ЦБ: Экономика Дальнего Востока показала спад в стройке и рост цен на рыбу

Традиционная розница

На улицах дальневосточных городов появляется всё больше опустевших витрин, торговые центры теряют арендаторов, а знакомые с детства магазины уходят в историю.

«После восьми лет работы закрываем магазин «Эми» в Благовещенске. Новая налоговая система, рост расходов, давление маркетплейсов, общее напряжение в бизнесе – всё это постепенно привело к тому, что мы начали работать не на развитие, а просто на выживание», – сообщила владелица предприятия.

И таких примеров от Москвы до Владивостока не один десяток.

«В 2026 году стоимость аренды в нашем магазине поднялась на 10 процентов. Дороже теперь обходится электроэнергия. Поставщики подняли цены, так как НДС вырос с 20 до 22%. Увеличились расходы на доставку грузов. Кроме того, с 1 января услуги эквайринга облагаются НДС по ставке 22%. А ещё нас обязали установить на кассовые аппараты новые модули стоимостью 4 тысячи рублей для работы с системой маркировки «Честный знак», – рассказала владелица сети магазинов обуви Ирина Ерёменко из Приморья.

По словам предпринимателей, еще несколько лет назад традиционная розница чувствовала себя относительно неплохо. «Закручивание гаек» началось в 2021 году, с отменой единого налога на вменённый доход, который позволял платить налоги с площади. После того, как сотни тысяч предприятий вынуждены были перейти на упрощённую систему налогообложения, фискальная нагрузка для них выросла в 8-10 раз и более. Расходов добавило введение обязательной маркировки, начинавшееся с мехов и обуви, а в 2025 году затронувшее самые широкие группы товаров, включая одежду.

Повезло предпринимателям, для которых оставили патентную систему налогообложения (ПСН), но в 2026 году многие из них «слетели с патента», так как согласно новым лимитам, если сумма доходов за прошедший период оказалась выше 20 млн, налогоплательщик переходит на УСН или общую систему налогообложения (ОСНО). При этом новый лимит доходов для сохранения права на УСН не должен превышать 490,5 млн рублей, а стоимость основных средств – 218 млн рублей. Налог на добавленную стоимость (НДС) вырос до 22%, а порог для его уплаты снизился с 60 до 20 млн рублей доходов.

Но всё бы ничего, отмечают предприниматели, если бы не конкуренция со стороны маркетплейсов. В 2025 посетители торговых центров проводили там вдвое меньше времени, чем годом ранее – такой статикой поделился глава агентства недвижимости «Бизнес.Метры» Андрей Ткаченко. Из-за онлайн-конкуренции закрываются магазины и пустеют торговые площади.

Общепит

Закрываются и предприятия общепита. Бизнес-консультант, экс-управляющий сетью кафе «Пекарня Мишеля» Даниил Фомин рассказал о нелёгком положении рестораторов.

«Из-за роста НДС поставщики подняли цены до 15% в 2026 году, и это не предел. Соответственно, вырос и средний чек в заведениях, а это влияет на спрос, тем более что покупательская способность продолжает падать», – сообщил эксперт

Есть, по его словам, и другие расходы, связанные с изменениями законодательства. В частности, новым законом об обязательном переводе вывесок на русский язык, вступившим в силу с 1 марта 2026 года.

«Только чтобы согласовать одну вывеску, требуется от 25 до 100 тысяч рублей. А чтобы её изготовить, некоторые заведения платят сотни тысяч и больше в зависимости от масштабов работ. В итоге расходы могут исчисляться миллионами, если вывесок несколько. А ещё нужно привести в соответствие новому закону меню и другую типографскую продукцию. Это большая нагрузка не только на рестораторов, но и предприятия других отраслей», – рассказал Даниил Фомин.

В 2026 году во Владивостоке закрылся ресторан с многолетней историей «Японский городовой». Ранее закрыла точки сеть кафе Helsy. Ушёл в историю ресторан Big Budda. «Том-ямная Yay Thai», заходившая во Владивосток из Хабаровска, объявила о закрытии. В самом Хабаровске закрылся ресторан «MeetMeat», «Квартира Паши Кейзера», «Хинган». Сеть заведений «Фиши» перешла исключительно на формат работы с доставкой и самовывозом, закрыв обслуживание клиентов в кафе. Всего, по информации регионального минпромторга, в городе с начала 2025 года закрылась 31 точка общепита, правда, состоялось открытие 32 новых.

Гастропространству «Кооператив» во Владивостоке так и не удалось повторить опыт знаменитого московского «Депо», по образу которого его задумывали создатели из ресторанного холдинга «Сообщество». Во Владивостоке это было одно из самых громких закрытий 2025 года. Более того, межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №13 по Приморскому краю пытается признать банкротом ООО «Фудмаркет» (принадлежит владельцам «Кооператива»).

В «Сообществе» не комментируют судебный процесс, но по некоторым данным, компании могли доначислить налоги. На дальневосточном рынке подобных примеров немало. Так, сети ресторанов «Репаблик» (ООО «Инстрой») доначислили почти 100 млн налогов, заподозрив в действиях предприятия признаки дробления бизнеса. Сегодня ООО «Инстрой» продолжает судиться с налоговым органом.

Бьюти-индустрия

Закрываются и предприятия бьюти-индустрии. О проблемах отрасли в письме Президенту заявила «Ассоциация предприятий и профессионалов индустрии красоты».
«Индустрия красоты и бытовых услуг оказалась одной из самых пострадавших от налоговой реформы 2026 года. Речь идёт о росте налогов не на проценты. Речь идёт о росте налоговой нагрузки в 20–80 раз», – такими словами начинается обращение.

Ассоциация просит отменить НДС для отрасли или ввести обязательный переходный период на 3-5 лет. «Любое другое решение – это не экономика и не развитие. Это управляемый демонтаж нашей отрасли», – заявляют авторы письма.

Автоимпорт

Закрываются компании-импортёры автомобилей из стран АТР.

С 2024 года утилизационный сбор ежегодно растёт на 10–20% (постановление правительства от 13.09.2024 № 1255). После очередной индексации 1 января 2026 года ставки взлетели до полутора миллионов и более. Этот рынок, по словам его участников, держится на курсах валют, которые пока остаются благоприятными для рубля.

«Я закрыл компанию, так как в Корее на аукционах сейчас пусто, а цены выросли. Китайское направление после 1 января «упало» из-за утильсбора и новых ограничений. Если раньше можно было купить новый автомобиль, оформить его на китайского гражданина и вывезти в Россию как бывший в употреблении, с 1 января машина должна несколько месяцев стоять на стоянке в Китае. И хотя обходные пути вроде как есть, на мой взгляд, они сомнительные и просуществуют недолго. Япония остаётся, но масштабы уже не те», – поделился один из импортёров.

Сельское хозяйство

Непростые времена наступили для фермеров. Хозяйства закрываются одно за другим, рассказывают представители отрасли.

«Лично нам КФХ пришлось закрыть. Сократили персонал, оставили то количество животных, с которым можем справиться своими силами. К сожалению, так сейчас поступают многие. По моим наблюдениям, из небольших крестьянско-фермерских хозяйств выживают в основном те, кто ушёл в агротуризм. Возможно, это сейчас единственная более-менее перспективная ниша в нашем деле», – рассказала хозяйка КФХ «Дивноморье» Наталья Панарина из Приморья.

