Зарплату выше средней по РФ предлагают в селах Дальнего Востока

Статистика по строительству и вводу жилья в ДФО     

В Дальневосточном ФО в январе-апреле 2026 г. зафиксирован рост объемов строительных работ – на 5,3% относительно аналогичного периода 2025 г., на фоне сохраняющегося общероссийского спада (снижение индекса до 91,6%). В целом ДФО за отчетный период стал единственным из федеральных округов страны, продемонстрировавшим положительную динамику в строительстве. Но при этом в сфере жилищного строительства на Дальнем Востоке наблюдается спад, хотя темпы снижения ниже общероссийских (индекс - 92,2% против 76% в РФ).

По объему работ, выполненных по виду деятельности «Строительство», на Дальнем Востоке в январе-апреле текущего года рост обеспечили пять регионов. Лидерами среди них являются Чукотский АО, Бурятия (с ростом более чем в три раза), Еврейская АО (рост на 43,2%). Также положительная динамика была зафиксирована в Хабаровском крае (+37,2%) и Сахалинской области (+21,7%). На рост влияет в том числе реализация инфраструктурных проектов. Так, за январь-март 2026 г. регионы ДФО в целом направили на инфраструктурные проекты 21,9 млрд рублей, что на 13% больше, чем за аналогичный период годом ранее^[1]. Наиболее существенный спад в строительстве за отчетный период продемонстрировали Амурская область (снижение индекса до 72,1%), Магаданская область (75,7%) и Якутия (87,3%).

Таблица 1. Объем работ, выполненных по виду деятельности «Строительство», январь-апрель 2026 года, в % к соответствующему периоду предыдущего года.

В денежном исчислении на Дальний Восток приходится порядка 10,8% от общего объема строительства в стране (показатель ДФО в январе-апреле – 473 971,2 млн рублей). При этом по объему строительных работ в денежном выражении среди субъектов ДФО (в январе-апреле, Таблица 2) лидируют Хабаровский край (86 843,3 млн рублей, порядка 2% от общероссийского объема), Амурская область (83 405 млн рублей) и Якутия (72 841,6 млн рублей). Наименьший объем строительных работ произведен в Магаданской области (5 730,4 млн рублей), Камчатском крае (11 988,4 млн рублей), Еврейской АО (14 672,4 млн рублей).

Таблица 2. Объем работ, выполненных по виду деятельности «Строительство», январь-апрель 2026 года, млн рублей.

Что касается динамики строительства жилых домов (Таблица 3, с учетом ИЖС), то по данному показателю лидерство в ДФО также принадлежит Чукотскому АО (рост более чем в шесть раз, лидер по стране, но при этом объем строительства в регионе небольшой). Помимо того, рост в жилищном строительстве зафиксирован в пяти дальневосточных субъектах – в Сахалинской области (+38,4%), Магаданской области (+24,8%), Приморском крае (+19,7%) и Амурской области (+10%). Наиболее существенный спад в сфере жилищного строительства наблюдается в Забайкальском крае (снижение индекса до 49,1%), а также в Еврейской АО (61,9%) и Камчатском крае (69,9%).

Таблица 3. Строительство жилых домов, январь-апрель 2026 года, в % к соответствующему периоду предыдущего года.

При этом по общей площади введенных жилых помещений (Таблица 4) наибольшие показатели в январе-апреле зафиксированы в Приморском крае (529,7 тыс. кв. м, традиционный лидер округа^[2]), далее следуют Якутия (292,3 тыс. кв. м), Бурятия (207,5 тыс. кв. м), Хабаровский край (154,3 тыс. кв. м). Меньше всего жилья введено за четыре месяца года в Магаданской области (только 3,8 тыс. кв. м), Еврейской АО (10,9 тыс. кв. м) и Чукотском АО (11 тыс. кв. м).

Таблица 4. Строительство жилых домов, с учетом ИЖС, январь-апрель 2026 года, тыс. кв. м общей площади жилых помещений.

