Ущерб ВБР от строительства моста в КНДР оценили в Приморье

— Павел Витальевич, что, с точки зрения биолога, несет процесс изменения климата конкретно Дальневосточному федеральному округу? Какие проблемы станут наиболее значимыми?

— Важнейшая из проблем для всего человечества вообще — утрата экономически значимых ресурсов в результате климатогенных катастроф. На юге российского Дальнего Востока они связаны с двумя трендами изменения глобальной климатической системы — увеличением диапазона сезонности осадков и разогревом атмосферы. Рост атмосферной температуры выражается у нас в миграции разрушительного действия тропических циклонов (тайфунов) к северу и в увеличении продолжительности их активности над сушей. По нашим исследованиям, такая активизация происходит в последние 50 лет и в ближайшие полвека усилится вдвое.

— Цифры, признаться, достаточно пугающие. И к чему приведут эти процессы?

— К увеличению частоты паводков и структурно-функциональной перестройке лесных экосистем: они станут менее сложными, что для нас означает потерю продукции нашего и без того примитивного лесного хозяйства, базирующегося на эксплуатации ненарушенных лесов. Сезонность же осадков, характерная для регионов с муссонным климатом, станет контрастнее. Зимы станут еще суше, а летние месяцы — дождливее при общем тренде небольшого увеличения влагообеспеченности. Задачи предотвращения природных пожаров существенно усложнятся, поэтому возрастут потери лесных ресурсов.

— Понятно, что потери от климатических катастроф предотвратить сложно. А существуют ли какие-нибудь меры, которые позволят хотя бы сгладить урон?

— Конечно, адаптационные мероприятия технологически возможны и известны — здесь нам помогут разработки Китая, Кореи, Японии, стран Юго-Восточной Азии, которые уже сейчас оказались в значительно более сложных условиях, чем мы. А у нас в Приморском крае часть таких мероприятий — расчистка русел рек — уже успешно реализуется и доказала свою эффективность.

— Да, расчистка увеличивает пропускную способность рек, а значит, снижает риск подтоплений во время паводков и тайфунов. Но давайте вернемся к климатогенным проблемам. Какая из них следующая по важности?

— Изменения биомов — крупных экосистем, биологической основы нашей среды. Эволюционно сложившиеся лесные биомы Дальнего Востока в ближайшие 50 лет будут существенно трансформированы. Наиболее серьезные изменения произойдут в районах распространения многолетней мерзлоты — на севере Амурской области и Хабаровского края, в Якутии. Эти территории получают очень мало атмосферных осадков, недостаточных для поддержания распространенных там сейчас лесных экосистем. Многолетняя мерзлота служит основным резервом влаги для растений. Ее деградация приведет к катастрофическому дефициту влаги и, как следствие, к невозможности существования лесов на обширных пространствах: растительность там сменится травяной.

— А что же ожидает самые, пожалуй, обширные леса юга Дальнего Востока — тайгу, темнохвойники?

— Этим лесным экосистемам предстоит очень серьезное ухудшение условий произрастания. Усиливающаяся контрастность сезонов неизбежно приведет к увеличению продолжительности периодов физиологической засухи, которая ослабляет эволюционно выработанные механизмы защиты деревьев от вредителей. Деградация лесных биомов будет выглядеть как послепожарные изменения: площади усыхания леса продолжат расширяться, возрастет пресс со стороны насекомых-вредителей.

— Очевидно, что потери ресурсов растительного происхождения также неизбежны. И что же нужно делать в этом случае? Как можно адаптироваться к таким изменениям?

— Здесь адаптационные мероприятия должны быть связаны с переходом на высокотехнологичное лесное хозяйство, базирующееся на целенаправленном плантационном выращивании деревьев с заданными свойствами. Пока мы на государственном уровне не готовы к адаптации в данной сфере. Между тем высокие технологии необходимы и для решения следующего блока проблем — миграционных.

— Вы говорите сейчас об инвазивных видах? Таких, к примеру, как борщевик Сосновского, который на Дальнем Востоке взял в осаду Сахалин и Камчатку?

— Нет, речь о миграции видов всех царств живых организмов, значимых для человека. Инвазии чужеродных видов являются лишь малой частью этой проблемы. Миграции живых организмов происходят всегда, это нормальный процесс, но климатические изменения сейчас слишком стремительны, чтобы растения успевали занимать новые экологические ниши, непрерывно формирующиеся в новых условиях. То есть массового перемещения того же кедра корейского на север в ближайшие 50 лет не произойдет, несмотря на формирующиеся там благоприятные для него условия.

В то же время в южных частях ареалов видов растений и животных, на которых базируется наша экономика, складывающаяся обстановка приводит к значительному возрастанию давления со стороны патогенов и неблагоприятных условий окружающей среды. В результате будет потеряна наиболее ценная (разнообразная и разнородная) часть генофонда экономически значимых видов.

— Вы уже упомянули, что сохранить необходимое должен переход к высокотехнологичному плантационному лесному хозяйству.

— Да, вместе с сохранением биотехнологическими методами утрачиваемого генофонда наиболее ценных видов. Без этих двух составляющих селекция растений с заданными свойствами будет затруднена или невозможна. Если сами этого не сделаем, придется идти на поклон к корейцам или китайцам, которые этим вопросом давно и успешно занимаются. Парадоксальная ситуация уже налицо: у них генофонд южных популяций наших основных ресурсных видов деревьев есть, а у нас — нет.

— Но согласитесь, хотя ситуация с инвазиями — лишь часть миграционной проблемы, незваные гости из живой природы представляют собой серьезный вызов для человечества.

— Безусловно. Но прежде всего опасность несут не инвазии флоры, а инвазии организмов-патогенов из разных царств живого мира, особенно бактерий, простейших, грибов и животных (в первую очередь червей и членистоногих). Именно они, а не растения определяют ключевые параметры нашей среды обитания и изменяют целые экосистемы. Поэтому борщевик Сосновского — это в прямом и переносном смысле цветочки по сравнению со значением нерастительных патогенов.

