикер Думы Ирина Зикунова.
— Стратегию развития агрокластеров нужно сделать более реалистичной, — подчеркнула она. — Если осуществлять поддержку, то ее надо планировать для конкретных хозяйствующих субъектов через достижение определенных показателей: увеличить объемы продукции и добавленной стоимости. Там уже у самих бизнесменов появится мотивация, чтобы работать по принципу комбинатов. Мы должны беречь и развивать сложившиеся бизнес-единицы, а не строить воздушные замки на пустом месте за большие миллиарды рублей. У вас есть хозяйствующие субъекты для новых агрокластеров? Есть инфраструктура и ресурсы для создания таких площадок, люди, которые там будут работать? Мы помним, что кадровый вопрос — один из наиболее острых по стране, ведь недаром же президент запустил в этом году реализацию еще одного нацпроекта, который так и называется, «Кадры». Люди сегодня уезжают из сельской местности на заработки, на вахту. Молодежь идет служить по контракту, или не хочет пачкать руки в коровнике. А вы хотите создать девять площадок, провести мелиорацию на 30 тысячах гектарах земли – для чего? Кто сеять и пахать будет?
Присутствующие на заседании комитета думы представители бизнеса поддержали Ирину Зикунову. Сегодня правительство края частично субсидирует затраты фермеров на приобретение сельхозтехник, семян и удобрений, возмещает средства, потраченные на приобретение племенного скота, строительство овощехранилищ и коровников. Но остается еще много проблемных вопросов, которые волнуют сельхозпроизводителей.
— Вы говорите, что необходимо проводить мелиорацию, и мы поддерживаем это решение обеими руками, — говорит Анна Мусина, генеральный директор ЗОАО «Соя», член общественного совета при министерстве сельского хозяйства и продовольствия Хабаровского края. — Но затраты на проведение этих работ несоизмеримы с нашими доходами. Несколько лет назад сельхозпредприятие «Вектор», например, выполнило мелиоративные работы, потратив 20 миллионов рублей. Компенсировать смогли не больше 5 миллионов, получается, что мероприятия провели практически за свой счет. А земли не в нашей собственности, они краевые, мы их лишь арендуем. Да, сейчас есть федеральная программа, по которой можно вернуть до 50% средств, потраченных на мелиорацию, и компания «Сервис Агро», которая сегодня работает в Зоевке и осваивает 6 тысяч гектаров земли поэтапно, уже вернула половину средств, потраченных на первый этап. Но, во-первых, эти деньги — порядка 300 миллионов рублей на 1000 га мелиорации надо иметь, чтобы их вкладывать. А во-вторых, печальный опыт говорит поостеречься, иначе, где потом брать средства на содержание скотины в коровниках, на корм и тд., если все вложить в осушение пашни?
Коллегу поддержала владелица двух птицефабрик Людмила Кузнецова. По мнению бизнеса, нецелесообразно транжирить региональный кошелек, когда есть множество федеральных проектов поддержки, в частности, по мелиорации.
— Смотрите, мелиорация в России — одно из ключевых направлений, на которое тратится 10 000 000 000 ₽ в год, — рассказала предприниматель. — После моего обращения к президенту на встрече в январе, господдержку на мелиоративные работы увеличили в два раза. Отношение к Дальнему Востоку, и Хабаровскому краю в частности, должно быть особое, уверена в этом. У нас при подъемах уровня воды, при проливных дождях и заболачивании почв смывается плодородный слой. Мы сейчас опять ждем наводнения. Поэтому мы будем настаивать на этом, чтобы эти работы по мелиорации были проведены на Дальнем Востоке, потому что иначе мы потеряем дальневосточные земли.
Мы предлагаем все-таки увеличить количество проектов, которые нужно отдать в федеральный орган Министерства сельского хозяйства для разработки именно субсидирования Хабаровского края, увеличения господдержки именно нам, потому что есть регионы, например, Забайкальский край, который получил деньги на мелиорацию, но он их не освоит. А нам 164 миллиона точно не лишние. Может быть, можно перераспределить бюджет, ведь до конца года еще полгода есть. И тогда не придется трясти краевую казну, которой и так на все не хватает. Просто нужно подать заявку федеральному минсельхозу, озвучить пожелания сельхозпроизводителей. Я все время обращаюсь к краевому минсельхозу, но связи нет, мы как будто параллельными путями идем, хотя работаем над одними задачами. А ведь изыскивать средства — это задача чиновников.
О недостаточной связи между министерством и работающими на земле производителями говорят и другие сельхозпроизводители. Они подчеркивают, что Хабаровскому краю необходимо найти альтернативу сои, которая позволяет зарабатывать, но истощает почву. Требуются закупочные пункты, налаженный гарантированный сбыт продукции, создание молочных кухонь для кормящих мам, как это было в Советском Союзе.
— Нужно доработать созданное, — считает глава сельскохозяйственного предприятия предприятия «Вектор» Сергей Гоманюк. — Растениеводство, переработка, поставка на молзаводы, птицефабрики. Чтобы была минимальная накрутка в торговых сетях. В Приморье, например, на местную продукцию накручивают не больше 10%. Почему у нас так нельзя сделать? Чтобы люди выбирали своё, а производители не уходили в ноль, пытаясь реализовать сделанное любой ценой. Сегодня с той же сои можно и масло, и жмых, и белок получить, который, кстати, с удовольствием употребляет птицефабрика в Комсомольске. Раньше потребление соевого белка было 1,5 тысячи тонн в месяц, то есть наши сельхозпроизводители практически всё могли бы туда сдавать, а не отправлять в Китай. Кукуруза — то же самое, там до 40% идет в корма. Сегодня кукуруза дешевле, чем пшеница. Можно было бы это легко организовать.