По её словам, главным ударом стал рост цен на корма. В 2025 году стоимость сена увеличилась в несколько раз из-за неурожаев и плохой погоды, которая уже не первый год мешала заготовкам. В результате рулон 350 кг подорожал с 500–700 рублей, до 3,5 тысяч. А чтобы пережить зиму, даже среднему хозяйству нужны десятки таких рулонов.

Вторая сложность – частые проверки контролирующих органов.

«Если решите пойти в этот бизнес, будьте готовы к частым проверкам. Налоговая служба требует идеальной отчётности, а кроме неё регулярно приезжают специалисты Роспотребнадзора, Россельхознадзора и ветеринары. Это постоянный стресс и дополнительные расходы», – перечисляет Наталья Панарина.

У фермеров, которые занимаются свиноводством, свои риски - например, вспышки африканской чумы свиней. Да и конкурировать с дешёвой китайской свининой почти невозможно – её завозят много, по ценам значительно ниже, чем у местных производителей. К тому же многие покупатели сегодня экономят и ищут самое доступное мясо в торговых сетях, не особо вникая в качество, отмечает Наталья Панарина. Спрос на фермерскую продукцию падает, а средний чек уменьшается.

Конкурировать с крупными российскими агрохолдингами тоже непросто. Себестоимость их товара ниже не только из-за объёмов производства, но и благодаря государственной поддержке, почти недоступной мелким хозяйствам.

В Приморском крае нашумело обращение староверов к председателю правления ПАО «Сбербанк» Герману Грефу. В 2021 году они переехали в регион по инициированной Владимиром Путиным программе переселения соотечественников, занялись сельским хозяйством и за это время распахали около 4 тысяч гектаров земли. В 2024 году затяжные дожди погубили урожай сои и не дали аграриям провести посевную. В 2025 году ситуацию усугубили неблагоприятная конъюнктура мирового рынка и продление экспортных пошлин на соевые бобы. В итоге сельхозпроизводители попали в финансовый капкан – они заявляют, что больше не могут обслуживать банковские кредиты под 30% и стоят на грани банкротства. В обращении к Герману Грефу староверы просят отсрочить выплаты задолженностей и снизить ставку по кредитам.

На данный момент нет информации об ответных мерах со стороны «Сбербанка».

Позиция бизнес-сообщества

Тема закрытия бизнеса в 2026 году действительно остаётся болезненной, отмечает председатель Приморской «Опоры России» Игорь Ветрюк.

«Мы видим, что часть предпринимателей вынуждена приостанавливать деятельность из-за совокупности факторов – роста себестоимости, снижения покупательской способности, нехватки квалифицированных кадров и сложностей с доступом к оборотному капиталу. Эти тенденции особенно заметны среди микропредприятий и индивидуальных предпринимателей в сфере розничной торговли, услуг и общепита», – прокомментировал агентству глава региональной организации.

По его словам, если говорить в целом о бизнес-климате, предпринимательское сообщество сохраняет умеренно сдержанный оптимизм.

«Да, давление на бизнес в 2025–2026 годах усилилось, но при этом усиливается и взаимодействие с региональными органами власти. Мы видим заинтересованность в практическом диалоге, обсуждении проблемных вопросов и поиске решений», – рассказал собеседник.

Что касается уязвимых сфер, то согласно данным «Опоры России», помимо розницы и общественного питания под давлением находятся транспортно-логистические компании, малое производство и сфера бытовых услуг. В этих направлениях бизнеса снижается маржинальность, а расходы на сырьё, материалы и сервисы растут.

Игорь Ветрюк подчёркивает, что отдельное внимание сегодня уделяется мерам поддержки. На уровне региона обсуждаются возможности расширения грантовых программ и субсидий для малого и среднего бизнеса, а также продвижение инициатив по снижению ставок по займам институтов развития. В «Опоре» заявляют, что особенно важно сохранять действующие льготы по налоговым режимам и развивать программы поддержки локальных торговых сетей, чтобы предотвратить вытеснение малых предпринимателей крупными игроками.

«Позиция «Опоры России» в Приморском крае проста – ключ к стабилизации ситуации в партнёрстве и постоянной обратной связи между властью и предпринимательским сообществом. Мы видим задачу не только в преодолении текущих трудностей, но и в создании условий для перезапуска предпринимательских инициатив: наставничество, цифровизация, и обучение – то, что сегодня реально помогает бизнесу выживать и развиваться», – прокомментировал Игорь Ветрюк.

Статистика

И здесь возникает вопрос о том, насколько приведённые примеры релевантны официальной статистике. Цифры на сайте ФНС, на первый взгляд, выглядят неплохо – как в масштабах отдельных субъектов, так и всего Дальневосточного федерального округа.

По данным на март 2026 года, в реестре субъектов малого и среднего предпринимательства ДФО числятся 112 425 юридических лиц с количеством работников 503 614. Из них 10 043 юрлиц имеют признаки вновь созданных.

Индивидуальных предпринимателей – 235 723. За ними числится 161 825 рабочих мест. Признаки вновь созданных имеют 58 616 ИП.

В марте 2025 года цифры были другие – 114 057 юрлиц (518 425 рабочих мест, 11 120 юрлиц имеют признаки вновь созданных). И 220 304 индивидуальных предпринимателей (162 187 рабочих мест, 54 128 имеют признаки вновь созданных).

На первый взгляд, статистика выглядит неплохо. Выросло количество индивидуальных предпринимателей. Но детальный анализ выявляет тревожные сигналы.

Данные за год демонстрируют явные признаки одновременного сокращения рабочих мест и структурного сдвига (дробления) бизнеса в сторону более мелких форм. Общая занятость в МСП ДФО снизилась, при этом количество индивидуальных предпринимателей значительно выросло, а количество юридических лиц уменьшилось. За год сектор МСП ДФО потерял более 15 тысяч рабочих мест (-2.23%).

Причём из статистики ФНС следует, что одна из самых сложных ситуаций – в Приморском крае. Там общая численность работников в юрлицах упала на 3 537 человек. Это может говорить о сокращении штатов, оптимизации или закрытии именно тех компаний, которые давали больше рабочих мест.

Коэффициент обновления (количество новых к общему числу) у ИП Приморья колоссальный – 22.6%, у юрлиц – 7.8%. Это признак высокой динамики, поиска ниш, а также, возможно, высокой степени неудач в первые годы работы.

Коллапса нет?

При этом на данный момент статистика не показывает критической ситуации, отмечают эксперты. Это подтверждает и экономический мониторинг регионов, согласно которому спад по отдельным отраслям составил не более 2-3% в 2025 году.

Бизнес-консультант и бизнес-брокер Евгений Дроздовский акцентирует, что деловая активность остаётся достаточно высокой. Это подтверждает и индекс интереса к готовому бизнесу в регионе. Cогласно статистике «Яндекса», в ряде субъектов ДФО он составил около 150% в марте 2026 года.

Лидеры рынка открывают новые точки. Активно развиваются региональные франшизы. В 2026 году предприятия региона объявили о запуске Дальневосточной ассоциации франчайзинга, что подтверждает интерес к этой теме.

Но игроки без достаточного уровня компетенций или не имеющие высокого запаса прочности сворачивают свои предприятия.

И отдельная тема – глубокая структурная перестройка всего рынка, когда электронная коммерция определяет правила игры, цепочки создания стоимости и саму природу потребления. Всё это переход в новый, более зрелый и комплексный цикл, считают эксперты. А те, кто не находит себя в новых реалиях, закрывают предприятия.