— Однако им, по разным данным, захвачено около 30 процентов сельхозугодий страны, а с марта этого года вступил в силу закон об обязательном уничтожении этого растения на земельных участках.

— В случае с борщевиком Сосновского одним из основных факторов его распространения является сам человек, который сначала провоцирует беду необдуманными решениями, а затем выдает себя за жертву, называя инвазии серьезной проблемой. Это растение как нельзя лучше демонстрирует рафинированное человеческое головотяпство в самых различных его проявлениях. Более того, создается впечатление, что борщевиком прикрывают реальные масштабы инвазионного процесса на территории России. Инвазия борщевика Сосновского в моем понимании — это признак нерачительного ведения хозяйства (по-советски — бесхозяйственности), а не эволюционно значимый компонент биоты.

— Как бы то ни было, возврата к прежним «безборщевиковым» временам нет, и, как пишет журнал «Химия и жизнь», нужна общенациональная программа уничтожения борщевика Сосновского.

— К сожалению, разрешительно-запретительный подход, который избрала Россия для регулирования отношений человека и природы, не работает вовсе. Важно осознать: если человек хоть раз прикоснулся к природе (неважно, будь то вырубленные леса или возвращение тигра практически из небытия), на место эволюционно сформированной экосистемы приходит антропогенная система, которой необходимо управлять («ты навсегда в ответе за всех, кого приручил» — это как раз об этом). Нужно не просто вносить виды в Красные книги и наказывать людей за их изъятие из природы, а разрабатывать специальные концепции менеджмента антропогенных систем.

— Павел Витальевич, возвращаясь к вызовам, которые встанут перед ДФО в ходе потепления: самые основные мы уже с вами обсудили?

— Увы и ах! На четвертое место в перечне дальневосточных климатогенных проблем я поставил бы состояние природной среды в странах Юго-Восточной Азии. Казалось бы, чем ситуация во Вьетнаме, Лаосе, Малайзии или Индии может быть опасна для нас? На самом деле эти регионы имеют все шансы стать малопригодными для жизни из-за критических для здоровья температур и резкого ухудшения условий для ведения сельского хозяйства — как в растениеводстве, так и в животноводстве. Когда возникает дефицит базовых ресурсов, люди мигрируют, а борьба за них обостряется. И если миграция миллионов людей — дело привычное, то перемещение миллиардов — это катастрофа.

Вместе с тем климатические условия северных регионов Азии останутся благоприятными для проживания человека, и мы на юге российского Дальнего Востока просто обязаны воспользоваться шансом, который открывается перед нами в ближайшие сто лет. Я назвал бы состояние природы и погоды нашего региона в этот период нашим климатическим преимуществом для экономического рывка.

— И какие же новые возможности открываются перед дальневосточниками в условиях климатических изменений?

— Я бы расположил главные преимущества региона в эпоху глобального потепления в следующем порядке. Первое — климатическая обстановка становится более благоприятной для жизни населения: теплее, влажнее, безморозный период длиннее. Второе — открываются широкие перспективы для сельского хозяйства: площади, потенциально пригодные для выращивания теплолюбивых и ценных культур, существенно увеличиваются, как расширяется и их ассортимент. Третье — на Дальнем Востоке сохраняются базовые ресурсы для жизни человека. И четвертое — повышается биопродуктивность экосистем суши и океана.

— Что будет расти на потеплевшем Дальнем Востоке? Прежний набор культур или появятся экзоты вроде бамии или батата?

— Мы смоделировали условия для возделывания основных культур на Дальнем Востоке и фиксируем крайне благоприятное влияние климатических сдвигов на традиционные для Восточной Азии культуры: сою, рис, пшеницу, гречиху. Площади, доступные для их выращивания на российской территории, в ближайшие 50 лет расширятся в разы.

Более того, на юге региона климат становится более мягким для многих плодовых культур, в том числе ранее не возделывавшихся в промышленных масштабах — например, винограда. Появится возможность выращивать и ряд азиатских субтропических культур: некоторые цитрусовые, хурму, персики. Здесь открывается широкий простор для экспериментов, рамки которых могут быть ограничены лишь пищевыми предпочтениями россиян, остающимися весьма консервативными.

По гамбургскому счету

— В 2015 году в Институте лесного и лесопаркового хозяйства Приморского государственного аграрно-технологического университета (ИЛХ ПГАТУ) у преподавателей возникла идея сделать независимую проверку знаний обучающихся (вне полагающихся зачётов и экзаменов), — говорит ректор ПГАТУ Андрей Комин. — Так родилась эта олимпиада. Затем на призыв поучаствовать отозвались и другие вузы, были найдены единомышленники по всей стране. Сейчас лесная олимпиада стала уже национальным событием.

Почти 2000 студентов приняли участие в олимпиаде по лесоуправлению-2025
По данным оргкомитета олимпиады

Организаторы лесной олимпиады – ПГАТУ, Институт геологии и природопользования (ИГиП) ДВО РАН, Всероссийское общество охраны природы и научный консорциум «РИТМ углерода», российская система климатического мониторинга. Они равняются на Географический диктант. И считают, что наряду с географическим важно популяризировать багаж сведений о лесе. Ведь Россия — самая лесная страна мира, а леса, выполняя стратегические биосферные функции, сильно страдают от антропогенного воздействия.

Население же в целом знает о них очень мало. Поэтому к участию активно приглашают и вузы, связанные с лесом косвенно: обучающие будущих экологов, землеустроителей, специалистов по геоинформационным системам (ГИС). Площадка мероприятия бессменна – сайт ПГАТУ. Происходит всё в онлайн-режиме. В течение двух недель в каждом вузе-участнике выделяется день проведения, график скользящий. Задания разнятся в зависимости от курса, на 40 вопросов дается максимум 40 минут, учитывается и правильность, и скорость ответов. 