Жителям региона гораздо нужнее создание птицефабрики, где будут выращивать бройлерных кур, производить охлажденное мясо на 30 000 тонн в год, считает Сергей Гоманюк, — Какая ягода, я вас умоляю. Нужно строить завод по переработке кукурузы, в конце концов, можно рис выращивать на системах… Больше реализма, господа чиновники! Помощь на региональном уровне нам оказывают, но недостаточную. Например, есть такая мера поддержки, как субсидия на возмещение части затрат на проведение агротехнологических работ, повышение уровня экологической безопасности сельскохозяйственного производства, а также на повышение плодородия и качества почв. Объем финансирования в 2024 году составил 36 013 770,00, что по отношению к 2023 году составляет 61,15%. «Споросу» (производителю семян сои — прим. автора) вообще было отказано, нам было выделено порядка 18% от того, что запрашивали, Прилепины (КФХ Прилепин прим. автора) получили порядка 30%, и так далее. Почвы у нас в крае, к слову, за год лучше не стали, если хотим получать нормальные урожаи, необходимо вносить удобрения, проводить мелиорацию. На эти цели можно получать финансирование из федерального бюджета, и краевому минсельхозу стоило бы активней обращаться за господдержкой. Тогда и продовольственная безопасность в Хабаровском крае будет на надлежащем уровне.
В текущем году в ряде регионов запланировано расширение посевных площадей и увеличение экспортных поставок. Ущерб отрасли, тем не менее, наносят заболевания, ведущие к сокращению поголовья скота и приостановке деятельности предприятий. В отрасли запланировано создание новых производств.
Посевная и удобрения
В регионах ДФО и Восточной Сибири завершается посевная кампания. В Иркутской области к середине мая посеяно 120,8 тыс. га зерновых и зернобобовых культур, в том числе 61,4 тыс. га пшеницы, 9,8 тыс. га овса, 38,5 тыс. га ячменя и 11 тыс. га гороха, что в два раза больше, чем на аналогичную дату прошлого года. Всего под урожай 2024 г. запланировано посеять 391 тыс. га зерновых и зернобобовых культур, 78,9 тыс. га масличных культур, 21,7 тыс. га картофеля, 3,2 тыс. га овощей открытого грунта и 95,9 тыс. га кормовых культур.
Стоит отметить, что в первом квартале текущего года сельхозпроизводители Иркутской области увеличили экспорт зерновых культур более чем в пять раз по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Ведущими зерновыми экспортируемыми культурами являются ячмень, овес и пшеница (в отчетном периоде основу составили ячмень и овес), поставляемые в Китай и Монголию.
В Приморском крае посеяно 101,2 тыс. га кукурузы, что на 22 тыс. га больше, чем в 2023 г. Больше всего кукурузы посеяно в Михайловском муниципальном округе – 17 тыс. га, а также в Октябрьском и Ханкайском муниципальных округах – 16,4 и 14 тыс. га соответственно. Также в текущем году Приморье увеличивает посевы риса в 1,5 раза относительно 2023 г., до 12,6 тыс. га.
В регионах также осуществляют экспериментальный сев культур. Так, в пяти районах Забайкальского края (Александрово-Заводском, Нерчинско-Заводском, Краснокаменском, Карымском и Читинском) на общей площади 500 га в качестве эксперимента посеют семена расторопши для поставок на фармацевтический рынок[1], в том числе экспортный. Также в текущем году в Забайкалье впервые планируется посеять фасоль – в Агинском районе на площади 300 га.
В весенний период в дальневосточных регионах возникла проблема с ввозом минеральных удобрений из-за приоритета провоза угольных грузов на Восточном полигоне «РЖД». Грузы для посевной компании имеют пятую очередь из семи возможных. При этом на Дальнем Востоке отсутствуют специализированные заводы по производству удобрений, и такая продукция в полном объеме поставляется в макрорегион по железной дороге.
В середине апреля приморские аграрии отмечали, что смогли получить с начала года только 42% из заблаговременно законтрактованных 70 тыс. тонн удобрений. По данным Минсельхоза Приморского края, для проведения посевной кампании на площади 465 тыс. га необходимо ежегодно поставлять в край не менее 75-78 тыс. тонн минеральных удобрений не позднее апреля-мая. К 15 мая ситуация улучшилась – в край было завезено 68 тыс. тонн (87% от потребности). Тем не менее в краевом Минсельхозе отмечали неравномерность поставок и необходимость повышения приоритета перевозок минеральных удобрений.
Что касается цен на топливо для аграриев, то в целях их сдерживания с 1 марта правительством был введен полугодовой запрет на экспорт бензина из страны, который недавно, однако, уже отменен на период до конца июня. Временный запрет в том числе совпал с посевной. Сельхозпроизводители выражали особую обеспокоенность ростом цен на ГСМ в конце прошлого года.
В сфере производства комбикормов на Дальнем Востоке создаются новые предприятия. Компания ООО «Казанский ПК» в статусе резидента СПВ в мае запустила в приморском Партизанске производство комбикорма, зерносмесей и кормовых смесей мощностью 720 тонн продукции в год. В проект инвестировано свыше 14 млн рублей.
Также в Приморском крае вьетнамский агрохолдинг TH Group («ТиЭйч Рус Приморский») начал строительство животноводческого комплекса с общим поголовьем 10 тыс. коров молочных пород и молокозаводом мощностью переработки 60 тыс. тонн молока в год (250 тонн в сутки). Комплекс строится на площадке «Некруглово» в ТОР «Михайловский» (Яковлевский район). Объем инвестиций в проект оценивается в 20 млрд рублей. Для проекта выделено более 13 тыс. га земли. Запуск предприятия намечен на 2027 г. В перспективе резидент ТОР рассчитывает выращивать корма для крупного рогатого скота, бобовые культуры для поставки на экспорт.
Следует отметить, что планы TH Group по созданию молочного комплекса существуют с 2017 г. (тогда было подписано первое соглашение о реализации проекта). В 2019 г. соответствующий проект стал резидентом ТОР «Михайловский», но дальнейшее развитие он длительное время не получал, на что влияли в том числе пандемия и санкционные ограничения.
Существенный урон получил агропромышленный комплекс Иркутской области от распространения в феврале заболевания крупного рогатого скота (узелкового дерматита). С середины февраля по начало апреля в регионе было выявлено 42 эпизоотических очага. Для предотвращения распространения заболевания в Черемховском, Усольском, Иркутском, Осинском районах и Ангарском городском округе был введен режим ЧС, двукратно вакцинировано более 421 тыс. голов восприимчивых животных[2] (коров, свиней, коз, овец). В рамках борьбы с заболеванием было изъято порядка 6 тыс. голов скота. Собственникам выплачены компенсации на общую сумму более 400 млн рублей. Всего в перечень неблагополучных территорий региона входили 26 населенных пунктов и два садоводческих некоммерческих товарищества, в угрожаемую зону – 104 населенных пункта и 90 СНТ.
