Установка монумента к 80-летию Курильской десантной операции началась на острове Шумшу

Сердце, приехавшее из СССР

История поезда-электростанции № 12 началась в июне 1957 года. В те времена Советский Союз протянул руку помощи молодому Китаю, помогая ему встать на рельсы индустриализации в рамках знаменитой программы «156 производственных проектов». Сердце этого поезда — мощнейшая для своего времени генераторная установка на 4000 кВт — было полностью создано на советском заводе, импортировано в КНР в 1958 году и смонтировано в Харбине.

Представьте, какая это была передовая вещь! Мобильная, сильная электростанция на рельсах. Там, где ещё нет столбов и ЛЭП, где только-только начинают копать первые шахты или строить заводы, этот поезд мог появиться в кратчайшие сроки и буквально с колёс дать людям свет и колоссальную энергию.

За 26 лет самой активной работы поезд срывался с места по тревоге шесть раз. Куда его только не бросала судьба: Хэйлунцзян, Аньхой, Ганьсу, Внутренняя Монголия — он успел поработать в шести регионах четырёх провинций страны, выдав фантастические 466 миллионов киловатт-часов энергии!

Секретная миссия: как советский поезд помог китайской бомбе

Но самая захватывающая, почти детективная страница в биографии поезда была написана в глубоком тылу Китая, в выжженных солнцем землях провинции Ганьсу.

В октябре 1963 года состав под грифом «секретно» направили в Цзюцюань. Его задачей было бесперебойное снабжение энергией так называемого «Завода 404» (14-го бюро Министерства машиностроения). Именно там ковался оборонный щит Поднебесной.

И вот исторический день — 16 октября 1964 года. В небо поднялся огненный гриб: Китай успешно провёл испытание своего первого ядерного устройства. Мало кто знал тогда, что в этой исторической вспышке был и свет, рождённый советским генератором, и круглосуточный, самоотверженный труд бригады поезда № 12. Весь коллектив поезда тогда получил горячую официальную благодарность от высшего руководства страны.

Из атомного проекта — на угольные разрезы

Время шло, геополитические ветры менялись, но работяга-поезд продолжал делать то, для чего был рождён, — давать свет. В 1980 году Министерство электроэнергетики КНР присвоило ему почётное звание «Передовое предприятие электроэнергетической промышленности Китая».

А в октябре 1983 года поезд наконец прибыл на постоянное место жительства — его безвозмездно передали Горнодобывающему управлению Чжалайнор здесь, на нашей границе. Состав верой и правдой обеспечивал током огромные угольные разрезы, на которых держалась экономика региона.

Энергопоезд трудился невероятно долго. Его отключили от сети и отправили на заслуженный покой только в апреле 2008 года! Шутка ли: за 52 года непрерывной службы этот трудяга прошёл более 20 тысяч километров, застал великие и грозные исторические события и воспитал не одно поколение китайских энергетиков. Его хотели утилизировать из-за строгих экологических норм, но вовремя поняли: перед ними живая история.

Мост дружбы через рельсы и десятилетия

Сегодня два главных вагона поезда, включая святая святых — машинное отделение, бережно сохраняются в Чжалайноре. Отношение к нему в Китае самое трепетное. В сентябре 2023 года его включили в список индустриального культурного наследия центральных предприятий КНР, а летом 2025 года он пополнил официальный реестр индустриального наследия всей электроэнергетической отрасли Китая. О советском поезде пишут книги и снимают репортажи.

И то, что этот мемориальный объект стоит сегодня именно в приграничье, имеет глубокий, почти символический смысл. Техника и общая история — это универсальный язык добрососедства, понятный без переводчиков. Любой российский турист или исследователь, приехав в Маньчжурию, увидит в этих знакомых зелёных вагонах родные черты советской инженерной мысли.

Этот поезд — живой памятник тому, как прочно переплетены судьбы наших стран. Он доказывает: в основе отношений России и Китая лежат не просто красивые слова, а реальные дела, общий пот, тяжёлый труд и инженерные решения, которые до сих пор, спустя почти семьдесят лет, крепко стоят на рельсах у самой границы.