Опознать короеда

Сколько участников и учебных заведений пройдут тестирование в этом году, будет известно только в финале. Но их определенно станет больше, потому что лесная олимпиада похожа не на мероприятие учебно-научной работы, каким, по сути, является, а на интеллектуальную игру типа тематического «Брейнринга» или «Квиза». Как правило, те, кто хоть раз попробовал свои силы в этой олимпиаде, стараются участвовать в ней снова и снова. Арина Артамонова в прошлом году стала лучшей среди первокурсников.

— Во время прохождения было немного волнительно, - вспоминает второкурсница «Бауманки», — много встретилось интересных разносторонних вопросов, на многие из них я знала ответ, а некоторые темы вообще видела впервые. После олимпиады я решила не останавливаться на знаниях, которые дают на семинарах и лекциях, читать больше литературы и применять ее на практике. С нетерпением жду нынешней олимпиады, чтобы снова проверить свои знания, полученные за год.

Организаторы позволили заглянуть в задания. Спектр их широк, и требует от отвечающего не только знаний по специальности, но и определенного кругозора. Так, нужно узнать, где на снимке тайга, где мангровый лес, а где суккулентный и дождевой экваториальный. Указать, из деревьев каких пород делают спички, бочки, музыкальные инструменты и карандаши. Опознать по фото короеда – уссурийский полиграф это, березовый заболонник, типограф или большой сосновый лубоед. 

Независимый срез

— Мне кажется, за эти 11 лет нам удалось сделать лесную олимпиаду живым и народным событием. Это действительно соревнование, где каждый показывает свои реальные знания, — отмечает научный сотрудник лаборатории климатических и углеродных исследований ИГиП ДВО РАН Александр Иванов. — Мы стараемся делать увлекательные и разноплановые вопросы, участникам предлагается множество фотографий, схем, картинок от истории лесного хозяйства до современных методов дистанционного зондирования лесов.

К примеру, перспективными направлениями в лесной отрасли являются   применение ГИС для мониторинга и управления лесами, беспилотных летательных аппаратов — для охраны лесов и обнаружения пожаров, биотехнологий — для лесовосстановления. Использование спутниковых технологий для анализа космических снимков, что позволяет определять границы сплошных и выборочных рубок, ослабленные или поврежденные вредителями насаждения, пострадавшие от пожаров участки леса.

Конечно, в вузах есть зачеты, экзамены, дипломы, но лесная олимпиада делает независимый срез знаний учащихся практически всех лесных вузов страны, подчеркивает Иванов. Отвечая на вопросы тестирования, студенты видят, насколько широк кругозор лесного специалиста, понимают значимость знаний в области устойчивого лесоуправления, и, что очень важно, чувствуют себя частью единого большого процесса, который одновременно происходит в разных городах, в разных вузах. 

Желтые сетки

Лично я впервые увидел сетки для сбора пластиковых бутылок в Сайншанде — столице аймака, где расположена пустыня Гоби. Помню, приятно удивился такому цивилизованному подходу вдали от цивилизации. Семь лет назад такие сетчатые контейнеры стали появляться и в Хабаровске.

Они были желтого цвета: по соглашению с управляющими компаниями и ТСЖ во дворах жилых многоэтажек их за свой счет устанавливала компания «Чистая планета». Медленно, но верно проект стал развиваться: желтых «сеток» становилось все больше, а люди все чаще начали хотя бы частично сортировать мусор. Правда, долго не могли приучиться (в итоге до конца так и не получилось) не сбрасывать в «сетку» все пластиковое: по правилам переработки можно выбрасывать только прозрачные ПЭТ-бутылки, предварительно помытые и смятые (чтобы больше вмещалось). В контейнерах до сих пор часто попадаются упаковки от яиц, тара от бытовой химии и другой «неликвид».

— Объемы росли, причем неплохо. По обращениям граждан мы стали замечать, что проект востребован, потому что нас просили дополнительно устанавливать сетки, — рассказал нам генеральный директор компании «Чистая планета» Сергей Гамей.

В месяц удавалось собирать до 10 тонн пластика. Его свозили в цех первичной сортировки «Чистой планеты», который находится в Южном микрорайоне Хабаровска. Здесь вторсырье сортировали, отделяя неликвид, а остальное — пригодное для вторичной переработки — отправляли в Приморье и Благовещенск, где есть заводы по переработке пластика. Там из ПЭТ-бутылок делали пленку, которую охотно покупает соседний Китай. Одним словом, и для экологии хорошо, и бизнесмены зарабатывали.

Но с осени прошлого года в «Чистой планете» стали понимать: сырье копится, а сдавать его уже не получается — в Приамурье и Приморье мощности по переработке оказались «затарены». Ближайший завод расположен в Новосибирске, но везти туда пластик слишком дорого.

— Логистика очень дорогая, и нам просто невыгодно туда возить, проект сразу становится убыточным для нашей компании, — делится Сергей Гамей.

В итоге было принято решение прекратить сбор пластиковых бутылок, а желтые сетки вывезти из дворов жилых домов. Для «Чистой планеты», которая занимается сбором и переработкой картона и макулатуры, ПЭТ-бутылки были вторичным проектом, поэтому на основной деятельности прекращение работы с ПЭТ-бутылками не сказалось, хотя, конечно, часть прибыли была утрачена.

— Там, куда мы сдавали, это все являлось коммерческой инициативой, а в нашем регионе пока нет заинтересованных лиц, которые могли бы данным проектом заняться, — рассказывает Сергей Гамей.

Объявления о прекращении приема ПЭТ-бутылок появились и в пункте раздельного сбора отходов возле магазина «Лемана Про» (в Хабаровске два таких магазина, но вторсырье можно привезти только на улицу Павла Леонтьевича Морозова). Сейчас там можно сдать лишь макулатуру и алюминий.

Жительница Хабаровска Ольга Семенова, много лет сортировавшая дома мусор, расстроилась, узнав о сворачивании проекта.

— Жаль, что нельзя теперь сдавать пластиковые бутылки, их у нас много бывает. Честно говоря, рука не поднимается их в общий контейнер выкидывать, поэтому я пока их складываю в отдельный пакет, правда, не совсем понятно для чего, — сетует Ольга Семенова.