Не только малый бизнес

Новые тренды затронули и более крупные компании, в том числе и лидеров рынка — они сворачивают мощности под влиянием цифровой революции. Так, в 2026 году «М.Видео-Эльдорадо» продолжает масштабную оптимизацию. Ритейл-гигант закрывает убыточные точки для снижения долговой нагрузки и увеличения онлайн-продаж.

Приморская сеть магазинов электроники и бытовой техники «Домотехника» свернула деятельность в регионах экспансии и сократила количество торговых точек в Приморском крае. Ранее проходила информация о полной ликвидации. Но по данным агентства, владельцы сети активно ищут новые форматы.

В то же время есть проблемы бизнеса, связанные с ростом налоговой нагрузки и госрегулированием. Эти вопросы, считают в деловом сообществе, требуют государственного участия, потому что необходимость цифровой трансформации, внешние форс-мажоры и усиление фискального и регуляторного давления создают условия «идеального шторма», опасного для целого ряда отраслей. Предприниматели и эксперты указывают на необходимость не разовых мер, а системного диалога и совместной разработки решений с госорганами, институтами развития, банками и контролирующими органами.

Арюна запустила свой бизнес в 30 лет, восемь лет назад. Финансовую помощь оказали родители, у которых также есть собственное дело. Этно-маркет расположен прямо в центре города – в нескольких метрах от центральной площади в Улан-Удэ. Бизнес-идея пришла предпринимателю, когда она жила и работала в Москве. За это время девушка успела закончить Финансовый университет при Правительстве РФ, получить учёную степень и поработать в Администрации Президента РФ.

— Я ходила по коридорам власти, наблюдала за людьми, которые работают там десятилетиями и спрашивала себя: «Хочу ли я быть похожей на них?» и решила, что такая профессия мне не очень близка. Хотелось создать свою систему, в которой всё сделаю по-своему. Несмотря на то, что я стала кандидатом экономических наук, поступила на журфак в МГУ, и там во мне открылась творческая жилка. Начала сочинять стихи, фотографировала, писала статьи и уже не могла остановиться.

После ухода с госслужбы Арюна отправилась путешествовать за границу. Спустя два месяца, собравшись с мыслями, будущий предприниматель вернулась в Москву, где организовывала встречи с творческими людьми и проводила мастер-классы. Однако такой формат её не устраивал, поскольку каждую встречу приходилось создавать с нуля.

— За границей меня все спрашивали: «Ты китаянка?», тогда меня это очень задевало, и я им на пальцах объясняла, кто мы такие. Я хотела, чтобы у меня была футболка на которой будет надпись «Я из Бурятии», ну или что-то в этом роде. Полученный опыт в Москве помог мне осознать, что мне нравится общаться с творческими людьми, нравятся вещи ручной работы. Мне хотелось, чтобы атмосфера праздника была ежедневной. Тогда я начала думать о таком помещении, где мастера могли бы презентовать свои товары. Прописала в блокноте все бизнес-процессы, которые могла предугадать в тот момент. Приехав в Бурятию, уже знала, к кому обратиться, чтобы запустить собственное дело.

На открытие бизнеса Арюне потребовалось около полугода. Немало усилий было приложено к названию будущего бренда, ведь как корабль назовёшь, так он и поплывёт. Хотелось, чтобы оно было короткое, громкое и легко запоминалось. Перебрав множество вариантов, выбор пал на ZAM, что в переводе с бурятского языка означает — «Путь».

— Мы совместно с преподавателями языковой кафедры и учёными составили список из бурятских слов. Очень долго мучились, исписали четыре А4 листа с двух сторон. Потом, когда уже надо заказывать вывеску, спросила себя, какие магазины я вообще знаю? Ну «ГУМ» и «ЦУМ». Вот, должно быть такое же и увидела в словаре «Зам». Смысл проекта – помогать мастерам на их творческом пути, предоставить им место, куда они могут приносить свои работы, а также подчёркивать ценность их труда. Для меня это очень важно, потому что каждый человек проходит свой жизненный путь.

А вот с подбором персонала вышло чуть попроще. В этно-маркет приходили волонтёры, которым нравилась идея магазина и помогали Арюне справляться с поставленными задачами. Вскоре эти люди стали первыми сотрудниками уникального проекта. Прибыль магазину приносит комиссия, взымаемая с мастеров, за проданные товары и реализация собственного ассортимента.

— Спустя время в Улан-Удэ после нас открылись и другие этно-маркеты, а это именно то, чего мы хотели. Каждый день появляются новые мастера — они уходят с нелюбимой работы и зарабатывают на своём хобби. Это значит, что у нас получилось запустить ту самую «волну», которая с подвигла мастеров и модельеров получать со своего любимого дела доход. Это большое благо для меня.

2020-й год стал для этно-маркета настоящей проверкой на прочность. Из-за пандемии коронавируса магазин пришлось закрыть. ZAM перестал приносить доход, а соответственно платить зарплату сотрудникам было нечем. Однако коллеги не стали увольняться, а наоборот всячески поддерживали идейного вдохновителя. Так, им пришла идея развозить персональные заказы по адресам. Также магазин вошёл в список пострадавших от ковида и получил возможность платить налоги по льготной ставке.

— Помню эту планёрку. Мы сели на подоконниках, я говорю своей команде: «Ребят, доходов нет, но зарплату вам я платить должна. У нас остались запасы, но потом их не станет. Если вы уволитесь, я всё пойму и не стану вас удерживать». Моя команда сказала, что останутся со мной и продолжат работать. Ребята ездили и доставляли интернет-заказы. Меня тогда это очень тронуло.

Арюна признается, что в силу своего характера, управление бизнесом долгое время давалось ей тяжело. Будучи руководителем, она чувствовала неуверенность в себе, стеснялась уточнять непонятные моменты у подчинённых, «терялась» в бюрократическом поле. Однако со временем ей удалось подавить психологическую нагрузку.

— Я не чувствовала себя хозяйкой бизнеса. Как будто я отвечала только за внешнюю сторону: пошуметь, раскрутить проект, привлечь клиентов, создать пиар в информационном поле. А внутренняя сторона бизнеса лежала на плечах менеджеров и бухгалтеров. Долгое время у меня было такое состояние, что я не имею прав на ZAM, поскольку деньги на развитие бизнеса дали мои родители, а я ничего не сделала. Сейчас я чувствую, что это мой бизнес и могу на него влиять.

В 2016 году ZAM запустили отдельный проект «Лекторий ZAM». Он представлял собой отдельный зал в котором проводились лекции по буддийской философии, семинары и мастер-классы. Каждый мог прийти туда со своей творческой идеей и поделиться ей с окружающими. Некоторые мероприятия проводились на платной основе. Спустя четыре года проект прекратил своё существование из-за низкой рентабельности.

— Творческое пространство «ZAM» было продолжением моих московских фестивалей. В основном там проводились лекции и мастер-классы. Это было хорошее наивное время, но спустя несколько лет, проект приносил только минусы, нескончаемый поток мороки. Поэтому его решили закрыть.

Ежедневно этно-маркет ZAM посещают от 100 до 300 человек в день. Средний возраст посетителей от 30 лет и выше. Однако средний возраст, заказывающих товары через социальные сети, варьируется в районе 18-35 лет. Доставка осуществляется в любую точку мира.

В планах у ZAM систематизировать работу этно-маркета и создать собственный интернет-магазин.