中文摘要

第12号列车发电站：点燃中国第一颗原子弹的“苏联礼物”

(本图文资料由扎赉诺尔博物馆张智文馆长提供珍贵影像与史料支持)

在俄罗斯与中国边境的扎赉诺尔（满洲里市），静静停放着两节绿色的老式火车车厢。它们并非普通的废旧钢铁，而是被正式列为中国国家级工业文化遗产的珍贵历史见证。

这列“第12号列车发电站”组建于1957年。在苏联援助中国工业化的“156项工程”背景下，其核心设备——一台4000千瓦的苏联产发电机组，于1958年运抵哈尔滨并投入运行。作为当时最先进的移动电站，它在26年间转战4省区，累计发电4.66亿千瓦时。

最令人震撼的是其“秘密使命”。1963年，该列车被秘密调往甘肃酒泉，为“404厂”提供电力保障。1964年10月16日，中国第一颗原子弹爆炸成功，这背后离不开第12号列车发电站的日夜供电与全体乘务员的默默奉献。

1983年，这列功勋列车被无偿调拨至扎赉诺尔矿务局，在煤炭开采一线继续发光发热，直至2008年光荣退役。52年间，它行程逾2万公里。如今，它作为中俄工业合作与两国人民深厚友谊的“活化石”，被妥善保存在扎赉诺尔，向世人诉说着那段跨越国界的峥嵘岁月。

«Транссиб продвигался обширным фронтом…»

Роль Транссибирской магистрали в освоении востока России не переоценить. До появления Великого Сибирского пути дорога на восток занимала годы. После открытия в 1880 году пароходной линии Доброфлота «Одесса – Владивосток» – месяцы. Железная дорога, стянувшая страну, как обруч бочку, сократила время до считаных дней. Это была настоящая железнодорожная революция.

Сооружение Великого Сибирского пути началось в 1891 году с двух сторон сразу. В Челябинске первый костыль забил студент-практикант Петербургского института путей сообщения Александр Ливеровский. Во Владивостоке старт стройке дал цесаревич Николай.

В 1903 году дорогу ввели в строй. На восток потянулись «столыпинские» вагоны с крестьянами, скотом, инвентарём. Из Сибири в Европу пошли зерно и масло. Один за другим вырастали посёлки и города (включая Новосибирск – ныне третий в России по населению). Из очерка писателя Валентина Распутина: «Транссиб продвигался обширным фронтом, оставляя после себя не одно лишь собственное путевое и ремонтное хозяйство, но и училища, школы, больницы, храмы… Всюду вдоль трассы велась геологическая разведка… Дорога расчищала и углубляла русла рек, строила судоверфи и обзаводилась своим флотом, распахивала поля и засевала их овсом для лошадей и рожью для рабочих, осушала болота, заготавливала лес, вела дипломатию с восточными странами».

Байкало-амурская пауза

Два самых сложных участка – байкальский и амурский – оставили на потом. Через Байкал вагоны переправляли паромами. Из Забайкалья в Приморье поезда шли не через Хабаровск, как сейчас, а через Китай – по Китайско-Восточной железной дороге, построенной русскими инженерами в 1897—1903 гг.

Война с Японией 1904–1905 гг. лишила Россию половины Сахалина, Порт-Артура и южной ветки КВЖД. Стало ясно: стратегически важная дорога должна идти полностью по российской территории. Уже в конце 1905 года ввели в строй Кругобайкальскую железную дорогу, изобилующую пробитыми в скалах тоннелями. Её прозвали «Золотой пряжкой Транссиба» - из-за красоты и стоимости. В пересчёте на километр Кругобайкалка оказалась самым дорогим звеном всей магистрали.

Потом взялись за Амурскую железную дорогу от Сретенска до Хабаровска – две тысячи вёрст по глухим и порой вечномёрзлым местам. Ряд высоких чинов высказывались против строительства, ссылаясь на его дороговизну. Однако премьер Пётр Столыпин проект, что называется, продавил. В 1915 году Амурская железная дорога была завершена. Последний, «серебряный» костыль забил тот же Александр Ливеровский, успевший потрудиться на сооружении Кругобайкалки, а теперь руководивший стройкой восточного крыла Амурской дороги.

В 1917 году этот незаурядный инженер ненадолго стал министром путей сообщения Временного правительства. При Советах преподавал в ленинградском Институте инженеров путей сообщения, писал учебники, консультировал Госплан, занимался вопросами прокладки дорог в особо сложных условиях (вечная мерзлота, болота, сейсмичность). В 1933 году доктора технических наук Ливеровского дважды арестовывали по «вредительскому» делу, однако уже в 1934-м он был освобождён и вернулся к работе. Во время войны участвовал в проектировании ледовой Дороги жизни через Ладогу, был награждён тремя орденами. 