Расстроились и те, кто никогда сортировкой мусора не занимался, но сразу заметил, что переполненные сетки-накопители, установленные во дворах многоэтажек, стали дополнительным источником мусора.

— Сейчас никто эти бутылки не вывозит, контейнеры переполнены, но люди все равно несут пластик, оставляют его или сверху, на сетке этой, или рядом. Он потом разлетается по всему двору и только хуже становится, а не чище, — возмущаются жители дома № 12 на улице Воровского, что в поселке им. Горького. 

По городу есть еще несколько мест, куда можно привезти отработанные батарейки, а в районе бывшего завода «Дальдизель» можно сдать на переработку старые автомобильные шины. Правда, привозить их нужно самостоятельно, за них вам ничего не заплатят, да и примут не больше одного комплекта. Стоит ли говорить, что при таком раскладе покрышки чаще оказываются в оврагах и на пустырях вблизи ГСК, чем на этом заводе?

Кстати, на Камчатке проект по приемке отработанных автопокрышек прошел «на ура»: людям платили за то, что они привозили шины в специальные пункты, благодаря чему в Петропавловске-Камчатском и Елизове удалось хотя бы частично решить проблему с таким мусором.

Упущенная выгода

В Хабаровске экологи-активисты и ряд депутатов выступали с предложением реализовать подобную программу, но услышаны не были. Хотя в региональном правительстве проблему признают, а про вторсырье говорят, что на этом можно зарабатывать.

— Вторсырье имеет свою цену. Оно экономически привлекательно для предпринимателя, чтобы организовывать свой бизнес по сбору и переработке на месте и дальнейшее производство какой-то новой продукции. У нас такие примеры есть: в крае производят предметы для обихода — «ледянки», тазы, упаковку для яиц, — рассказала начальник отдела по устройству и обращению с ТКО министерства ЖКХ Хабаровского края Дарья Касьянова.

По ее словам, в крае болезненно отнеслись к решению «Чистой планеты» и выделили 39 млн рублей, которые в этом году будут потрачены на раздельный сбор мусора.

— На сегодняшний день существует сложность организации раздельного накопления: предприятия, которые занимаются вывозом раздельно накопленных отходов — бумаги, пластика, — говорят о том, что это становится экономически нерентабельным. Поэтому правительством края принято решение об оказании поддержки в части организации раздельного сбора мусора. На эти цели в текущем году предусмотрено 39 млн рублей, которые будут выделены в виде грантов, — рассказала Дарья Касьянова.

Коммерсантам в краевом правительстве также готовы предложить выход на электронные площадки, где в теории они могли бы реализовывать вторсырье. Но, как говорят сами предприниматели, на практике это все разбивается о дорогую логистику.

Заниматься раздельным сбором мусора не готов и региональный оператор.

— Раздельным сбором у нас занимаются только активисты. Региональный оператор не занимается раздельным сбором отходов. В соответствии с соглашением с минЖКХ и утвержденной программой мы занимаемся только несортированными твердыми коммунальными отходами в нашей деятельности, — рассказала руководитель экологического отделения регионального оператора по обращению с ТКО Елена Столыпина.

Хотя, по ее словам, к этому необходимо стремиться: в Москве, Санкт-Петербурге и других крупных городах западной части России именно регоператоры занимаются, в том числе, раздельным сбором мусора.

Такое возможно и в Хабаровском крае, заверяют в краевом минЖКХ, — когда будут построены специализированные заводы.

— У нас таких два объекта: это реконструкция МПС «Южная» в Хабаровске с проектной мощностью 200 тысяч тонн в год, где смогут перерабатывать весь объем, собираемый по Хабаровску, и такой же объект в Комсомольске-на-Амуре, где, помимо станции обработки, будет предусмотрен участок компостирования, то есть будут перерабатывать еще и пищевые отходы, — рассказывает Дарья Касьянова.

В Комсомольске-на-Амуре такой завод должен появиться в 2027–2028 годах, в Хабаровске — в 2029-м. При этом, используя выгодное географическое положение, край мог бы наладить макрорегиональную переработку отходов и даже зарабатывать на этом.

Между тем, на фоне разговоров о прекращении сбора ПЭТ-бутылок в Хабаровске появилась информация о том, что в мэрии предлагают создать для сбора пластикового вторсырья отдельного оператора, который бы занимался этим за счет регионального тарифа (то есть за счет жителей).

Что произойдет быстрее — появятся специализированные заводы, отдельный оператор или ПЭТ-бутылки вновь станут рентабельным товаром, — станет ясно к концу десятилетия.

Перезапуск концессии

Проблема с вредными выбросами, достаточно болезненная для столицы Забайкальского края, существует многие годы. Поэтому включение города в федеральную программу «Чистый воздух» давало определенную надежду на улучшение экологии. В частности, предполагалось газифицировать более 13 тыс. частных домовладений Читы, что сократило бы выбросы от отопления углем на 20%.

С целью газификации несколько лет назад было заключено концессионное соглашение с ООО «Аврорагаз» (на тот момент компания принадлежала Восточно-Арктической нефтегазовой корпорации; ВАНК). Концессионер должен был построить более 500 км внутригородских газопроводов, а также систему приема, хранения и регазификации (СПХР), которая принимала бы привозной сжиженный природный газ с дальнейшей его заадресацией в местную газораспределительную сеть.

Однако в ходе проекта произошла смена собственников компании-концессионера, о чем в известность не был поставлен регион. Пошла череда уголовных дел о превышении должностных полномочий, халатности и мошенничестве при газификации. В частности, под арестом оказался руководитель ВАНК.

Сроки перехода частного сектора Читы с печного отопления на газ сдвинули с 2024-го на конец 2025 года. Но стало понятно, что и эта дата не осуществима: «Аврорагаз», не достроив сети газоснабжения, свернул свою деятельность.

Сначала новый собственник компании стал проводить аудит построенной инфраструктуры, приостановив стройку, рассказал заместитель председателя правительства Забайкальского края Алексей Гончаров. Под давлением Минприроды РФ (под эгидой этого ведомства реализуется программа «Чистый воздух») и региональных властей концессионер возобновил проект.