В середине марта возобновилась работа Иркутского молочного завода группы предприятий «Янта», остановленного в феврале на фоне заболевания крупного рогатого скота. Режим ЧС по заболеванию был снят 17 мая, с конца апреля постепенно снимали карантин в эпизоотических очагах заболевания. Региональное управление СКР возбудило уголовное дело по факту нарушения ветеринарных правил, повлекшего распространение эпизоотии[3].
По предварительным подсчетам областного министерства сельского хозяйства, из-за заболеваний животных в 2024 г. регион недополучит 14,6 тыс. тонн молока, производимого крупными предприятиями (3,14% от общего объема производимого молока). Также, в связи с изъятием животных в Черемховском, Усольском и Иркутском районах Иркутская область недополучит примерно 2,3 тыс. тонн мяса в живом весе (1,4% от общего объема производства мяса в 2023 г.).
После вспышек африканской чумы свиней в прошлом году в Приморском крае в регионе ожидают восстановления экспорта свинины только в 2026 г. В текущем году должны завершиться карантинные мероприятия, а на 2025 г. намечено восстановление производства. По итогам 2023 г. производство свинины в крае снизилось на 3 тыс. тонн относительно 2022 г., до 73 тыс. тонн. Ущерб от вспышек заболевания региональные власти оценивают в 252 тыс. голов, каждая из которых могла бы принести 110 кг мяса в живом весе. Прямые убытки предприятий превышают 4 млрд рублей.
Между тем в Иркутской области отмечается рост производства куриных яиц – в январе-апреле 2024 г. было произведено 308,9 млн куриных яиц, что на 1,5% больше, чем за аналогичный период 2023 г. Помимо поставок на внутренний рынок региона, продукция также поставляется на экспорт – в Монголию (в 2023 г. экспорт в натуральном выражении вырос в два раза относительно 2022 г., составив 8,1 тыс. тонн). 87% всего объема производства яйца в Иркутской области обеспечивают две птицефабрики – СХАО «Белореченское» и СПК «Окинский».
Новое предприятие по производству куриных яиц планируется создать в Приморском крае – в селе Струговка Октябрьского муниципального округа. В апреле компания ООО «Сельское»[4] получила статус резидента СПВ для создания производства мощностью 17,6 млн куриных яиц в год. Объем инвестиций в проект составляет 38 млн рублей. Приморский край обеспечивает себя куриным яйцом на 53% (в 2023 г. было произведено 280 млн яиц). Производством куриных яиц в регионе также занимаются ООО «Уссурийская птицефабрика», ООО «Устье» и ООО «Ива».
Кроме того, новая птицефабрика в марте была запущена в Чукотском АО – в поселке Провидения. На фабрику была доставлена первая партия кур в 1,5 тыс. голов. При выходе на полную мощность предприятие ежегодно будет производить до 930 тыс. штук яиц. Также на текущий год намечен запуск птицеводческих предприятий в Билибино и селе Ваеги (Анадырский район). В минувшем году в округе было произведено 7,5 млн яиц – их обеспечила птицефабрика «Северная».
В сельскохозяйственной отрасли дальневосточного региона планируется расширение действующих производств, увеличиваются посевные площади и вводятся новые виды культур. В то же время неблагоприятные погодные условия и распространение заболеваний наносят существенный урон урожаю и поголовью, а также проблемным вопросом остается отдаленность макрорегиона для поставок необходимых удобрений.
Подробную информацию и аналитику по этой и другим актуальным темам можно найти в еженедельном бюллетене EastRussia.
[1] Плоды растения используются в фармацевтике в составе антиоксидантных препаратов, обладают противовоспалительным действием.
[2] В зону вакцинации попали Слюдянский, Ольхонский, Баяндаевский, Качугский, Осинский, Нукутский, Зиминский, Куйтунский, Тулунский, Нижнеудинский, Тайшетский, Усть-Удинский, Балаганский районы и Чунский муниципальный округ.
[3] По предварительным данным, нарушение допустил фермер из деревни Лохово Черемховского района, который пустил на передержку в свой загон с быками привозных овец.
[4] Принадлежит председателю думы Октябрьского муниципального округа А.Запоточному.
Пчеловодческая отрасль в Приморье восстанавливается после тяжёлого кризиса. До 70% пчелосемей погибли в 2023-году из-за вируса, нехватки кормовой базы и других факторов. В результате некоторые пасеки закрылись, образовался дефицит «пчелиной рабочей силы», а стоимость одной пчелосемьи выросла в разы. Как регион будет решать эти проблемы, и что поможет раскрыть потенциал уникального приморского мёда, выясняло EastRussia.
Тяжёлый год — мор и бескормица
В истории пчеловодства Приморья 2023-й год стал одним из самых тяжёлых. Сложились несколько факторов: климатические условия, раннее начало жизненного цикла клеща Varroa destructor (переносчика многих пчелиных заболеваний), дефицит кормовой базы — на большей части территории края липа практически не медоносила. В результате из почти 70 тысяч пчелосемей выжили чуть больше 30%, а медосбор составил всего 2,7 тыс. тонны, в два раза меньше, чем 2022-м, когда собрали 6 тыс. тонн.
Без государственной поддержки пчеловодство в регионе может сойти на нет, акцентирует председатель Союза пчеловодов Приморского края Рамиль Еникеев. Поэтому было принято решение о разработке программы развития отрасли на следующие пять лет. Соответствующий проект подготовлен минсельхозом совместно с Союзом пчеловодов и дальневосточными учёными.
Как отмечает собеседник, данные меры жизненно необходимы рынку не только, чтобы восстановить его после тяжёлого кризиса, но и вывести на принципиально новый уровень. Сегодня в крае насчитывается порядка 6,5 тыс. пчеловодов, медосбор составляет 5-6 тысяч тонн в год.