Меж высоких берегов Амура

Последним звеном Транссиба, идущего теперь уже исключительно по российской земле, стал мост через мощный и своенравный Амур - вызов для инженеров и строителей. За дело взялись мэтры мостостроения: профессор Лавр Проскуряков спроектировал пролётные строения, профессор Григорий Передерий (в 1943 году он станет академиком и лауреатом Сталинской премии) - западный подход. Мост заложили 30 июля 1913 года, в день рождения наследника престола цесаревича Алексея, у деревни Осиповки к северу от Хабаровска, позже влившейся в город. На церемонии присутствовал приамурский генерал-губернатор Николай Гондатти.

Мост стал достопримечательностью уже на стадии стройки. В конце того же 1913 года его осматривал знаменитый норвежский путешественник Фритьоф Нансен в компании не менее известного коллеги – писателя, учёного, исследователя Дальнего Востока Владимира Арсеньева, заведовавшего тогда Гродековским музеем.

Металлические фермы для моста производили в Варшаве, в Одессе грузили на пароходы и везли во Владивосток, откуда железной дорогой доставляли в Хабаровск. В годы Первой мировой войны морской маршрут стал опасным: в Восточно-Китайском и Жёлтом морях рыскали немецкие крейсера, стоявшие в Циндао… Из-за войны и капризов погоды строители вышли из графика. Но всё-таки в 1916 году 2,6-километровый мост достроили. Сроки поражают и сегодня: три с небольшим года, ещё и в военное время! 

Железный хребет России 

5 (18) октября 1916 года мост, названный Алексеевским в честь цесаревича, освятили и открыли для движения. Правда, один пролёт был выполнен не в металле, а в дереве. Вёзший фермы пароход «Пермь» зашёл на Цейлон пополнить запасы угля и воды, где по какой-то причине загорелся (существует версия о «немецком следе»). Чтобы огонь не перекинулся на другие суда, англичане затопили «Пермь». Фермы перегрузили на пароход «Курск», который доставил их во Владивосток. Однако конструкции были повреждены взрывом английской мины, их пришлось дозаказывать. Весной 1917 года временный деревянный пролёт заменили металлическим.

С вводом моста в строй Транссиб был завершён. Протянутая сквозь сибирскую бесконечность стальная нитка стала длиннейшей железной дорогой в мире и рукотворным хребтом России. Теперь поезда достигали Тихого океана, не покидая российской территории. Дальний Восток оказался накрепко привязан к основному телу России. Не Транссиб ли не дал нашей стране распасться в огневых бурях ХХ века?

…История вписывала в биографию Амурского моста новые драматичные страницы. В 1920 году, после «японского выступления», отступавшие из Хабаровска партизаны взорвали два пролёта. Подрывом руководил партизанский командир Демьян Бойко-Павлов, когда-то работавший на строительстве моста клепальщиком… После этого грузы и пассажиров перевозили паромами, зимой рельсы укладывали прямо на лёд. Движение по мосту возобновилось только в 1925 году, когда страна пришла в себя после смуты.

В 1931 году Маньчжурию – северо-восток Китая – захватила Япония. В 1935-м Советский Союз вынужденно продал КВЖД властям марионеточного государства Маньчжоу-го, созданного японцами. Война с Японией казалась неизбежной, Транссиб нужно было усиливать. Летом 1941 года у Хабаровского моста появился дублёр – железнодорожный тоннель под Амуром. 

На рубеже ХХ и XXI веков мост реконструировали. Он стал двухэтажным: по нижнему ярусу бегут поезда, по верхнему – автомобили. А на берегу появился музей истории моста, один из главных экспонатов которого – старинная ферма конструкции профессора Проскурякова.

Кто этот мужчина с аккуратными усами и добрыми морщинками вокруг глаз, который сидит на песчаной косе? За его спиной на высоком берегу пламенеет закат, видны узнаваемые очертания Утёса, силуэт памятника Муравьёву-Амурскому, а вдали угадывается мост через Амур? Это сам Хабаровск, каким его увидели авторы нового детского краеведческого проекта «Сказки Дедушки Хабаровска».

Пустые библиотечные полки и смелая идея

История любой хорошей детской книги почти всегда начинается с родительской или профессиональной досады: когда нужно найти что-то стоящее, на полках оказывается пустота.

Детский писатель, сценарист квестов и праздников Елена Алфёрова профессионально работает с детьми не первый год. Когда во время учебы на экскурсовода в Российском государственном университете туризма и сервиса она взялась создать детский маршрут по Хабаровску, то сразу уперлась в глухую стену.