Среди девелоперских компаний (федеральных и местных) лидером по объему строящегося жилья в Дальневосточном ФО (по данным на 1 апреля 2026 г.) является группа «Самолёт» - в ее портфеле находится 428 тыс. кв. м жилья в ДФО (рост на 4% относительно аналогичного периода 2025 г.). На втором месте компания «Талан» с объемом строительства 361 тыс. кв. м (рост на 23%), на третьем – группа «ПИК» с объемом 336 тыс. кв. м (снижение на 14%). Четвертое место занимает приморская компания «Эскадра» с 239 тыс. кв. м жилья (снижение на 16%), пятое – СЗ «МКС» с 175 тыс. кв. м (за год показатель не изменился). Далее следуют компании Glorax (шестое место, 138 тыс. кв. м, при этом зафиксирован рост на 138%), «Юникей» (седьмое место, 132 тыс. кв. м, рост на 27%), «Альфа» (восьмое место, 127 тыс. кв. м, рост на 67%), «ДомАрт» (девятое место, 126 тыс. кв. м, рост на 80%), DARS Development (десятое место, 116 тыс. кв. м, снижение на 13%). Совокупно данные десять девелоперов контролируют 31% всего объема жилищного строительства в Дальневосточном ФО.

Таким образом, в первой десятке дальневосточных застройщиков присутствуют три федеральных девелопера, при этом одному из них принадлежит лидерство («Самолёт»). Усиливают позиции региональные строительные холдинги (Пермь, Санкт-Петербург, Ульяновск). «Самолёт» реализует проекты в рамках программы «Дальневосточный квартал» во Владивостоке, Чите, Южно-Сахалинске, Корсакове, а «ПИК» - во Владивостоке, Хабаровске, Благовещенске и Улан-Удэ. Компания «Юникей» реализует проекты в Хабаровском крае, планируется расширить территорию деятельности на Владивосток и Биробиджан. Деятельность дальневосточных компаний преимущественно сосредоточена в одном регионе («Эскадра» в Приморском крае, «МКС» в Бурятии, «ДомАрт» в Хабаровском крае). То же самое касается и крупных региональных застройщиков – DARS Development (строит в Хабаровске), Glorax (Владивосток), Альфа Development (Хабаровск).

Новые проекты

Между тем в регионах началась реализация ряда новых проектов жилищного строительства. В конце мая в Хабаровске запущены работы по строительству микрорайона в рамках программы «Дальневосточный квартал» - под застройку выделен участок площадью около 130 га в районе улиц Промывочная, Геодезическая и Автономная (Железнодорожный район города, ранее пустующие территории вблизи СНТ ДВЖД). По предварительным данным, площадь жилищного комплекса составит 700-810 тыс. кв. м. Территория застройки включена в ТОР «Хабаровск». В рамках программы «Дальневосточный квартал» правительство РФ софинансирует строительство инженерной инфраструктуры комплекса – на данные цели предусмотрена единая президентская субсидия в размере 15% от инвестиционной стоимости всего проекта. На первом этапе краю предоставлена субсидия в размере 5,9 млрд рублей. Проект реализует ГК «ДАРС» (DARS Development) ульяновского девелопера Д.Рябова.

Новый жилой комплекс предполагается возводить в два этапа. Первый этап включает строительство более 300 тыс. кв. м жилья, из которых 93,5 тыс. кв. м (30%) предназначено для выполнения социальных обязательств. На втором этапе предусмотрено возведение социальных объектов. Комплекс будет состоять из 29 многоквартирных домов, где должны проживать около 9,5 тыс. человек. Сдача первых 50 тыс. кв. м жилья намечена на 2027 г., завершение проекта – на 2034 г.

В Сахалинской области в текущем году в жилом комплексе «Сердце Сахалина» в Корсакове (ТОР «Южная», компания «Самолёт Страна» группы «Самолёт») планируется достроить первые четыре дома. ЖК строится по программе «Дальневосточный квартал». Ввести в эксплуатацию предполагается 363 квартиры, 144 из них станут арендными. На площадке возводятся один 17-этажный и три 9-этажных дома общей площадью 17,5 тыс. кв. м. Проект квартала также предусматривает строительство школы на 1,1 тыс. мест, детского сада на 300 мест, парковок, благоустройство общественных пространств. Общий объем инвестиций в проект «Дальневосточного квартала» в Корсакове (всего 460 тыс. кв м жилья) оценивается в 65,8 млрд рублей, сроки реализации – с 2023 г. по 2046 г.