— Михаил Евгеньевич, когда звучит формулировка «новый промышленно-транспортный каркас», у людей закономерно возникает скепсис: Транссиб, БАМ, порты и ресурсные базы строились десятилетиями. Что принципиально нового вкладывается в это понятие сегодня? Старый каркас не работал или его не было?

— Речь идет о регионе с огромными территориями. В сравнении с Центральной Россией или Центральным Китаем плотность инфраструктуры и промышленного освоения здесь гораздо ниже. Мы не говорим, что каркаса — хребта, в понимании обывателя, — не было. Он есть. Но хотелось бы, чтобы на этом хребте нарастало «мясо», чтобы появилась действительно плотная транспортная и промышленная инфраструктура.

Транссиб, БАМ, порты Арктики и Дальнего Востока — это действительно каркас, который формировался многие десятилетия. Никто не ставит под сомнение его значение. При этом мы сейчас говорим об усилении кооперации предприятий, о повышении производительности труда на принципиально новом технологическом уровне, о создании высокотехнологичных производств, которые позволяют развивать цепочки создания стоимости в России и занимать новые ниши на мировом и отечественном рынках. То есть перед нами стоит задача объединить транспортный каркас с производственными центрами, масштабировав практику развития минерально-сырьевых центров.

Здесь мы говорим, например, о производстве продуктов питания в регионе. Это характерный пример приземления экономического роста на территории Дальнего Востока. Но речь ведь не только о продовольствии. Металлоконструкции выгоднее делать на месте. Производство строительных материалов — на Дальнем Востоке традиционный дефицит, особенно с учетом развернувшихся строек, и материалы приходится завозить с дополнительными транспортными издержками.

Поэтому первая составляющая — стимулирование местного экономического роста. Вторая — принципиально иное качество экономики и промышленного развития, связанное с глубокой переработкой: от добычи твердых полезных ископаемых, например, меди, до химической промышленности и других секторов.

Если посмотреть на транспортную часть — появилась частная Тихоокеанская железная дорога. В стратегию заложены магистрали вроде Нижний Бестях — Магадан, развиваются приморские проекты для расширения взаимодействия с Китаем — «Приморье-1» и «Приморье-2». Они формируют принципиально другой уровень связанности региона, открывают новые направления и стимулируют появление производств.

Новый каркас опирается на фундамент, созданный ранее, но кардинально отличается по составу производств и географии маршрутов. Сюда же относится трансарктический транспортный коридор. Раньше говорили «Севморпуть», потом «Большой Севморпуть», но идея шире северного завоза и вывоза сырья. Речь идет о глобальном транзитном коридоре. Сначала его раскачивает российская добыча, а затем подключаются зарубежные партнеры, проявляющие предметный интерес: китайские компании работают на маршруте уже четыре года, корейские рассчитывают к 2030 году выйти на многомиллионные объемы перевозок. Когда в дополнение к БАМу и Транссибу заработает регулярный морской коридор с международным транзитом, транспортная система получит совершенно другое качество.

— Логистику на восточном направлении серьезно лихорадит: провозная способность магистралей отстает от портовых мощностей, уголь конкурирует с контейнерами. Не приведет ли запуск новых веток вроде Тихоокеанской железной дороги к тому, что расшивка одного «бутылочного горлышка» просто перенесет затор в другое место?

— Я не вижу здесь неразрешимой проблемы — ни с экономической, ни с инфраструктурной точки зрения.

Во-первых, уже сегодня реализуются схемы с обратной загрузкой: в восточном направлении везут уголь, а в обратном — контейнеры, в том числе с использованием специализированных полувагонов.

Во-вторых, диспропорции грузопотоков — нормальная мировая практика, а не сугубо дальневосточная специфика. Та же торговля по линии Китай — Европа крайне разбалансирована: гигантский объем товаров идет из Азии, обратно — несоизмеримо меньше, и операторам приходится гонять порожний подвижной состав. С восстановлением полноценного международного транзита объемы обратной загрузки будут нарастать. Нынешние сложности носят временный характер.

— Декларируется, что инфраструктура строится ради развития собственной переработки. Но какие секторы способны производить конкурентоспособную продукцию на Дальнем Востоке без вечных преференций ТОР и бюджетных субсидий?

— Еще раз уточню, что стимулирует переработку внутри региона синергия промышленности и инфраструктуры, которая снижает операционные издержки, а близость к портам и рынкам АТР оптимизирует логистические издержки. Преференциальные режимы, комплексные меры государственной поддержки — это не «костыли», это стратегический инвестиционный инструмент. Его главная цель — не субсидировать убыточность на всем жизненном цикле проекта, а стимулировать запуск новых производств. То есть такие меры компенсируют стартовый макроэкономический барьер.

И вот здесь мы подходим к главному — эффектам от преференций. Это стимулирование инвестиционного спроса и формирование экономической отдачи на эксплуатационной стадии. После того как налоговые каникулы заканчиваются, а предприятие выходит на полную мощность, включается эффект мультипликатора, который и обеспечивает экономическую устойчивость и бюджетную стабильность. Например, газохимический кластер или металлургический завод никогда не работает в вакууме. Ему нужны сервисные компании, логистические хабы, IT-сектор, строительные подряды. Вокруг одного крупного предприятия, запущенного благодаря преференциям, вырастает пояс из малых и средних предприятий (МСП).

Мы детально просчитывали газохимию: этот бизнес здесь очень эффективен. Складывается короткое логистическое плечо доставки готовой продукции до рынков сбыта, отличная себестоимость за счет собственной сырьевой базы и доступа к электроэнергии, как в Амурской области. Главное — сохранять эти базовые факторы производства конкурентоспособными. Тарифы на электроэнергию не должны резко расти, запас ценового преимущества необходимо сохранять.

Следующее направление — специализированное сельское хозяйство с глубокой переработкой, в первую очередь — это соя. В Амурской области скоро заработает проект, нацеленный на переработку более миллиона тонн в год.

Еще один сектор — IT. На Дальнем Востоке он пока не масштабен, но мобилен и не имеет жестких физических ограничений при наличии глубокой специализации. В макрорегионе есть команды и компании, которые успешно работали и встраивались в рынки Китая и Японии. Якутия делает большую ставку на креативные индустрии и технологии, и эта модель доказала состоятельность.

Далее — наши ресурсные гиганты: Баимское месторождение, Малмыж и весь блок твердых полезных ископаемых. По всему миру взрывными темпами строятся центры обработки данных, которым требуются огромные объемы меди и сопутствующих металлов хорошего качества. Когда медь на мировом рынке подскакивает в цене в разы, уход в следующий передел рентабелен сам по себе и не требует искусственных мер господдержки.

Единого рецепта для всего макрорегиона не будет: субъекты слишком разные. В каждом регионе должен сложиться собственный конкурентоспособный торгуемый сектор — производящий продукцию с высокой добавленной стоимостью на внешний рынок, будь то регионы России или зарубежные страны. Когда доля такой диверсифицированной торгуемой экономики превысит 30–50%, можно будет говорить об устойчивом региональном развитии. Тот же Сахалин пока остается выраженным монорегионом, но и пытаться выпускать все подряд — от стиральных машин до сложной техники — бессмысленно. Необходима концентрация на отраслях, оправданных структурой занятости.

— Развитие энергоемких производств и расширение железных дорог упираются в энергодефицит. Атомные станции в Приморье и Хабаровском крае появятся ближе к рубежу 2030–2040-х годов. Как математическая модель балансирует энергосистему в этот промежуток, и не остановит ли нехватка мощностей запуск производств?