— Я искала книги о Хабаровске для детей, ходила в детские библиотеки города, искала в интернет-магазинах, — вспоминает Елена. — Оказалось, что таких изданий практически нет. Есть фундаментальные энциклопедии, учебники для старшеклассников, справочники, но живой художественной книги для первого знакомства малышей с городом на рынке просто не существует.

Сначала Елена решила перепроверить свои ощущения: вдруг она просто плохо искала? В конце прошлого года команда провела опрос среди хабаровских родителей и педагогов. Результат подтвердил диагноз: взрослые единодушно признались, что с радостью рассказывали бы ребятам о родных улицах, но опереться не на что — городская история говорит с дошкольниками сухим языком дат и параграфов.

— Я решила не ждать, пока кто-то сделает это за нас, а написать такую книгу самой, — признается Елена. — Тем более за плечами уже был опыт детских историй и работы со сложным материалом.

Идею поддержал Президентский фонд культурных инициатив, но главному замыслу еще только предстояло обрести плоть — городу нужен был свой голос и лицо.

Кто такой Дедушка Хабаровск

Главным рассказчиком на страницах стал Дедушка Хабаровск. Но кто он такой? Памятник, оживший первопроходец или дух тайги? За визуальный образ взялись художницы творческого объединения «ТутАрт» Ольга Предохина и Елизавета Кононенко. Обе — не просто иллюстраторы, а профессиональные архитекторы, привыкшие смотреть на городскую среду как на единый живой организм.

— Мы архитекторы, поэтому для нас эта работа особенная, — рассказывает художественный руководитель проекта Ольга Предохина. — Город постоянно меняется, растет, перестраивается. И в облике Дедушки мы попытались поймать это взросление.

Дедушка получился собирательным образом — в его чертах угадываются и сибирские землепроходцы, и офицеры XIX века, и современные хабаровчане. Самое интересное, что его костюм меняется прямо по ходу повествования.

— До основания поста он появляется на страницах в простой холщовой одежде, затем примеряет военный мундир, а в главах о современности щеголяет уже в светском костюме, — объясняет Ольга. — Даже эполеты на его плечах усложняются и дополняются деталями по мере того, как разрастается город.

Граф с лопатой и архивные карты

Художественная кухня проекта оказалась полна споров между исторической строгостью и детской фантазией. Сначала художницы распечатывали черновики глав, читали их вслух и набрасывали первые образы карандашом на бумаге. Затем многие сцены приходилось перекраивать заново.

— Некоторые сюжеты заметно изменились по сравнению с первыми эскизами, — признается Ольга Предохина. — Книга историческая, и здесь нельзя вольно обращаться с обликом реальных людей или памятников.

При этом авторы искали понятные метафоры, которые зацепят пятилетнего ребенка лучше любого учебника. Например, генерал-губернатор Восточной Сибири Николай Муравьёв-Амурский изображен на одной из иллюстраций… с простой рабочей лопатой в руках. Исторический анекдот? Вовсе нет: ребенку нужно наглядно объяснить, что значит «заложить военный пост» посреди глухой приамурской тайги. Чтобы не погрешить против истины, художницы сами перерыли архивы и вручную реконструировали историческую карту первых постов, основанных графом.

Вторую половину графического мира — акварельную, мягкую и воздушную — создавала Елизавета Кононенко:

— Сначала я делаю черновой набросок на планшете, согласую его с автором текста и только потом ухожу в цвет и проработку деталей, — рассказывает Елизавета. — Мне хотелось, чтобы архитектура оставалась абсолютно узнаваемой, но выглядела чуточку волшебной. Чтобы ребенок потом шел по улице Муравьёва-Амурского или Тургенева, дергал маму за руку и кричал: «Смотри, это же дом из нашей книги!». 

Город, который строим мы

Обе художницы признаются, что проект стал для них очень личной историей. Для них Хабаровск — не просто координаты на карте Дальнего Востока, а пространство, которое они каждый день меняют своими руками (на счету объединения уже пять масштабных муралов на фасадах городских зданий).

— Главная мысль, которую мы вложили в рисунки, — город зависит от нас с вами, — подчеркивает Ольга Предохина. — Мы хотели показать вклад конкретных людей: первопроходцев, строителей, солдат. Каждый из нас вносит этот вклад ежедневно. Хочется, чтобы такие сказки вдохновляли детей не просто играть в исследователей, а вырастать и строить свой город дальше.