Полную версию текста и аналитику по этой и другим актуальным темам можно найти в еженедельном бюллетене EastRussia.

[1] По данному показателю роста округ лидирует в стране наряду с Северо-Кавказским ФО.

[2] По показателю ввода многоквартирного жилья за январь-апрель (356 тыс. кв. м) регион занимает шестое место в России (после Москвы, Свердловской области, Татарстана, Московской и Тюменской областей).

От икринки станет вдруг светлей

Каждый раз конференция проводится в разных субъектах ДФО. Так делегаты могут оценить непосредственно работу региона и прочие прелести новой территории. В этом году мероприятие принимала Камчатка и сходу задала тон ― уже в аэропорту приезжающих угощали красной икрой, пусть и дозировано, но все же! По нынешним меркам такой презент дорогого стоит. К тому же в хлебосольном жесте можно усмотреть и своеобразный символизм – из икринок зарождается новая жизнь.

Намеки продолжились и по пути в Петропавловск-Камчатский — знаковая скульптура с медведями и надписью «Здесь начинается Россия» накануне конференции украсилась баннером: гендер-пати с нарисованными малышами в синем и красном.

Саму конференцию хоть и начали с национальных танцев с бубнами, но быстро переключились на серьезный лад – все-таки тема обсуждения нешуточная.

― В ДФО суммарный коэффициент рождаемости третьих и последующих детей превысил общероссийский показатель на 23 процента по итогам 2025 года. Примечательно, что каждый третий ребенок рождается в многодетной семье. Это показатель доверия к государству, к мерам поддержки, – отметил на пленарном заседании министр по развитию Дальнего Востока и Арктики Алексей Чекунков.

Если с третьими и последующими ДФО впереди России всей, то с рождением первенцев проблемы. Молодежь откладывает рождение первого ребенка, стараясь пожить для себя, сколотить капиталец, чтобы вложиться в квартиру. А чем позже они переступают порог роддома, тем меньше у них физических возможностей родить второго и далее.

Власти уверены – надо чаще говорить о том, что у человека должна быть семья и семья многодетная. Что именно в многодетности можно обрести счастье.

― Перед нами сложная задача ― в детородный возраст входит поколение Z. А зумеры они сильно отличаются от других. Они очень трепетно относятся к себе и к собственному здоровью, им кажется, что роды смогут им навредить и медицина уже не сможет помочь. Они росли в постоянной тревоге за безопасность. Они всегда участвовали в учебной эвакуации, росли в детских садах, закрытых решетками и с охраной, что и привело к тому, что они переживают за себя, ― объяснила первый заместитель министра труда и социальной защиты РФ Ольга Баталина.

Но Баталина отметила и еще одно свойство зумеров, которое ценится в демографической политике – эта молодежь предпочитает ЗОЖ. Опять-таки из боязни нанести урон своему драгоценному организму. Значит, в перспективе они могут дать здоровых детей. И, желательно, побольше. Ведь для того, чтобы сохранить численность дальневосточников рождаемость должна увеличиться на девять тысяч детей в год.

Отговорить от аборта

Пытаясь хоть как-то приблизиться к этой цифре, регионы идут на различные ухищрения. Вводятся новые меры поддержки, ведется активная пропаганда, удерживают студентов, стараясь их заинтересовать остаться и работать дома. Отдельный пласт работы с женщинами, которые планируют прервать беременность.

― У нас в регионе 4500 абортов и 11000 детей – цифры впечатляют. Власти обязаны вмешаться. С прошлого года мы высадили своих социальных работников в женских консультациях, чтобы они проводили беседы с женщинами, узнавали, чем им помочь, чтобы они не совершали роковую ошибку. И уже есть те, кто отказался от аборта, ― поделился зампред правительства Республики Саха (Якутия) Георгий Степанов.

На Сахалине от аборта отговаривает лично губернатор. Валерий Лимаренко провел прием 55 женщин, и 39 из них согласились сохранить беременность.

― Деньгами не повлияешь на желание завести ребенка, тут надо менять сознание, ― отметила министр социальной защиты Сахалинской области Ольга Орлова.