«Все это время в соответствии с концессионным соглашением он обязан был привлечь финансирование на строительство СПХР, но этого сделать не смог. Не то, чтобы он не хотел, у него не получилось, потому что во всех кредитных организациях дали отказ, денежных средств привлечь не смогли. И в мае 2025 года окончательно были остановлены работы», – пояснил зампред правительства.

Регион решил завершить историю самостоятельно. «Никто, ни Минэнерго, ни «Газпром», ни «Новатэк» не откликнулся, не помог принять участие в этом проекте», – подчеркнул Алексей Гончаров.

В октябре текущего года утвержден новый концессионер – ООО «Региональная энергетическая компания Забайкальского края». Регионом представлена Министерству природных ресурсов и экологии РФ новая дорожная карта по проекту. В соответствии с ней газ в дома Читы должен поступить в отопительный сезон 2027-2028 года.

В свою очередь Минприроды потребовало от краевых властей нового экономического обоснования газификации с пониманием того, сколько необходимо привлечь внебюджетных инвестиций и средств региона на завершение работ, а также какова будет цена газа и размер составляющей, которую бюджет Забайкалья будет ежегодно субсидировать. От края поступил запрос на федеральное финансирование в размере 2,6 млрд руб. на ближайшие два года, но этот вопрос будет решен только после уточнения внебюджетного и регионального источников, озвучил позицию министерства на штабе по газификации замглавы Минприроды России Максим Корольков.

Стоит сказать, что за время реализации проекта в создание инфраструктуры было направлено почти 5 млрд руб. из федеральной казны. Еще 1,5 млрд руб. пошло из регионального бюджета на внутридомовое оборудование (финансирование осуществлялось за рамками договора концессии). 

Кто трубе хозяин?

К настоящему времени в Чите по проекту построено 80% газораспределительных сетей. Правда, возник вопрос с качеством строительных работ, проведенных еще на первом этапе концессии.

«Коллеги-сенаторы от Забайкальского края подготовили обращение, что газораспределительные сети построены с нарушениями, и требуют большой экспертной работы по определению возможности их эксплуатировать», – проинформировал член комитета Совета Федерации по экономической политике Михаил Борщев.

Аудит выполненных работ в настоящее время организовала «Региональная энергетическая компания Забайкальского края», по итогам чего будет подготовлен дальнейший план действий (при этом продолжается строительство новых участков сети).

«Там было очень много нарушений. Все эти нарушения зафиксированы, они устранялись по пунктам – это касается первого этапа. Что касается второго, там ситуация лучше, потому что технический персонал был более квалифицированный и это был совсем другой контроль, другой технический заказчик», – отметил Алексей Гончаров.

Также не ясна ситуация с балансовой принадлежностью инфраструктуры, созданной предыдущим концессионером. Переоформить принадлежность ранее построенных газопроводов, пожалуй, реалистично в рамках процедуры банкротства, говорит Михаил Борщев, но на это могут уйти годы. Однако сети находятся на балансе не у бывшего концессионера, а у подрядных организаций, уточнили в правительстве Забайкалья, что должно облегчить данный путь.

Наиболее насущный сейчас вопрос – определение поставщика сжиженного газа, имеющего достаточный объем сырья, что гарантирует полноту поставки, и продуманную логистику. 

Газ до края

Еще первый концессионер предполагал, что источником для автономной газификации Читы станет малотоннажный СПГ-завод близ Владивостока на территории ТОР «Надеждинская». Затем от этой идеи отказались. Поставки также планировались из Якутии: было заключено рамочное соглашение, но его так и не подкрепили сделкой, в итоге срок этого меморандума истек, рассказал сенатор от Забайкальского края Баир Жамсуев.

В ДФО есть два потенциальных поставщика сжиженного газа – «Якутская топливно-энергетическая компания» (ЯТЭК) и «Газпром». Между тем по ним никакого решения нет, уточнил директор департамента инвестиционного развития Дальнего Востока и Арктики Минвостокразвития Илья Чернов.

«Якутию нельзя рассматривать в качестве поставок, этот СПГ в основном идет на экспорт, это автомобильный СПГ, который иного качества, как и в случае с Владивостоком», – считает Михаил Борщев.

Годовой расчетный объем потребления СПГ Читой оценивается в 30-35 тыс. т. «Мы отработали по потенциальным поставщикам с Дальнего Востока и в западной части – от Сибири до Урала. На сегодняшний день поставщиков на Дальнем Востоке в таком объеме СПГ не нашли», – констатировал Алексей Гончаров.

С учетом перезапуска концессионного соглашения заключен договор с АО «Криогаз» на поставку СПГ из Магнитогорска до 2034 года. Правда, он не содержит твердых параметров и предполагает ежегодное утверждение очередных объемов, которые должны реализовываться городу по самой низкой цене на основе анализа конъюнктуры рынка, пояснил зампред правительства Забайкальского края.

Что немаловажно, добавил представитель региона, «Криогаз» обещал построить СПХР за счет собственных и привлеченных средств – возврат инвестиций будет осуществляться в соответствии с концессионным соглашением.

«К сожалению, ближе нет никого, кто мог бы поставить такой объем газа. «Криогаз» будет гарантировать объем поставок. Если в пиковые нагрузки топлива не будет хватать, тогда поставщик будет добирать объемы со своих заводов, располагающихся еще западнее [от Магнитогорска], но по той же цене», – объяснил Алексей Гончаров.

Тем не менее любые более выгодные предложения по поставке газа Забайкальским краем будут рассмотрены, заверил он.

Конечно, перевозка СПГ от «Криогаза» предполагает дальний маршрут, расстояние от Магнитогорска до Читы – свыше 4 тыс. км. Более чем вдвое будет короче железнодорожная доставка из Усть-Кута в Иркутской области. По словам Михаила Борщева, в этом городе заработало производство полимеров, которое питается от природного газа. Инвестором является ООО «Иркутская нефтяная компания» (ИНК). Мощностей по выпуску СПГ у предприятия нет, но ИНК по просьбе заинтересованных ведомств просчитала тариф на энергоноситель для потребителей Читы в случае создания у себя соответствующего малотоннажного завода.