Елизавета добавляет, что работа над книгой вернула ее в собственные детские воспоминания:

— Мне хотелось передать Хабаровск таким, каким я помню его с ранних лет: солнечным, зеленым, очень добрым и уютным. Если после нашей книги ребенку захочется внимательнее разглядывать старые фасады, кованые решетки и речные волны, значит, мы всё сделали правильно. 

Что дальше

Работа над иллюстрациями вышла на финишную прямую: авторы вносят последние штрихи, сверяют цвета и готовят макет к передаче в типографию.

Уже в ноябре первые 300 подарочных экземпляров в плотном твердом переплете выйдут в свет. Весь стартовый тираж бесплатно передадут в детские сады, начальные классы и детские библиотеки Хабаровска, где «Дедушка» начнет свой первый большой разговор с теми, кому предстоит строить будущее этого берега.

Опорный пункт и стратегический центр

Впервые русские люди на берегу Охотского моря появились летом 1639 года. После трудного, занявшего много месяцев пути с берегов реки Лены три десятка казаков под началом атамана Ивана Москвитина вышли, как тогда говорили, «на большое море окиян, по тынгускому языку на Ламу» и создали острог. От него шли маршруты вглубь материка и к новым берегам, отсюда отправляли отряды для сбора ясака, отсюда грузы из Сибири переправляли морем на Камчатку. Для России того времени закрепление на побережье Охотского моря имело стратегическое значение.

Уже в первые десятилетия существования острог стал еще и хозяйственным пунктом: здесь развивали солеварение, заготовку леса, производство простейших строительных материалов. Плотбища — места постройки судов — стали одной из важнейших частей инфраструктуры. Поскольку без лодок и морских судов невозможно было ни снабжение, ни экспедиции, ни торговля, рядом с укреплениями росли мастерские, склады и верфи, приезжали из разных регионов казаки, плотники, кормщики, проводники, купцы. Так из небольшого острога Охотск вырос в опорный пункт, в центр, где решались вопросы власти, снабжения и продвижения на восток.

Огромную роль в становлении порта сыграли экспедиции, прежде всего проекты Витуса Беринга. Они превратили Охотск в центр притяжения сил и ресурсов: сюда свозили припасы, инструменты, карты, сюда стекались команды, здесь готовили суда к дальним переходам.

Расцвет и упадок

В 1731 году императрица Анна Иоанновна учредила Охотскую военную флотилию, а порт в Охотске стал первой официальной военно-морской базой России на Тихом океане. Именно отсюда «держали руку на пульсе» всего северо‑востока империи.

Важной частью экономической жизни стала Охотская ярмарка. Во второй половине XVIII века она превратилась в главный торговый центр северо‑востока: сюда съезжались купцы, промышленники, местные народы, команды экспедиций. Годовой оборот ярмарки исчислялся сотнями тысяч рублей — по меркам того времени это были серьезные деньги, показывавшие, насколько плотно Охотск был вплетен в экономическую ткань страны.

К середине XIX века Охотск стал терять свое стратегическое значение: империя росла, менялись задачи, появлялись более удобные поселения для развития Дальнего Востока. В 1845 году торговый порт перенесли в Аян, а через четыре года после этого Охотскую военную флотилию и морское управление перевели в Петропавловскую гавань (ныне Петропавловск‑Камчатский). В 1850‑х годах на первый план вышел Николаевск‑на‑Амуре, а позже — Владивосток. Эти порты были ближе к новым экономическим и военным приоритетам страны и лучше вписывались в растущую сеть морских и сухопутных маршрутов. В результате Охотск оказался на периферии больших государственных проектов.

Охотская ярмарка теряла обороты, поскольку фокус торговли сместился на новые порты, производство, ориентированное на нужды флота и экспедиций лишалось основного заказчика, население, которое раньше росло за счет притока моряков, мастеров, военных и торговцев, начало сокращаться. Охотск из центра управления и логистики превратился в один из пунктов региональной сети. Сгинуть поселению не дало золото – в 1912 году его залежи обнаружили рабочие, строившие телеграфную линию. Сюда вновь потянулись люди.

Золото, рыба и ставка на туризм

Сегодня Охотск — это небольшой поселок на севере Хабаровского края, где ритм жизни задает не флот и не большие экспедиции, а рыбная промышленность и горнодобыча. Вблизи Охотска до сих пор продолжают добывать драгоценный металл – несколько предприятий извлекают здесь россыпное и рудное золото. За счет этого горнодобывающая отрасль остается основной для этой территории. При этом Охотский округ до сих пор остается центром рыбной промышленности региона. Сегодня здесь работают 23 организации из этой сферы, четыре из них являются поселкообразующими.