«Однако наша медоносная база — одна из самых развитых не только в стране, но и в мире — позволяет содержать практически до 1 млн пчелосемей и собирать 70-80 тысяч тонн мёда в год», — комментирует Рамиль Еникеев.
Для того, чтобы претворить программу в жизнь, создаётся единый орган — АНО «Агентство по развитию пчеловодства» под эгидой министерства сельского хозяйства Приморья. Ожидается, что эта структура заработает уже в текущем году. Её главными задачами станут внедрение новых технологий и развитие экспортного потенциала медовой индустрии, увеличение пчелопоголовья, организация и поддержка селекционно-племенной работы, создание промышленных пасек и лабораторной базы для глубоких исследований качества мёда.
Нужны племенные пасеки
Сегодня отрасль находится в зачаточном состоянии, отмечают участники рынка. Средний возраст пчеловода в Приморье составляет 60-65 лет. Для большинства это не основной вид дохода, поэтому после массового мора пчёл в 2023 году некоторые пасечники без особого сожаления закрыли свой бизнес, рассказывает предприниматель Олег Пазенко. Это оказалось проще, чем восстанавливать поголовье, тем более что стоимость пчелосемейств подскочила в разы.
«В прошлом году в мае одна пчелосемья стоила в районе 4,5-5 тысяч рублей, а после медосбора — в районе 2,5 тысяч. В этом году, учитывая дефицит, цены достигают 18-20 тысяч рублей, поэтому многие пасечники ездят в Хабаровский край или Еврейскую автономную область и закупают пчёл там. Кто-то ещё и зарабатывает на перепродаже», — рассказывает Олег Пазенко.
Причём восстановление пчелопоголовья — вопрос тонкий, и заниматься им должны профессионалы. Об этом напоминает ведущий научный сотрудник Федерального научного центра агробиотехнологий Дальнего Востока им. А.К. Чайки, кандидат сельскохозяйственных наук Максим Шаров.
«Действительно, в Приморском крае произошла огромная гибель пчелиных семей, и чтобы восполнить утрату, необходимы именно разведенческие хозяйства или племенные пасеки, которых, к сожалению, нет не только в Приморье, но и на всём Дальнем Востоке. Их необходимо создавать. Это одна из главных задач АНО «Агентство по развитию пчеловодства», — комментирует учёный.
Чтобы организовать такую пасеку, требуются земельный участок, материально—техническая база и команда специалистов. Переподготовкой селекционеров по пчеловодству занимается «Приморский государственный аграрно-технологический университет», так что база для обучения кадров в регионе имеется.
При этом, подчёркивает Максим Шаров, селекционную работу можно вести только с дальневосточной пчелой, адаптированной к местному климату.
«На данную тему я делал отдельную презентацию. Есть наработки большого количества ученых приморского региона, которые проводили испытания в 1960-1980-х гг. Они выяснили, что завезённые в Приморье инородные породы, не адаптированные к нашим условиям, показывают плохие результаты. Поэтому ещё в 1982 году было принято решение рекомендовать не завозить их сюда», — комментирует учёный.
Максим Шаров акцентирует, что сегодня необходимо заниматься селекционной работой и размножением местной породы пчёл. Следует обратить внимание на пчелиные семьи, которые выжили в Приморском крае — получать от них потомство и обеспечивать пчеловодов эффективной «рабочей силой». Причём завезённые пчелиные семьи из Хабаровского края или ЕАО обязательно нужно проверять на их принадлежность к дальневосточной породе, что можно сделать только под микроскопом. Если инородные пчёлы спарятся с местными, они принесут нежизнеспособное потомство.
План селекционно-племенной работы составляют селекционер, пчеловод и матковод. Первые результаты можно получить уже в течение года.
«Например, 200 пчелиных семей зимуют на племенной пасеке. Если они не погибли после зимовки, на следующий год вы полноценно приступаете к их размножению и последующему делению. От одной пчелиной матки, грубо говоря, можно получить в пределах 200 тыс. её копий. Если сегодня мы купим 10 пчелиных семей, то к августу путём размножения получим уже 120», — рассказывает Максим Шаров.
Сладкая перезагрузка
Казалось бы, селекционно-племенная работа — перспективная ниша для бизнеса. Однако, считает учёный, отрасль ещё не достигла такого развития, чтобы частный бизнес заинтересовался этим направлением.
«Допустим, пчеловодство Канады представляет мощный кооператив, куда так просто не попадёшь. Это серьёзный бизнес с отрегулированным рынком сбыта. Производство канадского мёда поставлено на промышленные рельсы, застраховано от форс—мажоров, отрасль пользуется различными льготами. Это действительно большая индустрия с единым центром управления — такая же, как и животноводство», — приводит пример Максим Шаров.
В Приморье, да и в целом на российском рынке, по его словам, ситуация иная. Большинство пасек сосредоточено в хозяйствах населения, пчеловодство не структурировано и требует координации со стороны органов власти. Необходимо выработать механизмы, которые помогут привлечь инвестиции и молодую кровь в медовый бизнес.
«Когда встречаешься с пчеловодами и говоришь о том, что занимаешься пчёлами, тебя могут спросить: «А работаешь где?» — рассказывает Олег Пазенко. — Притом, что пчеловодство — это не только производство мёда — на одном только мёде, действительно, сложно полноценно зарабатывать — но и другой продукции, включая восковую моль, трутневый гемогенат, маточное молочко. Ту же пыльцу, которую у нас на Востоке не особо употребляют, на Западе заготавливают тоннами. Это высокорентабельно, но заниматься этим не каждый хочет».
Низкие объёмы медосбора объясняются ещё и пассивностью большинства пчеловодов, считает он. В 2023-м году липа почти не медоносила на юге края, но, к примеру, в Спасском районе проблем с кормовой базой не было, и тот, кто поехал туда за нектаром, собрал «медовый урожай». Недостаточно внимания, по его мнению, уделяется и профилактике заболеваемости на приморских пасеках.
Трудный мёд
Однако восстановление пчелиного поголовья — не единственная проблема медовой индустрии. Одним из главных вопросов Рамиль Еникеев называет сохранение липы. Несмотря на то, что в законодательстве вырубка этой породы ограничена зонами покоя, медоносные деревья по-прежнему уничтожаются.