С учетом того, что нужно построить мощности по сжижению газа, закупить подвижной состав плюс затраты на железнодорожную перевозку, стоимость 1 т СПГ вышла в районе 54,2 тыс. руб.

«Цена получилась достаточно высокой, никуда от этого не денешься. Мы постарались ужимать по максимуму. Рассмотрели, что можно определенную экономию обеспечить за счет приобретения в лизинг танк-контейнеров. Также рассмотрели различные льготы, которые возможны по тарифу РЖД. Но все равно максимальное снижение получилось до 47 тыс. руб.», – сообщил представляющий интересы ИНК Сергей Донской.

Правда, оговорился он, компании сейчас будет сложно начать строительство мощностей СПГ, поскольку идет большой возврат инвестиций по заводу полимеров. Это может сказаться на привлечении новых кредитов.

Каковы перспективы у данного проекта в части снабжения Читы газом, сказать сложно. Изначально предполагалось, что город будет временно потреблять СПГ, трубопроводный газ придет в столицу Забайкалья ориентировочно в 2032 году. «Сегодня ответа на этот вопрос нет, не получили ни от Минэнерго, ни от «Газпрома». Не понимаем пока, будет ли вообще [трубопроводный] газ, в каком объеме», – развел руками Алексей Гончаров.

Полет нормальный!

Якутскую популяцию белого журавля называют восточной. Дважды в году эти птицы преодолевают по шесть тысяч километров. Путь стерхов веками идет по неизменному маршруту — между Яно–Колымской низменностью в Якутии и озером Поянг в провинции Цзянси в Китае. Вдоль него на российской стороне создана цепочка из 19 особо охраняемых природных территорий (ООПТ): на перелете птицы наиболее уязвимы, им необходимо отдохнуть, подкормиться, спокойно восстановить силы.

В этих местах орнитологи на протяжении последних 30 лет проводят исследования по сохранению и изучению белого журавля. В фокусе внимания – село Охотский Перевоз (Томпонский район) на правом берегу Алдана. Только здесь можно увидеть тысячные стаи краснокнижных птиц. Тут, на выходе в долину Алдана, находится точка сужения миграционного коридора стерхов, где во время перелета сосредоточена основная часть популяции. Осенью над селом отчетливо слышен шум белых крыльев и птичьи голоса.

— Каждую осень тысячи стерхов, пролетая над нами, будто прощаются, громко вещая с неба на всю округу. А весной (тогда стерхи летят небольшими группами, выбирая подходящие для гнезд места, прим. ред.) они – предвестники тепла и солнца, с их прилетом наступает долгожданная весна, – отметила орнитолог Института биологических проблем криолитозоны СО РАН Мария Владимирцева. Учет стерхов начался с 2000-х годов, когда восточная популяция насчитывала две тысячи особей.

Волонтеры со стажем и без

Как рассказала главный специалист отдела туризма, рекреации и экопросвещения ГБУ Республики Саха (Якутия) «Дирекция биоресурсов, ООПТ и природных парков» Светлана Слепцова, наряду с учеными подсчеты ведут и энтузиасты. В Охотском Перевозе, к примеру, семья Зелепухиных, Розалия и Алексей, на протяжении более 20 лет принимает участие в сезонном миграционном учете стерхов, пролетающих над селом. А нынешней весной в проект стали вовлечены жители сразу 13 районов Якутии.

— В рамках проекта «Полет Стерха» мы запустили народный мониторинг миграции стерха, местные жители охотно поддержали орнитологическую инициативу. Весенний этап охватил 13 районов Якутии, участники проекта зафиксировали свыше 800 стерхов в процессе их миграции к местам гнездования, — рассказала Светлана Слепцова. — Для удобства активистов специалисты дирекции разработали анкеты. Участники заполняют их и отправляют через мессенджеры, по почте, через госинспекторов ООПТ.

А еще инспекторы раздают в наслегах особые памятки с красочными рисунками – в них написано, что нужно делать, если нашли перо стерха, показано, как отличить этих птиц от похожих на них других журавлей и аистов. Особое внимание – сельским детям. Для них еще в 2022 году Светлана Слепцова выпустила первый комикс о белом журавле «Путь стерха», орнитологи Охотоперевозовской школы помогают учителям проводить День журавля – с игрой «Пройди путь стерха» и мастер-классом по оригами.

Кто увидит стерха – будет счастлив всю жизнь

Это якутская пословица. В республике эта птица считается символом красоты и счастья. Оперение взрослых стерхов белое (стершата же появляются на свет рыжими, и меняют оперение, только став размером почти с родителей), концы маховых перьев на крыльях черные, клюв красный. Рост до 140 сантиметров, размах крыльев более двух метров. Белые журавли живут до 70 лет, при этом очень привязаны к месту обитания и сторонятся человека. Если их напугать, они могут оставить гнездо, даже если в нем есть птенцы, и больше никогда не вернуться.

– До начала 2000-ых в мире были известны три популяции белых журавлей, западная, центральная и восточная, с местами зимовок соответственно в Иране, Индии и Китае. Сейчас центральная популяция признана исчезнувшей. Восточная, с ареалом гнездования в субарктических тундрах Якутии, – сообщила Светлана Слепцова, – относительно благополучна, она насчитывает около семи тысяч птиц. Западная популяция поддерживается искусственно реинтродуцируемыми особями.

Стерхи выбирают себе пару на всю жизнь. Супругов легко отличить в небе – каждая птичья чета летает синхронно. Однако моногамность не способствует росту численности вида. Для сохранения популяции наряду с охраной краснокнижных птиц требуется и популяризация орнитологии, и серьезная научная работа. Так в рамках проекта прошли учеты птиц в ресурсном резервате «Куолума-Чаппанда», который расположен на левом берегу Алдана напротив Охотского Перевоза.