Сейчас в округе, который объединил Охотск и 12 ближайших поселений, проживает чуть больше шести тыс. человек, 21% из них – представители коренных малочисленных народов Севера.

Основная проблема для Охотска и всего округа – логистическая. Добраться сюда можно только на самолете. Гостям здесь всегда рады, однако добраться сюда дорого и затруднительно, поэтому помимо развития туристической инфраструктуры, здесь намерены улучшать транспортную составляющую.

«Пока туристический поток в Охотский округ невелик, однако планы серьезные: реконструкция аэропортового комплекса и взлетно-посадочной полосы, ремонт дорог. Вообще Охотский округ с уверенностью смотрит в будущее. Путь к нему лежит через развитие производства, заботу о людях, бережное отношение к традициям, которые веками складывались на этой суровой земле», — отмечает глава Охотского муниципального округа Максим Климов.

Сын премьер-министра марионеточного государства Маньчжоу-го, Чжан Мэнши родился в 1922 году в Харбине. Его детство пришлось на уникальный перекрёсток культур — здесь русская эмиграция, китайское население и японское влияние сталкивались ежедневно. Мальчик с детства свободно заговорил по-русски — именно это знание станет его главным оперативным оружием.

Отец — Чжан Цзинхуэй — в 1935 году возглавил правительство Маньчжоу-го, став символом предательства для миллионов китайцев. Сын, напротив, с ранних лет ненавидел колониальный режим. Как пишет в мемуарах сам Чжан Мэнши: «В школе сверстники кричали мне в лицо: "Вангону!" — раб разрушенного государства. Я не жаловался, потому что чувствовал — они правы. Я хотел вырваться из этого проклятого круга». В 13 лет он сбежал из дома, но был перехвачен японской тайной полицией.

Токийский студент и подпольщик

В 1940 году Чжан Мэнши поступает в престижный Университет Васэда в Токио. Его официальным поручителем выступает лично министр армии генерал Хидэки Тодзио — японцы видят в нём будущую марионетку. Однако в столице Японии он попадает под опеку резидента Компартии Китая и принимает присягу в подпольной организации «Новое общество изучения знаний» («Синь Янь»). Под видом светского студента он изучает марксизм, осваивает конспирацию и создаёт разведывательную сеть.

Операция «Южное направление»: как студент из Чанчуня помог спасти Москву

В октябре 1941 года перед чанчуньской ячейкой встала стратегическая задача — любой ценой установить, куда нанесёт удар Квантунская армия. Чжан Мэнши под предлогом визита к больным родителям вылетает в Чанчунь.

«Поздно вечером отец буднично приказал мне подняться в его кабинет и принести деньги для маджонга. Оказавшись в пустой комнате, я вскрыл папки и нашёл строго засекреченный приказ об отставке командующего обороной Маньчжурии генерала Томоюки Ямаситы. Это означало, что Япония отказывается от наступления на СССР. А затем министр Гу Цзыхэн в беседе подтвердил: в Токио победили сторонники "южного удара"», — этот эпизод из рукописи 1945 года сегодня читается как захватывающий шпионский роман.

Данные Чжан Мэнши были немедленно переданы в Москву. Сопоставив их с информацией Рихарда Зорге, И. В. Сталин получил подтверждение: Япония не нападёт на Советский Союз зимой 1941 года. Это позволило перебросить сибирские и забайкальские дивизии под Москву — именно они стали решающей силой в контрнаступлении Красной Армии.

Молоковка — невидимый режиссёр

В августе 1945 года, сразу после вступления Красной Армии в Чанчунь, Чжан Мэнши добровольно явился к советскому майору Могулевскому и предложил сотрудничество. Его подпись под обязательством «в случае ложных сведений — расстрел» зафиксирована в его мемуарах. Через несколько дней, 30 августа, он вместе с отцом и министрами был отправлен в Читу.

В Молоковке Чжан Мэнши, оставаясь под видом простого интернированного, стал негласным связным и аналитиком коменданта Спецобъекта № 30 подполковника НКВД И.И. Волкова. Он фиксировал настроения министров, предотвращал панику, а главное — постепенно переубеждал панически боявшегося выдачи Пу И в том, что единственный способ выжить — абсолютная покорность советской стороне.