Она презентовала областной проект «Счастливое материнство». Беременных ведут «проводники счастья»: подсказывают, как лучше поступить, к какому врачу записаться, что есть, как гулять и прочее. Могут даже с документами помочь разобраться. «Проводники» ― это волонтеры из опытных мам, которые готовы нянчиться с мамами начинающими. Проект существует 1,5 года, за это время в нем приняли участие свыше 9,5 тысячи женщин.

― Необходимо, чтобы будущая мама была спокойна и знала, что ей есть на кого положиться. Для этого мы создали «Институт нянь», выпустили уже 340 специалистов. Эта профессия очень востребована, понятно, что услуги стоят недешево, но на Сахалине семьям компенсируют часть стоимости ― до 10 тысяч рублей в месяц, - рассказала Орлова.

На счастье же сделали упор и в Хабаровском крае. Здесь разработали демографический бренд «Край счастливых семей». Зачем? Под ним будут транслировать истории местных жителей, которые смогут внушить остальным – здесь нужно обзаводиться семьей, чтобы прожить свою лучшую жизнь. Причем, для большей убедительности начнут с журналистов – пусть расскажут, как им тут здорово!

― Провели социологическое исследование и выяснили, что мало «прогреваем» общество медийно. Бренд «Край счастливых семей» – о самом ценном в жизни, о том, что невозможно купить за деньги. Он касается наших близких. Опросили многодетных, спросили журналистов, среди них тоже оказались многодетные, которые, кстати, в нашем проекте будут рассказывать про себя. У нас есть мамочка, которая ждет пятого ребенка, и мы будем показывать, как она посещает все медучреждения, какую поддержку получает, как ребенок рождается. Нашими героями станут обычные люди, которые находят радость в своей семье. Уже получили обратную связь – захотели рассказать о себе и близких свыше 70 человек, ― говорит замминистра внутренней информационной политики Хабаровского края Марина Морозова.

От лирики к прозе жизни

― На Дальнем Востоке наблюдается избыточная смертность по сравнению с другими регионами России. Причины разные, в том числе суровый климат. Но главная проблема – люди не всегда могут получить качественную медицинскую помощь. Жители труднодоступных территорий не имеют в населенном пункте специалистов, которые могут поставить верный диагноз и назначить лечение, — отметила заместитель министра РФ по развитию Дальнего Востока и Арктики Эльвира Нургалиева.

Дефицит медиков ― фактор смертности, на этом настаивал экономический географ Александр Панин. Он уверен: на сценарий жизни на Дальнем Востоке оказывает влияние география.

― Макрорегион – это огромные расстояния, низкая плотность населения и транспортная связность. Получается, организация здравоохранения строго подчинена географическому контексту. При этом основы здоровья закладываются задолго до встречи человека с врачом. Они формируются в конкретном месте и конкретной среде: в доступности услуг, безопасности маршрутов, качестве жилья, экологии, возможностях собственного развития, социальных связях и повседневной культуре жизни, ― сказал Александр Панин.

Особую роль отводят мастер-планам городов. В них «зашивают» не только комфорт, но и площадки, способные сформировать здоровье. Появится, допустим, возле дома спорткомплекс, и взрослые захотят проводить время на нем с детьми, а не прожигать его на вечеринках.

Алкоголь – главный враг демографии. Он убивает тестостерон и губит самих людей. По данным статистики, самые высокие показатели общей заболеваемости алкогольными расстройствами на Чукотке. Меньше всего – в Бурятии. Хабаровский край занимает предпоследнее место.

― В Якутии снижается заболеваемость алкоголизмом, увеличивается продолжительность жизни. Помогает улучшить показатели проект «Трезвые села». От алкоголя отказались уже 207 населенных пунктов. В них отмечается снижение преступности. Причем, некоторые скептики говорят, что люди не будут знать, чем занять себя. Но есть примеры, когда в селе мужчины организовали бильярдный клуб в местном ДК и показывают неплохие результаты в игре, ― рассказал зампред правительства Республики Саха (Якутия) Георгий Степанов.

Чтобы вступить в проект, решение должны принять сами жители. Конечно, не требуется поголовного согласия – недовольные всегда найдутся. Но в Якутии настаивают – люди с энтузиазмом включаются в программу. Конечно, самые активные – женщины, им хочется оторвать мужей от пагубной привычки.