Точка притяжения

Один из ключевых этапов «Полета стерха» – создание экологической тропы на территории резервата. Кроме того, там уже построен новый кордон и заработала станция кольцевания птиц. В Охотском Перевозе заканчивается сооружение визит-центра. Эти объекты появились благодаря сотрудничеству с одной из горнодобывающих компаний. Орнитологическая обсерватория будет точкой притяжения не только бердвотчеров, но и всех любителей живой природы на территорию среднего течения Алдана.

Эти места значимы не только как миграционный путь стерха, но и как живописная локация с богатой природой и историей. Тут пролегает отрезок исторического сухопутного пути – Якутско-Охотского тракта. В 17-18 веках в селе по пути к Охотскому морю останавливались на отдых казачьи отряды, купеческие обозы, экспедиция Беринга. К слову, по опыту ряда дальневосточных ООПТ, появление экотуристов служит драйвером развития сельских поселений.

25 сентября в Охотском перевозе будет торжественно введена в строй международная орнитологическая обсерватория под открытым небом – база для изучения миграционных путей редких видов птиц, в первую очередь восточной популяции стерха. В будущем тут предполагается работа круглогодичного научного стационара. Это позволит проводить исследования пролетных, залетных и редких видов птиц, занесенных в Красную книгу. Обсерватория станет также площадкой для развития экологического туризма.

— Алена, как далеко вы продвинулись, и что представляет собой концепция устойчивого спортивно-любительского рыболовства?

– Сейчас мы в рамках ассоциации занимаемся разработкой принципов устойчивого рыболовства. Это некий набор правил, подходов, стратегических задач для сохранения ценного ресурса региона. В этом году мы впервые подняли эту тему на специальной секции в рамках форума устойчивого развития туризма на Камчатке. И впервые в этом году мы публично начали обсуждать идею массового внедрения принципов устойчивого рыболовства. В том числе и принципа «поймал-отпустил».

Мы понимаем, что с ростом популярности региона, его символов растет и антропогенная нагрузка на хрупкую камчатскую экосистему. Спрос на поимку рыбы стал колоссальным, и бизнес реагирует на это, создавая новые места для лова, новые рыболовные базы. Понимаем, что в условиях растущего туристского потока сохранить наш лосось будет очень сложно. Ловить рыбу на Камчатке стало так же популярно и востребовано, как купаться в горячих источниках. Однако с ростом спроса и предложения водоемы, увы, деградируют. Поэтому одна из наших общих и важных задач сейчас – это пропаганда и популяризация устойчивого спортивно-любительского рыболовства.

– Какие-то конкретные шаги уже определены?

– На практике – тут просто колоссальное количество сложных, а иногда и непопулярных решений. От законодательного регулирования и пересмотра подходов к любительскому рыболовству — сейчас федеральный закон трактует его исключительно как добычу водных ресурсов в целях удовлетворения личных потребностей, до четко очерченной политики местных властей, вопросов рыбоохраны, работы туристского бизнеса в этом направлении в целом, и в конце концов, – до весьма сложно поддающихся описанию вещей – бережного отношения к природе и региону со стороны местных жителей, некого набора требований и норм поведения для гостей полуострова. Это довольно емкая проблема в целом, однако посильная для общества. Первое и важное, на мой взгляд, это – массовое внедрение принципа «поймал-отпустил».

Мы у себя в компании активно эту идеологию внедряем. В пользовании у Sаlmonicа Travel находится ряд рыболовных участков, в том числе на труднодоступной и довольно изолированной логистически реке Жупанова. Река славится в первую очередь, дикой радужной форелью, популяция которой там одна из самых крупных в мире. Если по всему миру форель активно выращивают, то здесь, на Камчатке, есть местный эндемик — радужная форель или микижа. Это – один из главных трофеев для любителей ловли нахлыстом (прим. ред.: нахлыст – самый зрелищный и экологичный вид рыбной ловли на искусственную приманку – муху).

По спросу мы видим, что и в нашей стране в последние годы появляется все больше адептов нахлыстовой ловли. Есть отличные примеры, где рыбалка по принципу «поймал-отпустил» — это большой экономический пласт, например, Кольский полуостров. Сейчас и к нам, на реку Жупанова, едут все больше российских нахлыстовиков, для которых один из основных принципов – это деликатная ловля рыбы. Задача рыбака-любителя не только поймать трофей, но и сделать так, чтобы пойманная и отпущенная рыба продолжала расти в водоеме, нагуливаться и давать новое потомство.

– Я, как и многие россияне, уверена, что пойманную рыбу нужно непременно съесть, тем более если это дикий лосось. В чем фишка нахлыста?

– Фишка в том, чтобы подобрать нужную приманку, сделать точный красивый заброс, поймать трофей, сфотографироваться, измерить его. И дать возможность жить дальше. Важно ценить редкий ресурс, стараться заботиться о сохранности популяции. Наши гиды рассказывают клиентам о ценности каждого вида, стараются максимально бережно относиться к тому, что нам доверили, рассказывают, почему важно отпускать рыбу.

Большинство рек, где в пользовании компании находятся рыболовные участки, это эксклюзивные труднодоступные реки. И нам, конечно, чуть-чуть легче в этом смысле диктовать свои экологические правила, нормы и требования гостям. На многих реках, где туризм носит массовый и стихийный характер просто ввиду доступности, это делать гораздо сложнее.

— Почему?

– Объем запроса стал невероятно велик. Возьмем реку Большую, которая находится всего примерно в 200 км от Петропавловска-Камчатского. Это очень богатая и протяженная река. Но ее главная и ценность, и беда одновременно – ее доступность. И для жителей, и для туристов, и для браконьеров. В этой реке водится в том числе особо ценный вид лосося – чавыча. И лимит на ее вылов очень небольшой. А количество туристов, которых туда привозят, и местных жителей, которые едут туда рыбачить, огромное. Спрос на нее просто колоссальный: по оценкам председателя ассоциации «Камчатский лосось» Дмитрия Андрусенко, на реке ежедневно в период хода чавычи находятся порядка трехсот лодок!