— Дефицита, который парализует развитие, произойти не должно — для предотвращения подобных перекосов и применяется планирование.

Не нужно сводить весь баланс исключительно к атомной генерации. В Генеральной схеме заложена достаточная диверсификация по видам источников энергии. Стоит четкая задача — ликвидировать дефицит мощности к началу 2030-х годов, и это не означает ожидания исключительно крупных атомных блоков сороковых годов. Атомная генерация займет свое место там, где она просчитана и экономически эффективна.

У Востокгосплана есть детальная расчетная модель по регионам, оценивающая прирост спроса на электроэнергию. Мы сопоставляем пообъектные графики: смотрим динамику потребности конкретных строящихся предприятий и синхронизируем с ними планы по вводу генерирующих и электросетевых мощностей.

— И еще немного про цифровые модели: Востокгосплан запустил систему мониторинга северного завоза. Что показала реальная практика прохождения грузов по речным и арктическим маршрутам: где вскрылись главные скрытые издержки и удается ли за счет прозрачности сбивать логистическую наценку для северян?

— Моделирование, которое мы провели, вскрыло узкие места, о которых раньше только догадывались. Оно позволило рассчитать потребность в речных и морских судах, чтобы оптимизировать завоз, и сформировать задачи по строительству транспортно-логистических центров. Сейчас как раз ведем расчеты по Чукотскому АО — это прямо «в работе». И чем глубже погружаемся, тем яснее видим, что самый сложный вопрос — не «как довезти», а «что именно везти и для кого».

Завезти в поселок тонну курятины или три тонны картошки со свеклой технически не проблема. Проблема в том, что людям нужен ассортимент, а не складские излишки. А когда каждый километр доставки стоит дорого, а возможности «вернуть нераспроданное» фактически нет, номенклатура становится критическим вызовом. Мы сейчас как раз пытаемся решить эту задачу — уйти от валового завоза «чего много» к адресному завозу «того, что реально нужно».

Что касается логистической наценки, то она стала прозрачной. Мы уже четко видим, где цена того или иного звена цепочки превышает расчетные параметры. И здесь есть большой соблазн ударить административными методами: зарегулировать, ограничить, принудить. Но такой подход убьет бизнес, а с ним — и саму возможность конкуренции. Мы предпочитаем рыночное регулирование. Пока есть варианты снижать цены через конкуренцию, будем моделировать и работать над этим.

Вот живой пример: явно завышены цены на погрузочно-разгрузочные работы и автомобильные перевозки внутри отдаленных районов. Причина — дефицит кадров и дефицит техники, «сложившаяся исторически монополия». Очевидно, что надо наращивать объем предложения — увеличить число участников рынка, предлагающих данные услуги. Но как обеспечить равномерную загрузку мощностей, если сам завоз укладывается в 3–4 месяца? Остальные 8–9 месяцев все эти производственные мощности будут простаивать?

Значит, нужно думать, чем их загрузить в межнавигационный период. Один из вариантов — делать завоз круглогодичным. Другой — развивать местные производства, чтобы создать постоянный спрос на внутрирегиональные перевозки.

— Любой каркас требует кадров: водить поезда, работать на фабриках, строить энергообъекты. Учитывает ли модель человеческий ресурс? На кого делается расчет — на вахту или удержание постоянного населения?

— Обеспеченность кадрами мы тоже рассчитываем. В расчеты изначально закладывается рост региональной экономики и производительности труда. Рассчитывать, что человек механически станет работать и зарабатывать в два-три раза больше, нельзя. Нормальный темп роста производительности для экономики — 2–3% в год. Мы закладываем амбициозный ориентир: прирост производительности на 30–50% к 2035 году.

Основа — фондовооруженность предприятий. Сейчас она на Дальнем Востоке остается невысокой, поэтому роботизация и комплексная автоматизация — ключевые приоритеты стратегии. Рассчитывать на резкое увеличение численности постоянного населения не приходится. Будет сохраняться вахтенный подход, будут привлекаться специалисты, но критически важно форсировать производительность труда. Только тогда темпы роста экономики позволят генерировать средства на благоустройство и развитие дальневосточных городов.

Посмотрите на резидентов преференциальных режимов КРДВ: заработная плата там в среднем не меньше чем на 20% выше среднерегиональной. Это следствие перехода на современное оборудование и создания высокотехнологичных рабочих мест с высокой выработкой на человека. Инвестиции в технологии естественным образом толкают производительность вверх за счет современного оборудования на предприятиях. Кроме того, в стратегию заложены механизмы умной трудовой миграции.

— Если подвести итог: что объединяет все эти элементы в единую систему?

— Мы говорим о новом каркасе, потому что меняются само качество и внутренняя структура дальневосточной экономики. Это не изолированные стройки, а единая система: прокладка новых транспортных маршрутов синхронизируется с вводом энергетических мощностей, повышением производительности труда за счет технологий, умной миграцией и развитием социальной инфраструктуры в тех точках, где появляются современные производства и реальные экономические перспективы.

Ответ выглядит достаточно очевидным. Чем устойчивее и предсказуемее складываются отношения между Пекином и Вашингтоном, тем ниже уровень глобальной турбулентности, тем стабильнее международная торговля и тем более широкие возможности для развития получают территории востока России.

Как отмечало агентство Reuters, переговоры прошли под знаком поиска стабильности, несмотря на сохранение серьезных разногласий между сторонами. По оценке издания, лидеры стремились продемонстрировать готовность к «управляемой конкуренции» и сохранить достигнутое ранее торговое перемирие.

Главный практический результат трехдневного вашингтонского саммита между председателем КНР Си Цзиньпином и президентом США Дональдом Трампом — это осознанный выбор в пользу управляемой конкуренции, разрядки и снижения международной напряженности. Стороны предпочли заморозить наиболее острые противоречия и перевести диалог в конструктивное русло. Именно эта формула сегодня представляет особый практический интерес для российского Дальнего Востока.

Практические итоги переговоров

Перескажем конкретные результаты встречи лидеров двух государств, формирующие предсказуемый и устойчивый экономический ландшафт:

• Торговое перемирие: достигнуто соглашение о продлении временного экономического перемирия еще на два месяца — до 10 января 2027 года. Это дает необходимый запас времени для дальнейшей детальной проработки долгосрочных договоренностей.
• Снижение тарифных барьеров: стороны согласовали взаимное сокращение таможенных пошлин на общую сумму 30 млрд долларов.
• Постоянный торговый совет: учрежден регулярно действующий механизм двусторонних консультаций для оперативного решения возникающих экономических вопросов.
• Безопасность и искусственный интеллект: запущен специальный канал диалога по искусственному интеллекту («суперинтеллекту») с организацией прямой линии связи («горячей линии»).
• Военные контакты: подтверждено намерение подписать меморандум о взаимопонимании между вооруженными силами для предотвращения внештатных и кризисных ситуаций.
• Дипломатические символы: официально подтверждена отправка двух гигантских панд в зоопарк Атланты в рамках продолжения традиционной «панда-дипломатии».
• Предстоящий график: согласовано продолжение встреч на высшем уровне — в ноябре на саммите АТЭС в Шэньчжэне и в декабре на саммите G20 в Майами.

Институционализация диалога: от игры с нулевой суммой к «Хэ эр бу тун»

Для объективного наблюдателя важным аспектом саммита стала теплая и воодушевленная атмосфера на улицах американской столицы. Тысячи представителей китайской диаспоры и граждан КНР с национальными флагами искренне встречали лидера своей страны. Это наглядно продемонстрировало высокую сплоченность китайского общества и широкую поддержку курса на «Великое возрождение китайской нации».