― В Якутии и уровень смертности стал ниже общероссийского. И, наверняка, это влияние антиалкогольной политики, проводимой в регионе. Необходимо распространить этот опыт и на другие субъекты, особенно, на Чукотку, где огромная проблема с алкоголем, ― обратился к представителям регионов руководитель НКО «Трезвая Россия» Ян Иванов.

Итог двух насыщенных сессиями дней ― каждый регион смог взять для себя новую практику по улучшению демографической ситуации. Насколько это окажется эффективно, будет понятно уже на следующей конференции. Место ее проведения пока не называется. 

Путешествие без остановки

Элина Бакунова уже пять лет путешествует по России и снимает фильмы для своего канала в YouTube. Ролики она монтирует для иностранной аудитории и так знакомит жителей других стран с многогранной и красочной Россией. Изначально девушка хотела записать пару роликов о путешествии на Эльбрус и Байкал, но в итоге втянулась настолько, что исследовала всю Россию, в том числе Дальний Восток.

«Я влюбилась в Дальний Восток, здесь очень красиво. Дальний Восток настолько разнообразный, что каждая моя поездка была как путешествие по новой планете, – объясняет Элина. – После путешествия по Сахалину в 2025 году я поехала во Владивосток, а оттуда должна была добраться до Забайкалья, где мы с друзьями планировали отправиться в поход по Кодарскому хребту и Чарской пустыне. Дохать до Забайкальского края я решила на поезде. И в день отъезда из Владивостока я подумала, а почему бы мне вообще не проехать весь Транссиб?!».

В итоге девушка проехала по всей Транссибирской магистрали, а затем и через всю страну, поскольку возвращалась по железной дороге в Пятигорск, где живет. Приключение в Забайкальском крае стало частью ее большого путешествия.   

«Последние пять я путешествую в режиме нон-стоп, постоянно переезжаю с места на место и только иногда могу заехать в Пятигорск. Мое путешествие по России – преимущественно дикое, проходящее в природных локациях. Меня не очень интересуют города и большие скопления людей, поэтому я чаще всего отправляюсь в экспедиции и походы, стараюсь найти места, где еще не ступала нога человека. Одно из красивейших мест в России – Кодарский хребет и Чарская пустыня, куда мы и отправились с друзьями», — рассказывает путешественница.

«Готовились к возможной встрече с медведями»

Поход в Забайкалье занял десять дней. За это время компания путешественников прошла порядка 160 км среди скал, непроходимых лесов, полей брусники и черники, рек и ручьев, а также песков самой северной пустыни мира.

«Нам повезло с погодой, потому что в основном было солнечно – только три дня из десяти были дождливыми. Мы увидели золотую осень, я смогла запустить дрон и снять всю эту красоту сверху, – отмечает Элина. – Нам очень повезло, что в дождливые дни мы оказались в деревянных домиках на Кодаре, потому что в палатках пережидать дождь было бы сложнее. Вроде бы мы в глуши, вдали от цивилизации, но в то же время в тепле и комфорте».

К путешествию компания готовилась основательно – участники похода составляли план похода, отмечали места, которые хотели бы посетить, и домики, в которых можно будет переночевать и высушить одежду, подсчитывали, сколько понадобиться припасов, какое снаряжение пригодиться. Продумывать поход пришлось до мелочей, поскольку все десять дней путешественники были на хребте совсем одни.

«А еще мы готовились к возможной встрече с медведями, поэтому взяли с собой фальшфаеры. В итоге из всех пятерых человек из нашей компании медведя встретила только я, – рассказывает Элина. – Проснулась раньше всех и пошла в лес в туалет. В метрах от себя увидела медведя. Я даже ничего не успела подумать, а просто невольно вскрикнула и побежала в сторону лагеря. Мишка тоже испугался и побежал в другую сторону. Не знаю, кто из нас испугался больше».

Чтобы избежать новых встреч с косолапыми, путешественники старались громко разговаривать, петь, свистеть – предупреждать зверей о своем приближении.

Тяжелая ноша

Вес рюкзака Элины на старте похода достигал 25 кг. Помимо съестных припасов, в нем лежала одежда для разной погоды, снаряжение, котелки и посуда. По признанию девушки, тяжесть рюкзака оказалась самым трудным испытанием в этом путешествии.