«Пчеловоды начали выезжать в тайгу и фиксируют, что процесс вырубки медоносов, нашей липы, не прекращается. Деревья вырубают и в зонах покоя, и вблизи населённых пунктов, и даже вблизи пасек. Сегодня это одна из главных проблем. А решение, на наш взгляд, единственное — внести все три вида липы в перечень запрещённых к заготовке, как это сделали с сосной корейской», — предлагает Рамиль Еникеев.
Влияет на отрасль так же ужесточение требований со стороны российского законодательства и растущие коммерческие расходы пчеловодов.
«С прошлого года значительно увеличилась стоимость исследований для каждой пасеки, и здесь, скорее всего без поддержки государства, рядовому пчеловоду не обойтись. Цены достигают 60 тыс. рублей в зависимости от количества произведенного меда», — уточняет Рамиль Еникеев.
Таким образом, перед АНО «Агентство по развитию пчеловодства» открывается большой фронт работ. Собеседники агентства уверены, что можно вернуть пчеловодство Приморья к советским показателям, когда край производил до 15 тыс. тонн меда в год, и даже превзойти их.
«Приморье в хорошие годы лидирует по производству мёда не только среди регионов Дальнего Востока, но и России. А по экспорту мы однозначно всегда первые, и одна из главных задач сегодня — нарастить продажи фасованной продукции в Китай. Конечно, 2023-й год серьёзно снизил показатели, но мы надеемся, что в ближайшее время снова займём передовые места. Потенциал у приморского мёда большой, ведь только мёд из нашей липы даёт этот особенный мягкий вкус, который так ценят жители приграничных стран. Сейчас нужно чёткое понимание организации сбыта и мер поддержки», — комментирует Рамиль Еникеев.
Отметим, хотя многие пчеловоды не припомнят такого тяжелого года, как 2023-й, но массовая гибель пчёл не впервые происходит в крае. Подобный мор фиксировали и в 1940-х гг, и в 1970-х, когда раньше срока активизировался клещ Varroa destructor.
«Мы такое уже проходили, просто в прошлом году были не готовы к этому моменту», — отмечает Максим Шаров.
Что касается бескормицы, пасечники сравнивают сбор мёда с заготовкой кедрового ореха или выловом красной рыбы, которые так же цикличны. Из четырёх лет в один год может быть бескормица, два других не очень удачных, и один — богатый нектаром. В этом году пчеловоды ожидают медосбора не ниже 4-5 тыс. тонн.
Изменения в федеральный закон о семеноводстве и новые правила локализации производства семян в России призваны снизить зависимость от западных поставщиков. Как сегодня решается эта задача, и есть ли научная база для прорыва, выясняло EastRussia.
Сложности посевной
Регионы Дальнего Востока готовятся к посевной. Ранее проходили сообщения о том, что Якутия, Камчатка и Еврейская автономная область находятся в красной зоне по обеспеченности семенами зерновых культур, а в Приморье, Хабаровском крае и Амурской области сложным остается вопрос с посевами кукурузы.
Национальный семенной альянс (НСА) отмечает проблемы с ввозом импортных семян после того, как Россия ввела квоты на семенной материал из недружественных стран до конца 2024 года. Ограничения коснулись картофеля, пшеницы, ржи, ячменя, кукурузы, соевых бобов, подсолнечника и сахарной свеклы. Общий объем импорта семян этих культур в рамках квоты составит 33,1 тыс.
Но как показал мониторинг агентства, в регионах проблемы связывают не с квотами, а с затрудненной логистикой — переориентация грузопотоков на Восток требует тщательного планирования перевозок, в первую очередь, железнодорожным транспортом. Эту задачу субъекты решают совместно с руководством РЖД.
«Конечно, возникали сложности с транспортировкой, но семенами овощных и зерновых культур, кукурузы мы сегодня обеспечены полностью, на подходе картофель. Главное сейчас — решить вопрос с доставкой минеральных удобрений российскими железными дорогами, так как ЖД-пути перегружены, и сроки поставок под вопросом», — рассказал министр сельского хозяйства Приморья Андрей Бронц.
В Камчатском крае, который относится к зоне рискованного земледелия из-за климатических особенностей, логистические проблемы решают с помощью новых правил организации Северного завоза. В 2024 году аграрии региона планируют увеличить посевные площади зерновых более чем на 30% и задействовать под яровой сев 6,2 тыс. гектаров. В ЕАО площади полей останутся на уровне прошлого года и составят свыше 132 тыс. га.
Новые правила для иностранных компаний
При этом логистика посевного материала меняется. Отрасль селекции и семеноводства встала на путь импортозамещения, и все больше аграриев поддерживают отечественного производителя.
В обновленной доктрине о продовольственной безопасности РФ 2020 года указано, что не менее 75% посевных площадей в РФ должно быть занято сортами отечественной селекции, поясняет директор ФГБНУ «ФНЦ агробиотехнологий Дальнего Востока им. А.К. Чайки» Алексей Емельянов. Важнейшие изменения в федеральный закон о семеноводстве и новые правила локализации производства семян в России вступили в силу в 2023 году. Нововведения призваны снизить зависимость от западных поставщиков.
«Также и семеноводство должно быть размещено и развиваться на территории региона и страны в целом. Должна произойти локализация производства, даже если речь идет о сортах зарубежной селекции. И если какие-то иностранные компании хотят присутствовать на российском рынке, по новым правилам они обязаны разместить свое семеноводческое предприятие на территории РФ», — комментирует Алексей Емельянов.
То есть иностранцы не могут больше автономно работать в России. По новым правилам зарубежная компания должна создать семеноводческое хозяйство на Дальнем Востоке совместно с российским научным учреждением либо частной российской компанией. И доля российского совладельца в уставном капитале нового предприятия не может составлять меньше 51%. Вместе они будут вести селекцию, семеноводство, создавать конкурентные гибриды той же кукурузы и их реализовывать.