Символично, что позиция, озвученная Си Цзиньпином в ходе визита, получила широкий резонанс как в международной, так и в китайской прессе. Газета Global Times прямо отметила, что развитие сотрудничества между Китаем и США отвечает интересам не только двух государств, но и мировой стабильности в целом.

Глубокий философский подтекст встрече придала программная позиция председателя Си Цзиньпина, подчеркнувшего, что «Китай и США должны быть партнерами, а не соперниками». «Великое возрождение китайской нации» и стремление «Сделать Америку снова великой» (MAGA) способны гармонично сосуществовать и дополнять друг друга на благо всего мира. В рамках концепции «Хэ эр бу тун» (和而不同) — «гармония без единообразия» — китайская дипломатическая школа последовательно демонстрирует, что «Великое возрождение китайской нации» и американские внутренние приоритеты вовсе не являются взаимоисключающими векторами.

Неслучайно китайские официальные источники и выступления Си Цзиньпина на международных площадках регулярно подчеркивают, что человечество имеет общую судьбу, а выигрыш одной страны вовсе не означает проигрыш другой. В выступлениях на площадках АТЭС такой подход напрямую связывается с принципами взаимной выгоды, многосторонности и экономической открытости.

Для Пекина это означает уверенный выход из логики игры с нулевой суммой: Китай фокусируется на внутреннем созидании, технологическом суверенитете и повышении благосостояния граждан, предлагая миру модель равноправного партнерства. Для мирового рынка этот сигнал означает заметное снижение волатильности. Для дальневосточных регионов России это далеко не второстепенная тема — это прямой переход от рисков к предсказуемости. Любой новый виток торговой войны крупнейших экономик автоматически отражается на стоимости перевозок, объемах инвестиций, валютных рынках и экспортных возможностях.

Экзистенциальный интерес Дальнего Востока: три фактора стабильности

Для Забайкальского края, Приамурья, Хабаровского края и Приморья устойчивость китайско-американских отношений имеет не абстрактное, а сугубо прикладное значение. Выступая главными логистическими и ресурсными воротами взаимодействия с КНР, регионы ДФО получают три критически важных дивиденда:

1. Транзитный суверенитет и безопасность цепочек поставок. Снижение геополитической напряженности в Азиатско-Тихоокеанском регионе гарантирует бесперебойную работу морских портов и сухопутных хабов (таких как ключевой узел Забайкальск — Маньчжоули). Предсказуемость мировой торговли означает отсутствие резких скачков страховых ставок и тарифов, что позволяет логистическим операторам планировать долгосрочные инвестиции в инфраструктуру.
2. Финансовая стабильность и юаневая ликвидность. Экономика Дальнего Востока глубоко интегрирована в юаневую зону: от расчетов в территориях опережающего развития (ТОР) до финансирования трансграничных мостов и модернизации Восточного полигона. Уверенный курс Пекина на переговорах с США надежно удерживает курс юаня от спекулятивной волатильности, защищая дальневосточный бизнес от валютных шоков и обеспечивая стабильность трансграничных расчетов.
3. Ускорение стратегии «открытия на север» (向北开放). Сняв часть внешнего давления на южном и восточном морских направлениях, Пекин получает ресурсный и политический маневр для форсированного развития северного сухопутного вектора. Именно поэтому в Маньчжоули и Хулун-Буире ускоряется строительство зоны свободной торговли, внедряются «умные» пункты пропуска (智慧口岸) и создаются академические хабы. Уверенный в своих глобальных позициях Китай не сворачивает, а масштабирует интеграцию со своими надежными соседями.

Зеленая трансформация и аграрный потенциал: новые горизонты

В условиях мирного и предсказуемого сценария развития особое значение приобретают продовольственная безопасность и экологическая повестка. Китай, последовательно реализуя стратегию «зеленые горы и изумрудные воды» (绿水青山就是金山银山), формирует колоссальный внутренний спрос на экологически чистую продукцию без ГМО.

Для Забайкалья и ДФО это открывает стратегическое окно возможностей:

• Возврат земель в оборот: освоение миллионов гектаров пашни на основе строгого соблюдения экологических стандартов.
• Научный севооборот: чередование зерновых культур и сои для полного восстановления и сохранения почв.
• Локализация добавленной стоимости: ключевая задача заключается не просто в экспорте сырья, а в строительстве на местах маслоэкстракционных заводов и элеваторных комплексов. Это позволит создать высокооплачиваемые рабочие места в сельских районах и гарантировать Китаю надежные поставки качественного продовольствия в рамках концепции «двойной циркуляции» (双循环).

Петрович подмечает:

Вашингтонский саммит подтвердил статус Китая как равной и уверенной в себе мировой державы. Надежный партнер ценит надежность в ответ. Наша задача — не гадать о глобальных геополитических разворотах, а синхронизировать инфраструктурные, цифровые и таможенные стандарты нашего приграничья с китайскими. Создавая прочный, технологичный и экологичный мост совместного развития, мы превращаем Дальний Восток и Забайкалье из периферии в главный центр тяжести евразийского процветания.

中文摘要 / 核心要点

· 中美华盛顿会晤定调全球稳定与“管控竞争”： 2026年9月，中美两国元首举行会晤，双方选择“管控分歧、缓和紧张”，达成延长贸易休战及建立常态化沟通机制等务实成果。中方秉持“和而不同”理念，展现了作为自信、负责任大国的全球治理智慧。

· 远东地区的直接红利与“向北开放”加速： 全球地缘政治的缓和与中美经贸关系的稳定，为俄罗斯远东及外贝加尔边疆区带来直接利好：保障海陆物流通道安全、稳定人民币结算体系。同时，中方得以加速推进“向北开放”战略及满洲里自贸片区建设，深化跨境产业链合作。

· 农业合作与绿色发展的新机遇： 在和平稳定的外部环境下，结合中国“双循环”战略与“绿水青山”理念，中俄农业合作迎来深化契机。中方对非转基因及绿色农产品的巨大需求，将推动远东地区土地复垦、科学轮作及农产品深加工产业的发展，为边境乡村经济注入强劲动力。

Большой Уссурийский, он же Хэйсяцзыдао

Первого июля 2026 года правительство Хабаровского края утвердило мастер-план развития российской половины острова. В своем приветственном выступлении губернатор Хабаровского края Дмитрий Демешин отметил, что документ заранее был представлен участникам форума и в него еще можно внести разумные корректировки. Хотя, по большому счету, вектор развития сформирован, пул инвестпроектов определен.

На первом этапе на острове появится национальный центр «Россия» — уникальный проект, ориентированный на посетителей из России и КНР. Его сердцем станет выставка «Путешествие по России», где можно будет познакомиться со всеми регионами РФ. Часть экспозиции будет отведена коренным малочисленным народам, которые издревле жили по обоим берегам Амура. Также на острове будет построен парк Дружбы народов, появится галерея чудес России, комплекс «Русь златоглавая», российско-китайский технопарк. Это что касается самого острова.

После запуска пограничного пункта пропуска краевые власти ожидают наплыв путешественников до одного миллиона человек в год. Под этот трафик бизнес уже разворачивает сервисную сеть. В пригородном селе Бычиха инвесторы построят спа-комплекс, в самом Хабаровске возведут пятизвездочный отель, а горнолыжный комплекс «Хехцир» перейдет на круглогодичный график работы.