«В первые дни рюкзак был настолько тяжелый, что я не могла его сама надеть, хотелось поскорее съесть все продукты, лишь бы не тащить этот груз на себе. Плюс мы брали с собой походный инвентарь, поскольку не знали, будет ли он в домиках и будет ли на деле показанный на карте приют. В общем, были подготовлены к разным случаям», – отмечает путешественница.

Американский друг

На этапе планирования похода Элина и ее друзья решили, что их компания должна быть большой и шумной, состоящей минимум из пяти человек, чтобы дикие звери слышали их издалека и не решались подходить. Поэтому путешественница бросила клич в своем блоге и пригласила в поход всех желающих. Откликнулся американец Гарет.

«Он рассказал, что у него большой походный опыт и что он очень хочет увидеть Россию именно в таких диких местах. Поэтому мы взяли Гарета с собой. По итогу он присоединился к моему путешествию по Транссибу и мы проехали вторую часть маршрута вместе», — отмечает блогер.

Гарет – подписчик канала Элины. Видео она публикует на английском языке. Сначала делала ролики для своих многочисленных иностранных друзей, для которых факты о многонациональности в России или жаре под 40 градусов становились удивительными, а затем решила показывать их более широкой аудитории.

«Друзей удивляли простые вещи, и я поняла, что будет здорово рассказывать иностранцам, что у нас бывает очень разная природа, что у нас есть много разных народов. Поэтому решила сделать канал, ориентированный на иностранную аудиторию, знакомящий с Россией. Отклик получился хороший – скоро в канале будет один млн подписчиков. Интерес к России, ее природе и людям постоянно растет. Иногда я даже снимаю простые деревни. Жизнь обычных людей моим подписчикам тоже очень интересна», — объясняет Элина.

Влюбиться всем сердцем

Когда девушка снимала фильм о походе по Кодару, то не планировала отправлять его на конкурс «Дальний Восток – Земля приключений», но на помощь вовремя пришла мама – она отправила Элине ссылку на конкурс и предложила принять в нем участие. Прочитав условия, девушка поняла, что у нее есть все для победы, оставалось лишь сделать короткий ролик и озвучить его на русском языке.

«Было интересно сделать видео на русскоязычную аудиторию, да и в целом поучаствовать в конкурсе, поработать в другом формате – уместить огромное путешествие в восемь минут. Это было непросто, но интересно. А еще не терпелось увидеть свой фильм на большом экране после того, как меня пригласили на награждение. Со мной приехали друзья, с которыми я ходила в поход в Забайкалье, было очень здорово», – признается Элина.

Путешественница отмечает, что принимала участие в конкурсе с прицелом на победу, была уверена, что завораживающие кадры Кодарского хребта и Чарских песков не оставят зрителей и жюри равнодушными. Все съемки, монтаж, озвучку Элина выполнила сама без посторонней помощи.

«Для меня это одно из самых красивых мест в России, может быть, даже в мире. О Кодаре и о Чарской пустыне, о таком уникальном месте мало кто знает. Кадры оттуда получились шикарные, поэтому я рассчитывала попасть в призеры. Для своих видео я всегда составляю план, провожу съемки, монтирую, подбираю музыку. Год я училась по обмену в США на тележурналиста, там научилась монтировать. Но все эти навыки – не главное для победы. Важнее всего – смысл самого путешествия, то, что ты хочешь передать зрителю. У каждого такого видео должна быть какая-то цель – дойти куда-то, передать зрителю какую-то эмоцию, а не просто показать красивую картинку. А еще очень важно самому влюбиться в то место, о котором ты хочешь рассказать. У меня так случилось с Кодаром – я настолько влюбилась в этот хребет, в эту пустыню, в Забайкальский край, что мне всем сердцем хотелось рассказать об этих местах», – объясняет Элина.

Свой выигрыш девушка потратила на новое путешествие – уже в июле Элина отправится на Чукотку. Это последний российский регион, в котором блогер еще не бывала.