Он был главными "глазами и ушами" НКВД внутри императорской свиты. Без его контроля обеспечить управляемость Пу И было бы значительно сложнее. Это уникальный случай, когда сын премьер-министра работал на советскую контрразведку, действуя по заданию Компартии Китая.

Позже, уже в Хабаровске (Спецобъект № 45 «Красная Речка»), Чжан Мэнши участвовал в подготовке Пу И к Токийскому трибуналу, помогая следователям подполковнику М.М. Кудрявцеву и переводчику Г.Г. Пермякову собирать и оформлять необходимые показания.

Возвращение из тени

В 1950 году Чжан Мэнши вернулся в Китай. Его отец — премьер-министр Маньчжоу-го — был отправлен в тюрьму, а сам бывший агент получил назначение... начальником по работе с заключёнными в ту же самую тюрьму. Жизнь замкнула круг.

«Рождение не выбирают, но дорогу ищут сами», — эти слова из его мемуаров стали своеобразным девизом всей его жизни.

Сегодня, благодаря рассекреченным архивам УФСБ и кропотливой работе забайкальских исследователей, имя Чжан Мэнши возвращается из небытия. Его судьба — это урок верности долгу, мужества и исторической справедливости.

Мы благодарны Управлению ФСБ России по Забайкальскому краю, которое предоставило нам доступ к этому уникальному делу. Без открытия архивов мы бы никогда не узнали этой истории. И это — лишь начало. Впереди ещё много страниц, которые ждут своего исследователя. В канун 3 сентября, Дня Победы над Японией, такие открытия становятся живым напоминанием о том, что Победа ковалась не только на полях сражений, но и на невидимых фронтах, где решалась судьба мира.

文章标题：

“中国佐尔格”张梦实：从拯救莫斯科到东京审判的隐秘战线传奇

中文摘要：

在9月3日中俄共同纪念战胜日本军国主义81周年之际，我们不仅缅怀前线将士，更将目光投向那些在“隐秘战线”上默默奉献的英雄。本文首次深度披露了被誉为“中国佐尔格”的中共情报员张梦实的传奇生涯。作为伪满洲国总理张景惠之子，他利用特殊身份深入敌营，不仅成功获取了日军“南进”战略的核心机密，为斯大林调动西伯利亚师保卫莫斯科提供了关键情报支撑，更在战后协助苏中情报机构，成功将伪满皇帝溥仪转化为东京国际军事法庭的关键证人。

这些震撼人心的历史细节，得益于俄罗斯联邦安全局（FSB）外贝加尔边疆区管理局首次公开的第16号解密档案。正是“局里”对历史档案的无私开放与保护，让这段跨越国界的红色谍战史重见天日。这不仅是对历史真相的捍卫，更是对中俄两国人民在反法西斯战争中用鲜血和情报凝结而成的共同记忆的最高致敬。

Долгие десятилетия считалось, что пребывание последнего императора Китая Айсиньгёро Пу И в Забайкалье было не более чем тихой санаторной ссылкой. Рассекреченные архивы Управления ФСБ России по Забайкальскому краю, переданные для изучения Забайкальской краевой универсальной научной библиотеке им. А. С. Пушкина, развенчивают этот миф. Речь идёт о Деле № 16 (современный шифр — Архивный № 1098) — уникальном комплексе документов, в котором зафиксирована подлинная история Спецобъекта № 30.

Молоковка была не местом заточения, а высокотехнологичным полигоном межведомственного и международного взаимодействия, под одной крышей здесь работали четыре силовые структуры: НКВД, НКГБ, военная разведка ГРУ и нелегальная сеть Компартии Китая. Их цель была не наказать, а создать управляемый политический инструмент для будущего мирного развития Азии.

Это открытие стало возможным благодаря тому, что руководство УФСБ России по Забайкальскому краю предоставило исследователям доступ к фондам, которые десятилетиями хранились под грифом «Секретно». Как подчёркивают в ведомстве, такая работа — часть государственной политики по защите исторической правды и сохранению памяти о подвигах предшественников.

Конфликт ведомств и рождение «золотой клетки»

Малоизвестный факт: развёртывание спецоперации в Молоковке началось с острого столкновения между военными и чекистами. Армейская разведка (ГРУ) и контрразведка «СМЕРШ», захватившие Пу И в Мукдене, пытались оставить «золотого заложника» в своём ведомственном контуре. Однако маршал Л. П. Берия настоял на передаче объекта НКВД — именно там существовала отлаженная инфраструктура Главного управления по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ) для долгосрочной фильтрации высшего коллаборационистского контингента.