Масштаб такой спортивной любительской рыбалки можно сравнивать с промышленным рыболовством, ведь большая часть людей на реке изымает всю пойманную рыбу. Лишь какая-то особая категория рыбаков, сторонников бережного отношения к ресурсу стараются большую часть пойманной рыбы отпускать. Наши партнеры и коллеги по ассоциации – компания «Биг Ривер», являющаяся пользователем ряда участков на Большой – очень активно пропагандируют экологичный подход к ловле, по сути стараются сформировать некую культуру в рыбалке. И надо сказать, у них немало сторонников и последователей. Но мы совершенно точно в меньшинстве. Я много лет рыбачу сама, а отпускать рыбу только учусь. Просто эта привычка изъять – в духе русского человека. Так что с учетом бешеного роста туристского потока, который устремляется на добычу этого дикого лосося, первое и основное, что мы можем сделать, — это внедрять экологические принципы лова.

Надо понимать, в конце концов, что лосось — это вообще очень ценный ресурс для всей камчатской экосистемы. Вся местная флора обязана своими свойствами лососю. Именно эта рыба – причина камчатского высокотравья, он переносит огромное количество полезной биомассы из моря, разнося ее по рекам, как по артериям, питая почву. Также не стоит забывать, что лосось — это основа рациона птиц, в том числе краснокнижных, и главное блюдо для бурого камчатского медведя, основа его кормовой базы. Не говоря о том, что это – традиционный привычный продукт для тех, кто здесь живет. В этом году по рекомендации науки был полностью запрещен лов чавычи на реке Опала и еще на нескольких водоемах для того, чтобы популяция этого вида рыб восстановилась, а на это необходимо время. Мы понимаем, что если на уровне государства, на уровне сообществ не начать принимать какие-то активные меры, то такая судьба ждет многие водоемы на Камчатке. И одно дело, когда речь идет о ценных видах лосося, но есть вероятность, что то же самое произойдет и с более массовыми видами – с кижучем, например. Истребить – не сложно и очень быстро. Камчатка знает такие примеры (корову Стеллера в период освоения региона выбили всего за несколько лет). А вот восстанавливаться популяции будут очень долго и только при колоссальных усилиях.

– Долго ли лосось растет до нереста?

– Чавыча, например, до своего половозрелого состояния только в море до 6 лет нагуливается, а еще год перед скатом в море растет в реке. Примерно столько же живет и кета, тоже довольно долго нагуливается в море – до 5 лет. Ну, кета и горбуша это одни из самых массовых. Горбуша – наиболее мелкая, до трех кг, период нагула в море в среднем составляет до полутора лет. В нересте приобретает совершенно причудливые формы – такие огромные горбы. Микижа вообще живет до 11 лет в реке, возраст кунджи достигает семнадцати лет. Когда ловишь такой трофей – как его не отпустить?

– Опытный рыбак знает, как ведут себя разные виды лосося. Можно пару правдивых рыбацких историй?

– Вообще, рыбалка на Камчатке — это совершенно фантастическая история, потому что именно на Камчатке обитают почти все виды тихоокеанских лососей. Основные – чавыча, нерка, кета, кижуч, горбуша. У нерки, например, такая особенность поведения: она не реагирует на искусственные приманки. Ее почти не ловят на удочку. Чавыча – это один из самых больших трофеев на Камчатке. Крайне сложная для добычи. У меня бывало, что чавычу я вываживала из реки больше часа. Ну и бывало, что за несколько дней ни одной поклевки. Самый мой ценный трофей – 18 кг. Чавыча — это рыба-пароход: благодаря ее весу, мощи и особому характеру. Поймать чавычу — это, конечно, исключительная радость для любого рыбака-любителя. Напором ты ее вытащить не сможешь – тебе нужно дать ей, условно, отойти, подойти. И, конечно, после чавычи один из самых ценных видов – это кижуч. Ход кижуча на Камчатке — это поистине невероятное время. Это массовая рыба, это крупная рыба, это рыба, которая интересно ведет себя, которая всегда бодрит рыбака. Если чавыча – это больше рыбалка для искушенных, то рыбалка на кижуча – более массовая. Ход этой серебристой красивой рыбы начинается примерно после 20 августа на Камчатке – это яркие, красивые осенние краски, реки полные рыбы, это для рыбаков, конечно, полный кайф.

Менее массовая и популярная, но не менее захватывающая рыбалка и на другие виды. Например, у нас на реке Жупанова большое количество очень крупной кунджи. Ее в народе называют рыба-собака. Она довольно агрессивна в повадках и достигает 10 кг веса. Микижа — это совершенно отдельная история, она при ловле выпрыгивает из воды, у рыбаков это называется «делает свечку», и это, конечно, очень любопытное зрелище.

— А как же байки? Не брать с собой рыбу для перекуса на рыбалку? Желать «ни хвоста, ни чешуи»? Говорят, на Камчатке есть местное поверье, что на реке живет дух, покровитель рыбаков, у которого надо рыбу попросить и обязательно налить в реку немного алкоголя…

– Такие байки точно есть во всех регионах. Рыбалка – это, конечно, мастерство, но и удача здесь играет существенную роль. А в наших традициях – придумать какое-то объяснение всякому явлению, назначить ответственного за неудачную рыбалку, соседа, который пожелал «удачи», вместо «ни хвоста..»… У меня тоже есть свои – но, поделюсь главной – если едешь на реку с категоричным настроем «поймать», то удачи не видать. А если просто получаешь удовольствие от природы и процесса – то и трофей будет.    

Вообще, очень не хочется, чтобы камчатский лосось стал дефицитным, очень хочется, чтобы он всегда оставался основой продовольственной безопасности для жителей Камчатского края и всей страны, ценным ресурсом для туризма, но ценным не с точки зрения поймал, убил и съел, а с точки зрения насладился рыбалкой и сохранил. Особенно когда ты ловишь крупный экземпляр трофейной рыбы, понимаешь, что она доросла до своих 7−10 кг, а в случае с чавычей и до 20 кг, и осознаешь, как непросто ей было выжить во внешней агрессивной среде. И отпускаешь.