«Конкурс подарил новые знакомства и вдохновение на новые путешествия. Видео других победителей были очень вдохновляющими, в том числе Марины Галкиной, которая завоевала Гран-при за свое видеопутешествие по Чукотке. Я и так туда собиралась, а тут еще такие кадры. Но по стопам Марины не пойду, люблю прокладывать свои маршруты. Хочу дойти до Мыса Дежнева и проложить себе какой-нибудь красивый маршрут», – рассказала о своих планах путешественница.

На краю света

Кажется, что Чукотку Марина Галкина исходила вдоль и поперек, впервые прошла больше тысячи км по этому региону в 1998 году и даже написала об этом книгу «Одна на краю света». С тех пор периодически возвращается на эти земли и отмечает, что еще не исследовала любимую территорию.

«Мне очень нравится Чукотка – ее просторы, безлюдность, ее неброские цвета, доступные горы. Просто лежит душа к этому региону», – объясняет Марина Галкина.

В августе 2025 года она взвалила на плечи 29-килограммовый рюкзак и отправилась в путь от метеостанции Глубокая до поселка Кепервеем. Шла пешком и сплавлялась на каяке по местам, которые давно мечтала увидеть – к метеоритному озеру Эльгыгытгын, реке Энмываам, истокам Анадыря и Малого Анюя, вершинам Анадырского плоскогорья и горам Илирнейского кряжа.

«Этот маршрут в моей голове был давно, – вспоминает путешественница. – Я хотела сплавиться по Малому Анюю, рассматривала вариант волока с верховья Анадыря, давно хотела посетить озеро Эльгыгытгын. У меня на кухне висит карта Чукотки, по ней я строю маршруты. Технически этот маршрут был простым, потому что Чукотка – несложный регион, там и на горы нетрудно подняться и реки спокойные, с небольшими порогами. Сложность Чукотки в ее удаленности, малонаселенности и быстрой смене погоды».

«Одному в таких экспедициях легче»

Марина Галкина – яркий представитель поклонников одиночных путешествий. Первая сольная экспедиция состоялась в 1994 году на Камчатке. Тогда никто из друзей путешественницы не смог составить ей компанию, поэтому из Петропавловска-Камчатского она в одиночку прошла 180 км до Долины гейзеров, обратно добралась на попутном вертолете, прошла по Кроноцкому заповеднику, поднялась на вулкан Крашенинникова, прошла вдоль Кроноцкого озера, спустилась к океану, прошла вдоль берега и вернулась в Долину. Поход по Чукотке версии 2025 года тоже был одиночным.

«Трудно найти напарника на такое путешествие. Но я люблю путешествовать в одиночку – полностью погружаешься в природу, идешь в своем ритме, что очень важно, ни под кого не подстраиваешься. В вопросах организации одному в таких экспедициях легче. Чтобы пройти такой серьезный путь, надо чтобы у напарника тоже была очень сильная мотивация и хорошая подготовка», — отмечает путешественница.

В пути Марина была больше месяца, и за это время практически не встречала ни души. Путешественница признается, что общения очень не хватало, но выручала видеокамера – когда делилась впечатлениями о новом дне и увиденных красотах, создавалось впечатление, что рассказывала все это своим подписчикам.

«Я так абстрагируюсь. Главное – могу поделиться эмоциями, а это важно. Конечно, скучала по людям, но Чукотка хороша тем, что там можно встретить оленеводов. С ними можно и пообщаться, и подзарядить у них аккумуляторы, – рассказывает победительница конкурса. – А в первом моем путешествии по этому региону они меня вообще очень сильно выручили: у меня продукты практически закончились, осталось около 1 кг провизии на 300 км пути. Тогда был снег и рыба не ловилась, я даже сплавляться не могла, не знала, что и делать. И как раз встретила оленеводов, они меня накормили и с собой продовольствие дали. Так что местные жители всегда выручают».

В нынешнем путешествии проблем с припасами не возникло: запас продовольствия был хороший и рыба активно ловилась. Рюкзак у путешественницы тяжелый всегда. На этот раз на старте весил 29 кг.

Ветер и медведи

Одной из главных сложностей во время путешествия стал ветер. Во время сплавов на ровных участках он не позволял каяку двигаться, стоячая волна держала его на одном месте. Укрыться от пронизывающего ледяного ветра помогал тент, а на самом продувном месте удачно подвернулась старая избушка.