Переломный момент зафиксирован в директиве маршала А. М. Василевского от 22 августа 1945 года: «Маньчжурский император Пу И должен был быть интернирован, но не арестован... Приказываю: из органов НКВД изъять, передать в распоряжение органов "СМЕРШ"». Однако уже через несколько дней победила логика государственной целесообразности — Молоковка стала Спецобъектом № 30, а его комендантом — подполковник НКВД И. И. Волков.

Три стратегические задачи, решившие судьбу Азии

Изоляция Пу И в Молоковке решила три глобальные задачи, которые в итоге определили послевоенное устройство Дальнего Востока.

Первая — блокировка Гоминдана. Осенью 1945 года Маньчжурия стала главным призом гражданской войны в Китае. Бывший премьер-министр Маньчжоу-го Чжан Цзинхуэй тайно радировал Чан Кайши, пытаясь перекрасить коллаборационистскую администрацию в легитимную гоминьдановскую власть. Заперев Пу И и его министров в забайкальской глуши, советское руководство на корню пресекло эту опасную игру. Пока Чан Кайши требовал экстрадиции императора, Сталин последовательно отклонял все запросы. Это дало частям Линь Бяо бесценное время для создания опорных баз в Маньчжурии.

Вторая — создание предпосылок для подготовки идеального свидетеля для Токийского трибунала. В Молоковке Пу И был помещён в «золотую клетку»: без колючей проволоки, без конвоя внутри периметра, но под абсолютным контролем. Майор НКГБ П. Б. Веденский и нелегальный агент КПК Чжан Мэнши использовали панический страх императора перед выдачей Гоминьдану. В результате, когда настал час, Пу И дал на Токийском трибунале (август 1946 года) уникальные восьмидневные показания, разоблачившие преступления японского милитаризма перед всем миром.

Третья — сакральный транзит «Мандата Неба». В июле 1950 года на пограничной станции Суйфэньхэ полностью управляемый и покаявшийся бывший император был передан правительству Мао Цзэдуна. В глазах китайского народа этот акт означал, что древний «Мандат Неба» (Тяньмин) окончательно и бесповоротно перешёл к новой коммунистической власти. КНР получила безупречную историческую легитимацию.

Сохранение памяти и сотрудничество ради будущего

Сегодня, в дни празднования 81-й годовщины Победы над Японией, эти факты обретают новое звучание. Они напоминают, что российско-китайское стратегическое партнёрство не является плодом политической конъюнктуры — оно было выковано общей борьбой на невидимом фронте.

Забайкальские исследователи выражают глубокую признательность руководству УФСБ России по Забайкальскому краю, которое не просто открыло архивы, но и активно поддерживает научные изыскания. Именно такой подход позволяет восстанавливать подлинную картину событий и извлекать уроки из прошлого.

«Мы видим, что наше сотрудничество с архивным отделом УФСБ приносит реальные плоды, — отмечает директор Забайкальской КНУБ им. А.С.Пушкина Е.В.Сивцова. — Рассекреченные дела становятся не просто историческими документами, они являются ключом к пониманию механизмов, которые определили современный мир. Через предоставление этих архивов ведомство вносит неоценимый вклад в защиту исторической правды и сохранение памяти о подвигах предшественников. И эта работа продолжается».

В преддверии 3 сентября такие открытия — лучший памятник тем, кто на тайных фронтах приближал Великую Победу.

文章标题：

莫洛科夫卡——新亚洲的孵化器：苏联与中共情报机构如何将末代皇帝溥仪转化为政治工具

中文摘要

9月3日是俄罗斯与中国共同纪念战胜日本军国主义的伟大日子。本文基于俄罗斯联邦安全局外贝加尔边疆区管理局最新解密的珍贵档案（第16号案卷），首次深度还原了1945年8月至10月间，在赤塔郊外神秘的“莫洛科夫卡”特别收容所内，苏联与中共情报机构如何展开隐秘而高效的战略合作。文章揭示了双方如何通过“金笼子”策略，成功将伪满洲国傀儡皇帝爱新觉罗·溥仪转化为东京审判的关键证人，并巧妙完成了“天命”向新中国的历史性转移。俄罗斯联邦安全局外贝加尔边疆区管理局通过开放绝密档案，为捍卫历史真相、传承中俄两国人民在反法西斯战争中凝结的深厚友谊与共同记忆做出了不可磨灭的贡献。