«Кто-то из иностранных компаний уже пошел по этому пути, кто-то отказался, потому что готов обеспечивать работой только селекционеров в своей стране. Но процесс запущен. Россия поставила условие, чтобы интеллектуальный продукт с высокой добавленной стоимостью оставался внутри страны и работал на российскую экономику. И если на Дальнем Востоке эти изменения пока не так ощущаются, в европейской части немецкие и другие компании уже организовали свои селекционные и семеноводческие центры, производят сорта и гибриды и называют их российскими», — комментирует Алексей Емельянов.
А что у нас российское
Несмотря на уход некоторых западных игроков Россия все еще работает с компаниями из Голландии, Германии и других стран, которые продолжают снабжать семенами российских аграриев, рассказывает Андрей Бронц.
«Фактически до 70% посевов кукурузы в Приморском крае — это иностранные гибриды производства Европы. Мы их завозим с запада России. Часть иностранных семян покупаем на юге, где зарубежные компании имеют свои семеноводческие предприятия», — уточняет министр.
В то же время работа по импортозамещению ведется. Например, в прошлом году Приморский край закладывал опыты посевов кукурузы, поставленных из семеноводческих хозяйств Кабардино-Балкарии. «Царица полей» в этом году займет 86 тыс. га посевных площадей региона. Из них порядка 27 тыс. засеют гибридами отечественного производства.
Благоприятная статистика — по зерновым. Среди таких культур, как ячмень, овес и пшеницам, более 80-90% посевных площадей занято сортами отечественной селекции, в том числе производства ФГБНУ «ФНЦ агробиотехнологий Дальнего Востока им. А.К. Чайки».
«Стратегической угрозы, что посевная не состоится, нет», — отмечает Алексей Емельянов.
Гречиха на 100% отечественная. В посевах сои на сорта отечественной селекции приходится 61% площадей, согласно данным Россельхознадзора за 2023 год. Как поясняют производители, соя — самоопыляемая культура, технология выращивания у нее проще, чем у кукурузы, поэтому не составит труда развернуть производство любых сортов в нужных объемах.
Что касается картофеля, 80% выращивается в личных подсобных хозяйствах населения; доля отечественного производителя на картофельных полях оценивается в 35-50%.
«Наше научное учреждение единственное на Дальнем Востоке сохранило всю научно-обоснованную систему семеноводства по схеме семеноводства картофеля на оздоровленной безвирусной основе. Весь процесс происходит здесь, в Приморье, и угрозы того, что посевная не состоится, нет. Можно говорить только о расширении ассортимента и улучшении специфических качественных показателей сортов», — комментирует Алексей Емельянов.
С рисом сложилась неоднозначная ситуация. В посевах риса лишь 30% — отечественного производства, а 70% — это так называемые несортовые посевы. Дело в том, что в Госреестр охраняемых селекционных достижений РФ по Дальнему Востоку допущены только российские сорта. "Несортовые" 70% — это семена, нелегально завезенные из-за рубежа, в основном, из Китая. Их могут ввозить в страну под видом товарной продукции, потом они попадают на поля, репродуцируются и распределяются между хозяйствами. Данный процесс не узаконен и мешает отечественной продукции выдерживать конкуренцию с большим стратегическим другом — Китаем.
Но самая непростая ситуация сложилась с кукурузой. В регионах Дальнего Востока посевы отечественных семян кукурузы составляют от 16 до 35%. И хотя доля российских гибридов растёт, есть объективные причины, усложняющие импортозамещение.
«Это культура наукоемкая и требующая значительных капиталовложений. как в научную работу, так и в семеноводство, — поясняет Алексей Емельянов. — Между тем российская наука выживала 30 лет и продолжает выживать. Финансирование у нее ниже, чем у фундаментальной науки, все эти годы наши сотрудники получают зарплату меньше, чем в других научных учреждениях».
Поддержать науку
До санкций на российском рынке семян кукурузы лидировала компания «Пионер» из США — трансатлантический гигант с миллиардным финансированием и большими научными подразделениями, где собраны лучшие селекционеры со всего мира.
«А теперь представьте маленькую лабораторию из трех женщин с мизерным финансированием, которые должны осуществить мировой прорыв и победить компанию "Пионер". Это все равно, что выпустить на ринг начинающего боксера в легкой весовой категории против чемпиона мира в тяжелом весе», — приводит пример Алексей Емельянов.
Андрей Бронц соглашается, что долгие годы в селекцию и семеноводство не вкладывали достаточно средств, и приоритетом было скорее количество опубликованных научных статей в зарубежных изданиях, а не количество местных сортов на полях сельхозпроизводителей.
«Сегодня ситуация начинает меняться. Приходит осознание, что науку должно содержать государство, и часть этих средств окупится, когда хозяйства будут выплачивать роялти создателю сорта. Не зарубежные компании будут пытаться заработать на нас, а местные научные институты будут работать для страны, появятся новые частные компании, которые займутся селекцией и семеноводством, потому что сегодня эти направления уходят в частный бизнес», — говорит Андрей Бронц.
По его словам, правительство Приморья ведет переговоры с китайскими инвесторами, которые планируют производить на территории региона гибриды кукурузы, а также семена риса и сои. Вести бизнес они готовятся уже по новым правилам локализации производства семян в России.
«Считаю, надо работать в параллели. Тянуться к лучшему, и использовать генетические достижения иностранных компаний», — акцентирует министр.
Собеседники соглашаются, что пока изменения в отрасли носят законодательный характер. Тогда как вопрос финансирования остается открытым и требует политической воли.
«Помимо нашего уссурийского Центра агробиотехнологий в Приморье, селекцией занимается подразделение в селе Суражевка Всероссийского научно-исследовательского института овощеводства. Сегодня его материальное положение очень тяжелое. Мы не раз просили Всероссийский институт обратить внимание на дальневосточную науку, так как у нее своя специфика, и она нуждается в особой поддержке. Но с 2019 года по всем обращениям движения нет», — говорит Андрей Бронц.
В целом эксперты считают, что дальневосточная аграрная наука остро нуждается в государственном участии. Такие учреждения, как Дальневосточный НИИ сельского хозяйства в Хабаровске, ФНЦ агробиотехнологий Дальнего Востока им. А.К. Чайки» в Уссурийске могут и должны стать площадками для научного прорыва.