Событийная программа на острове не будет затихать круглый год. Организаторы уже верстают календарь: зимой здесь пройдут масштабный снежно-ледовый фестиваль и автомобильные гонки по речному льду, летом небо займут участники фестиваля воздушных змеев.

Но еще больше власти и бизнес рассчитывают на так называемый мультипликативный эффект, когда вокруг одной точки притяжения начнут «раскручиваться» другие проекты. Например, россияне предлагают открыть трансграничный круизный маршрут вокруг острова Большой Уссурийский с остановками как на российской, так и на китайской стороне. В РФ, кстати, уже есть инвесторы на этот проект.

Выход в океан

Помимо пассажирского «моста» между странами, остров должен превратиться в отправную точку масштабной логистической артерии.

— Вместе с партнерами из провинции Хэйлунцзян мы продвигаем проект международного транзитного коридора «Амур» для судов класса «река-море», в перспективе он свяжет порты Тунцзян и Манцзита с Хабаровском, Комсомольском-на-Амуре и Николаевском-на-Амуре, обеспечит выход в Тихий океан, все страны АТР и Севморпуть. Сокращение логистики — это конкретный бюджет, который можно пустить на развитие инфраструктурных проектов, — подчеркнул Дмитрий Демешин.

Инициативу развивает Министерство транспорта РФ. О проекте шла речь на тридцатом заседании профильной межправительственной подкомиссии.

— Один из рассматриваемых вопросов — превратить Амур в полноценный международный транспортный коридор, — подтвердил статс-секретарь — заместитель министра транспорта РФ Дмитрий Зверев.

Чиновник напомнил: подобные маршруты вырастают из договоренностей приграничных регионов, после чего превращаются в регулярные судоходные линии. Амур уже сегодня работает как международная грузовая магистраль: речные суда доставляют медный концентрат, стройматериалы, спецтехнику. В перспективе флот начнет возить зерно, а бизнес расширит перечень грузов.

Что же касается сухопутной связи, то член комитета КПК провинции Хэйлунцзян Лю Чжэньго заявил: с китайской стороны инфраструктура к открытию границы практически готова. Провинция занимает первое место в Китае по объему прямых инвестиций в Россию: накопленный объем составляет около двух миллиардов долларов. Соседям остро требуются дальневосточные полезные ископаемые и промышленное сырье.

Российская сторона выдвигает встречные условия: Хабаровский край делает ставку на несырьевой экспорт, внутреннюю переработку и продукцию с высокой добавленной стоимостью.

Made in Russia

Потенциал у несырьевого российского экспорта есть. Китайские покупатели стремительно меняют потребительские привычки, рассказала генеральный директор Российского экспортного центра Вероника Никишина. Жители Китая охотно покупают продукты под маркой Made in Russia. Помимо традиционного зерна и растительного масла китайский рынок активно поглощает российский мед, фабричный шоколад, дикоросы, биологически активные добавки, изделия прикладного искусства.

Главным бенефициаром этого процесса выступает малый и средний бизнес. По данным РЭЦ, восемь из десяти компаний-экспортеров на китайском направлении сегодня относятся к сектору МСП.

— Чем больше вовлекается экспортеров — предпринимателей сегмента МСП, тем крепче становятся торгово-экономические отношения, — заявила Вероника Никишина.

Дипломатичные предложения

Резюмируя обсуждение исполняющий обязанности генерального консула КНР в Хабаровске Чэнь Юнцзюнь акцентировал внимание на неразрывной связи экономической выгоды и социально-гуманитарного доверия. Без встречных туристических и культурных потоков приграничные зоны рискуют остаться безлюдными таможенными коридорами.

— Проведение столь представительного форума в Хабаровске подтверждает, что традиционная дружба и практическое сотрудничество между нашими народами опираются на гранитный фундамент взаимного доверия. Совместное развитие трансграничных территорий, включая остров Большой Уссурийский, под личным вниманием председателя Си Цзиньпина и президента Владимира Путина приобретает значение исторического прецедента мирного созидания. Наряду с масштабными экономическими проектами мы обязаны всемерно укреплять гуманитарные мосты, развивать молодежные обмены, упрощать трансграничный туризм и создавать максимально комфортную среду для постоянного общения граждан двух великих государств.

Чэнь Юнцзюнь выделил четыре дипломатические инициативы, среди которых особо выделил важность бережного сохранения исторической памяти, наращивания гуманитарных и культурных обменов между жителями двух берегов, а также создания новых точек роста для бизнеса соседних регионов. Кроме того, он призвал ускорить сдачу пограничного грузопассажирского автомобильного перехода на Большом Уссурийском — его полноценный запуск намечен на 2028 год. Однако огромный интерес со стороны бизнеса заставляет стороны торопиться: Россия и Китай намерены ввести его в строй по временной схеме уже в следующем году.

Три столпа и горизонт планирования

При подготовке нового стратегического документа разработчики опирались на международный и отечественный опыт ускоренного экономического роста. Как отметил директор Восточного центра государственного планирования (ФАНУ «Востокгосплан») Михаил Кузнецов, базовыми условиями динамичного развития выступают долгосрочный горизонт планирования от пяти до десяти лет, четкие отраслевые приоритеты, концентрация ресурсов и экспортная ориентация.

В основу Стратегии легли результаты масштабных общественных обсуждений: во всех 11 субъектах макрорегиона на 30 площадках прошло обсуждение с участием более трех тысяч студентов, предпринимателей и инвесторов, при этом 60% авторов 800 поступивших предложений составили граждане в возрасте от 24 до 44 лет.

Министр РФ по развитию Дальнего Востока и Арктики Алексей Чекунков выделил три фундаментальных направления документа:

— инфраструктурный каркас, требующий точечной привязки объектов транспорта и энергетики к центрам экономического роста.

— экономика будущего, объединяющая сырьевую базу, проекты глубокой переработки и высокотехнологичные наукоемкие производства.

— повышение качества жизни как интегральная цель всей системы государственного управления.

По словам министра, за прошедшее десятилетие макрорегион набрал темпы экономического роста, опережающие среднероссийские показатели примерно в полтора раза. При этом в три раза увеличились объемы сельского хозяйства, добычи золота и жилищного строительства.

Добыча полезных ископаемых остается фундаментальной базой региональной экономики, требующей дальнейшего наращивания перерабатывающих мощностей. В качестве примера масштабных сырьевых инициатив министр привел Малмыжское месторождение в Хабаровском крае, где привлечение 300 млрд рублей инвестиций позволило создать тысячи высокооплачиваемых рабочих мест.

Следующим шагом становится глубокая переработка металлов и сырья, требующая сотен мегаватт новой генерации, а также создание продуктов с высокой добавленной стоимостью.

Для срочного покрытия энергодефицита власти запустили механизм конкурентного отбора мощности. До 2030 года в Приморском и Хабаровском краях, а также в Якутии должны построить около 700 МВт новой генерации на угле и газе. Эти станции должны снять наиболее острые ограничения для новых жилых кварталов, промышленных площадок, портов и транспортной инфраструктуры. В долгую власти делают ставку на атомную энергетику. Правительство утвердило Генеральную схему размещения объектов электроэнергетики до 2042 года, а «Росатом» готовит крупные проекты на востоке страны. В Фокино планируют построить Приморскую АЭС мощностью 2 ГВт. Первый энергоблок власти рассчитывают ввести в 2033 году. Следом должна появиться Хабаровская АЭС в районе села Эворон мощностью 1,2 ГВт. Ее запуск намечен на 2041 год.