Подойти рационально
Алексей Емельянов подчеркивает, что связанные с импортозамещением глобальные вызовы требуют четкого алгоритма действий. Во-первых, необходимо определить исходную точку — реальное положение дел в отрасли и обозначить пути решения поставленных задач. Во-вторых, соблюдать новый порядок локализации семян на территории РФ, прописанный постановлением правительства № 754.
По его словам, и частные, и государственные научные учреждения должны скооперироваться и выбрать площадку для широкого агроэкологического испытания кукурузы, чтобы принять решение, где организовывать семеноводство — на Дальнем Востоке или в регионе с более благоприятными природно-климатическими условиями.
«В России есть субъекты с кукурузно-калибровочными заводами, материально-технической базой и квалифицированными кадрами. Возможно, именно в таком регионе стоит заниматься семеноводством кукурузы. А здесь изучать гибриды и наблюдать за ними на постоянной основе. Хотя я не отрицаю возможности семеноводства на Дальнем Востоке, но это потребует существенных материальных затрат и в целом создания селекционно-семеноводческого комплекса по кукурузе», — комментирует Алексей Емельянов.
Подсадили на иглу
Со своей стороны, сельхозпроизводители ДФО отмечают успехи отечественной селекции и семеноводства. Член краевого экспортного совета при губернаторе Приморского края, директор ООО «Агрофонд-П» ведет животноводческое хозяйство в Находке и вот уже десять лет работает только с отечественными сортами кормовых культур.
«Считаю, что российская наука способна обеспечить качественными сортами такие хозяйства, как наше. Сою мы выбираем только приморской селекции Центра агротехнологий. Прекрасного качества высокобелковый сорт "Муссон", сорта "Приморская 81", "Приморская 86" отличаются повышенным содержанием протеина и дают хорошие урожаи. Закупаем ячмень сорта "Восточный" и кукурузу на зерно, семена Краснодарского кукурузо-калибровочного завода», — рассказывает Сергей Дудник.
Раньше хозяйство работало с компанией «Пионер», но шесть лет назад перешло на районированные сертифицированные сорта кукурузы кубанской селекции. Они дают урожай не меньше, чем продукция трансатлантической корпорации, при этом в два с лишним раза дешевле.
«Когда начинали работать с "Пионером", компания сначала предлагала самую низкую цену, но постепенно увеличила ее в разы. Нас подсадили на иглу, и абсолютно правильное решение, что сегодня мы уходим от этой зависимости — во всяком случае по сое, кукурузе и ячменю успехи большие», — рассказывает Сергей Дудник.
Собеседник говорит о силосной кукурузе. Направления использования этой культуры очень разнообразны, и в силосном отечественные производители, действительно, преуспели. Однако с экспортно-ориентированными сортами еще предстоит поработать.
Отметим, что в 2024 году на Дальнем Востоке посевы вырастут на 76 тыс. гектаров. Об этом ранее сообщал Минсельзхоз. Увеличатся площади под выращивание экспортных и кормовых культур, картофеля и овощей открытого грунта.
Уровень цифровизации агропромышленного комплекса России эксперты оценивают в примерно 27%. При этом опыт зарубежных стран, где этот показатель в два раза выше, показывает, что внедрение инновационных инструментов имеет большой потенциал. Так, в США применение информационных технологий в земледелии помогло повысить урожайность на 5–10% и уменьшить потребность в технике и инструментах на 15–20%. А использование цифровых двойников производственных процессов и цепочек поставок позволило компании Tyson Foods увеличить чистую прибыль на 5% и снизить потребление воды на 12%.
По оценке аналитиков агентства «Яков и Партнеры», к 2030 году цифровизация могла бы обеспечить прирост производительности труда в российском сельском хозяйстве на 15,6% (накопленным итогом), увеличить объемы производства на 3-%. в зависимости от типа предприятия, снизить себестоимость на 5-20%.
Систему автоматического доения «Вектор» купил при поддержке министерства сельского хозяйства Хабаровского края еще в 2021 году, но запуск то и дело откладывался — сначала из-за коронавируса, потом помешали санкций. Привезти голландских специалистов не получилось — нашли российских, отладили систему и вот, порядка 200 буренок теперь отдают молоко уже не в заботливые руки доярки, а искусственному интеллекту.
— Далеко не каждая доярка еще так вымя у коровы обмоет и помассирует, как наши роботы, — говорит Анастасия Ивонина, зоотехник сельхозпредприятия «Вектор». — Коровы с удовольствием подходят на дойку: во-первых, никто их не заставляет, здесь все добровольно. Они не привязаны, как другие буренки в коровнике, в этом помещении у нас свободный выгул. Едят сколько хотят, пьют вволю, и идут к роботу, когда им хочется подоиться — от 2 до 6 раз за день иногда. Средний удой с кровы — примерно 25 литров. Машина считывает данные с ошейника — все наши коровы занесены в систему, запускает животное и, если времени прошло достаточно, приступает к дойке. Информация с каждого соска подается на экран, тут же происходит анализ поступившего молока. Если в нем будет обнаружено превышение соматических клеток, значит, животное приболело. В этом случае молоко сливается в канализацию, система промывается. Таки образом мы исключаем попадание некачественного продукта в общую цистерну, чего, конечно, трудно избежать, если корова доится ручным способом.
Чтобы приучить коров отдавать молоко добровольно и с радостью, система выдает буренке порцию лакомства. Некоторые рогатые возвращаются за вкусненьким вновь и вновь, не нагуляв нужной порции молока. В этом случае робот выпроваживает хитрюг, а если те не спешат покидать зону дойки — слегка щекочет их током. Доходит даже до самых недалеких Зоек и Звёздочек
Плюсов от использования автоматизированной системы довольно много, говорит инженер предприятия Максим Гоманюк. Во-первых, роботы заменяют собой 4-х доярок, на фоне кадрового голода в сельхозотрасли это существенный плюс. Молодежь и старики уезжают из деревень в город, на селе работают немногие оставшиеся, но их с каждым годом все меньше. Вот и получается, что роботы не отнимают у людей работу, а компенсируют выбывающий персонал. Еще один плюс — повышение продуктивности животных на 20%. Как уверяют на предприятии — оттого, что жизнь у рогатых стала комфортнее.
— Вмешательство человека в личную жизнь коровы не очень-то приветствуется, — говорит Максим Гоманюк. — Они пугаются, стрессуют, в результате меньше молока. Здесь у нас даже система удаления навоза автоматизирована. Лишь зоотехник иногда появляется, смотрит, чтобы все было в порядке. А в основном мы следим за ними через камеры, фотоотчет скидывается на вотсап. Данные с роботов передаются на смартфон постоянно, можно в любой момент дня или ночи посмотреть — какая температура у животного, которое, например, вчера чувствовало себя не очень, сколько молока дала сегодня аутсайдер, и не пора ли ее заменить. Роботы работают 24/7, не нуждаются в отпуске и больничном.
Согласно инвестпроекту, который с 2021 года реализуют в Киинске при поддержке краевого минсельхоза, к 2025 в стойлах «Вектора» должно стоять не меньше 600 голов КРС. Но, похоже, что проект закроют досрочно – уже сегодня на предприятии 540 буренок, а отёлы не заканчиваются.
— Телят содержим отдельно, до 20 дней выпаиваем цельным молоком, от мамы, — продолжает Анастасия Ивонина, зоотехник. — Потом переводим на заменитель молока. Для этого подключили недавно немецкую поилку, которая, как у взрослых, считывает информацию с ошейника. 3 раза в день они получают примерно по 2 литра молока за раз. Постепенно дозу уменьшаем, чтобы через полтора месяца теленок смог питаться самостоятельно.
Корма для крупного рогатого скота заготавливают сами. На полях предприятия — а их площадь в этом году выросла до 4 тысяч гектаров за счет проведения мелиоративных работ — выращивают кукурузу на силос и зерно, пшеницу, сою, овес. «Вектор» в 2014 году пришел на смену КГУСП «Киинское». Это предприятие долго задерживало работникам заработную плату, позже обанкротилось. Руководство «Вектора» дало людям работу, стабильный доход, уверенность в завтрашнем дне, погасило задолженности предыдущего работодателя.
— У нас «Вектор» — это, считайте, градообразующее предприятие, — говорит Сергей Кожевников, глава Черняевского сельского поселения муниципального района им. Лазо Хабаровского края. — В нем сегодня работает около 30 человек из Киинска и Черняево. Когда ферму, можно сказать, возродили, подняли с колен — на селе стало лучше жить. Люди создают семьи, рожают детей, не боятся смотреть в будущее. Предприятие помогает нам зимой чистить дороги — есть грейдер прицепной, Сергей Николаевич Гоманюк никогда не отказывает в спонсорской помощи на мероприятия. Чтобы привлечь людей работать в деревню, надо расширять такое предприятие, открывать новые и строить жилье, потому что у нас молодежь в основном уезжает по вахтам, на месяц, на 2. Конечно, неплохо также бы было организовать здесь в районе Лазо туристическое направление, агротуризм развивать, у нас речка Кия прекрасная, люди даже на сплавы сюда приезжают. Просто внимание надо обратить на село.
Вкалывают роботы, но и человек
О проблеме с кадрами в крае знают. Пока новых специалистов по системе СПО поставляет Хорский агропромышленный техникум, но их явно недостаточно. Поэтому в ТОГУ с этого года откроется факультет, где будут обучать агрономов. А со следующего — и ветеринаров. Губернатор региона Михаил Дегтярев подчеркнул: будем растить своих профессионалов. Уже сегодня в Благовещенске по целевым договорам и под потребности местных фермеров учатся будущие ветврачи для сельхозотрасли Хабаровского края. По просьбам производителей региона с ректором ТОГУ проработают возможность ускоренных курсов, рассчитанных на 3-6 месяцев. Сегодня нет времени ждать 5 лет, когда из стен ВУЗа выйдет специалист, они нужны хозяйствам еще позавчера.
Позитивный эффект от работы животноводческого комплекса на жизнь села видят и в администрации муниципального района имени Лазо. Здесь созданы современные условия для работы молодёжи, в «Векторе» проведена большая работа по оцифровке полей и сельхозтехники, установлена система ГЛОНАСС, которая позволяет в режиме реального времени контролировать весь процесс: от вспашки земель до уборки урожая. Это привлекает выпускников Хорского техникума приходить на практику и оставаться работать на предприятии.
— Трудоустройство и стабильная зарплата, это, конечно, хорошо, — говорит Оксана Гуженкова, заместитель главы администрации муниципального района имени Лазо по экономическому развитию. — Но есть и другая сторона — это уровень комфортного проживания на селе. Привлекать молодежь работать в Киинске сложно, потому что там нет благоустроенного жилья, но мы над этим работаем совместно с администрацией поселения, района и руководством предприятия. Есть федеральная программа «Комплексное развитие сельских территорий», которая позволяет строить жилье на селе для привлечения специалистов. В этом году район впервые принял в ней участие, и мы уже приступаем к возведению двух домов в рабочем поселке Переяславка. Думаю, что Киинск на очереди в следующем году. Другой немаловажной проблемой является благоустройство — в селах практически нет асфальтированных дорог, тротуаров, красивых парковых зон. А людям ведь хочется не только хорошо зарабатывать, но и отдыхать. Но мы тоже над этим работаем. Черняевское сельское поселение, например, активно участвует в программе ТОС (территориальное общественное самоуправление). Благодаря выигранным грантам строятся детские площадки, ремонтируются дома культуры, на улицах появляется освещение. И это тоже помогает привлекать новые рабочие руки в село и тем самым способствовать решению кадрового вопроса и укреплению продовольственной безопасности региона.
Сейчас в «Векторе» строят телятник на 200 голов. Закончить планируют летом этого года. Тогда можно будет не только выращивать ремонтное поголовье для собственных нужд, но и предоставлять фермерам качественный племенной скот. За его приобретение, кстати, минсельхоз края выплачивает компенсацию – 75% от стоимости животного, а это примерно 150 тысяч рублей. Так зачем их отдавать в другие регионы, когда можно оставлять в крае? И тем самым увеличивать с каждым днем производство качественного местного цельного молока.