Если оба проекта реализуют по графику, они дадут энергосистеме Дальнего Востока 3,2 ГВт новых мощностей. Это позволит покрывать растущий спрос промышленности и коммунального сектора без постоянного ввода угольных станций.

Параллельно макрорегион формирует сектор высоких технологий и биотехнологий, привлекая специалистов мирового уровня.

«Мы собрали ученых, которые слетелись не просто со всей России, даже с мира — прилетели из Китая, из западных стран, люди, которые по 30 лет проработали в Гарварде, ведущих французских, немецких, английских центрах. Мы будем возвращать умные мозги сюда, на Дальний Восток, чтобы здесь создавались новые научные долины», — подчеркнул Чекунков.

По оценкам разработчиков высокотехнологичных медицинских решений, целевой экспортный рынок разрабатываемых препаратов, ориентированный на азиатские страны, исчисляется десятками миллиардов долларов. 

Логистический хаб и китайский вектор Приамурья

Географическое положение определяет статус макрорегиона как главных внешнеторговых ворот страны. С Китаем по суше граничат пять регионов Дальнего Востока: Забайкальский край, Амурская область, Еврейская автономная область, Хабаровский и Приморский края.

Губернатор Амурской области Василий Орлов представил портфель инфраструктурных и внешнеэкономических строек региона, ориентированных на обслуживание трансграничных грузопотоков и пассажиропотоков. В первую очередь это международный автомобильный мост через Амур. Ожидается что через него в текущем году пройдёт порядка 200 тысяч транспортных средств. С выходом на проектную мощность ежегодный поток составит 300 тысяч машин. При этом свыше 50% перевозок составляет транзит из других регионов России.

Обработка доставленных грузов будет происходить в недавно открытом сухом порту «Благовещенск» — его первая очередь рассчитана на 520 тыс. тонн грузов с планом расширения до 1 млн тонн к 2030 году и до 2,5 млн тонн к 2032 году.

Совместно с Республикой Саха (Якутия) прорабатывается проект строительства международного железнодорожного моста Джалинда — Мохэ для формирования коридора к порту Найба. В дни XI Восточного экономического форума было подписано многостороннее соглашение о сотрудничестве при реализации проекта. (подробнее о проекте продления коридора к порту Найба см. материал EastRussia «"Мохэ — Найба": сможет ли новый коридор связать Китай с Арктикой»

«Он интересен тем, что он по сути открывает новый транспортный коридор с выходом на Северный морской путь. Сам мост через Амур технически построить не очень сложно, есть понятный грузопоток. Сейчас завершается создание финансово-экономического обоснования и модели финансирования», — уточнил губернатор Приамурской области.

Ещё один уникальный объект, который скоро запустится в Приамурье — трансграничная канатная дорога через Амур между Благовещенском и Хэйхэ. Её готовность свыше 90%, скоро здесь начнётся «холостая» эксплуатация — кабины должны проехать не менее 1200 часов без людей внутри, чтобы убедиться в надежности узлов и конструкций. В будущем воспользоваться ей смогут до 2,5 млн пассажиров в год.

Социальный стандарт, здоровье и реформа целевого набора

Стратегия утверждена правительством страны 7 сентября 2026 года, это отнюдь не означает, что в неё нельзя будет вносить дополнения. Заместитель Председателя Государственной Думы РФ Ирина Яровая предложила закрепить в Стратегии комплекс мер по развитию социальной среды и защите здоровья дальневосточников. В число ключевых инициатив вошли создание межрегиональной телемедицинской сети, расширение санитарной авиации, развертывание мобильных медицинских центров и реализация региональных программ школьной медицины.

Парламентарий выступила за включение в структуру документа нескольких сквозных целевых индикаторов. Так, по её мнению, необходимо фиксировать долю молодых специалистов в отраслях экономики и динамику притока квалифицированных кадров. Ещё один показатель, выполнение которого должно отслеживаться — объемы строительства и капитального ремонта учреждений здравоохранения и образования.

Подчеркнула Ирина Яровая и важность обеспечения транспортной доступности — особенно в удаленных регионах.

«Моё предложение — все вопросы, связанные с транспортной доступностью внутри дальневосточных регионов, где нет другого вида сообщения, кроме как авиационного, перевести в категорию общественного транспорта. Тогда это даст совершенно другие формы государственной поддержки.

В своё время, предложив президенту субсидированные перелёты, мы увидели, что эта программа стала постоянной и долгосрочной, и увеличиваемой. Поэтому, если мы выйдем на примере Дальнего Востока в логику общественных перевозок по удалённым населённым пунктам, это станет важной мерой по сбережению населения».

Отдельный блок предложений Яровой касается развития индустрии детского питания на базе формируемого дальневосточного биотехнологического кластера и выпуска сертифицированного рыбного белка для образовательных учреждений страны. Также депутат указала на необходимость усиления нормативов сейсмостойкого строительства в рамках созданной правительственной комиссии.

Баланс между центрами и прибрежной периферией

Реализация мастер-планов 25 дальневосточных городов уже позволила ввести в строй 6 из 24 запланированных аэропортов и 8 из 18 набережных с гидрозащитными сооружениями. Однако региональные власти указывают на сохраняющийся дисбаланс между флагманскими проектами и уровнем жизни в глубинке.

Губернатор Камчатского края Владимир Солодов призвал распространить системные меры федеральной поддержки на закрытые административно-территориальные образования и малые рыболовецкие поселки.

«До сих пор сохраняется контраст между условиями труда на современнейших рыбоперерабатывающих заводах, на космодроме, на военных объектах и тем, что встречает человека в его родном поселке. Если в Арктике действует системная программа развития ЗАТО, аналогичные механизмы нужны и закрытым городам Дальнего Востока, таким как Вилючинск, где начинается строительство 100 тысяч квадратных метров жилья. То же самое касается прибрежных поселков: падение объемов прибрежного лова подталкивает жителей к сезонной работе, и чтобы не потерять поселения на побережье, необходим механизм квот под социальные инвестиции бизнеса в объеме 10–15% от общего допустимого улова», — заявил Солодов.

Глава Камчатки также предложил расширить практику субсидирования пассажирских авиаперевозок — по его мнению необходимо установить единые сниженные плоские тарифы между всеми столицами дальневосточных регионов.

Завершая обсуждение, Михаил Кузнецов отметил: «Ради чего всё это делается? Ради экономики для человека. Благодаря мастер-планам, благодаря уникальным программам, которые есть на Дальнем Востоке, реализацию Стратегии должен почувствовать каждый человек. Безусловно, у нас каждый регион Дальнего Востока уникален, но в Стратегии сегодня делается ставка на межрегиональное сотрудничество, ведь у каждого региона есть есть чем поделиться с коллегами, будь то туристический поток или успешный опыт реализации крупных инвестиционных проектов, отдельные элементы цепочки создания стоимости».

Новая стратегия должна ответить не только на вопрос, сколько тонн грузов пройдет через новые коридоры и сколько миллиардов рублей привлечет очередное месторождение. Не менее важны другие показатели: сколько времени занимает дорога до больницы, можно ли купить авиабилет по цене, которая не съедает месячную зарплату, есть ли в поселке врач, школа, работа и жилье.

Дальний Восток уже научился запускать большие стройки. Следующий этап сложнее: сделать так, чтобы мост через Амур, новый порт, рудник, электростанция или мастер-план города меняли не только презентации на форуме, но и повседневную жизнь людей.