«Когда я вышла на озеро Эльгыгытгын началась непогода, холодно, с Северного Ледовитого океана дует как в трубе, преград для ветра там практически нет. Хорошо, что там сохранилась древняя избушка на берегу озера Ильган. Ее бы починить, потому что она очень важная, спасает в непогоду. Там медведь выломал окна, внутрь залезли росомахи, песцы и устроили беспорядок. Я смогла только в одной комнате убраться, там окна заколочены, темно, но зато не дует и медведь не разломает ничего. Там нашла несколько матрасов и два старых спальника. В итоге залезала в два своих спальника и спала на третьем – найденном в избушке, а потом еще и в него заворачивалась поверх своих двух. Так и согревалась», – вспоминает Марина.

С медведями путешественница на Чукотке столкнулась не раз. Чаще всего они, почувствовав запах человека, спешили покинуть территорию, однако нашелся один дерзкий косолапый, который не испугался, а шел по следам исследовательницы. Выкрутиться из ситуации Марине помог богатый походный опыт.

«Он шел по моим следам – сидел на месте, где я недавно была, смотрел на меня, вынюхивал что-то, – вспоминает путешественница. – Я и так собиралась уходить, поэтому решила не тянуть, и пошла дальше. А медведь оставался сидеть на прежнем месте. Я за ним наблюдала, чтоб он за мной не пошел».

Туристам, у которых опыта общения с дикими медведями мало или вообще нет, Марина Галкина советует стараться заметить хищника раньше, чем он увидит вас; обойти место, где ходит косолапый, стороной, или дождаться пока он пройдет, если встреча произошла в узком месте или на реке. Если ваши взгляды все же пересеклись и медведь не испугался, не стоит убегать или притворяться мертвым, нужно криком предупредить о своем присутствии.

«Медведи близорукие, и если не чуют запаха человека, то могут близко подойти, – объясняет путешественница. – Поэтому я стараюсь его предупредить о себе – машу руками, кричу, если оборудую лагерь, то раскладываю носки, портянки, чтобы медведь чувствовал мой запах. Я однажды встретила медвежат с мамой, так она на меня выпад предупреждающий сделала, побежала со всей дури. Я стояла, кричала и палку на нее выставила, так медведица остановилась все-таки и потом убежала».

Когда поет душа

Свои путешествия Марина Галкина снимает с конца 1990-х годов, в своей сфере она популярный автор и блогер, однако в конкурсе «Дальний Восток – Земля приключений» приняла участие впервые. Дебют оказался триумфальным – фильм «Одна в Тундре. 700 км пути» получил Гран-при.

«Это замечательный конкурс. Он подарил эмоции победы, восторга, а еще – новые знакомства и новые маршруты, Посмотрела замечательные ролики участников и вдохновилась. Теперь у меня мечта – пройти на каяке по Приморью, – делится впечатлениями победительница. – Условия участия простые, никаких проволочек с оформлением документов и выдачей приза. Я спортсменка, и конкурс для меня – это тоже состязание, поэтому очень хотела попасть в тройку призеров, это была для меня мини-цель».

К участию в конкурсе Марина подошла серьезно и перед подачей заявки редактировала свой фильм несколько раз – отдавала на суд друзьям и показывала знакомому видеомонтажеру, каждый дал дельный совет, который позволил сделать отличный ролик. Главной музыкальной темой стала песня «Там на самом краю Земли» группы «Пикник». По признанию Марины Галкиной, этот трек как нельзя лучше подходит для ее видео.

«Эта песня у меня в душе играла. Она так подходит моему путешествию. Край земли – это же про Чукотку. Я вообще много пою в путешествиях, у меня там душа поет. Идешь, а в душе музыка играет, и иногда прорывается голос. Это так помогает в долгом пути», — отмечает Марина.

Путешественница считает, что для победы в конкурсе не нужна крутая техника и множество спецэффектов, важнее показать эмоции, раскрыть свой маршрут и показать красоту дальневосточной земли. Свой выигрыш победительница потратит на новые путешествия и на подготовку к ним. Уже куплены билеты в Якутию – в августе Марина Галкина отправится на Верхоянский хребет.

«Я люблю Чукотку и Якутию, а еще Хабаровский край, Магаданскую область и север Красноярского края. Обязательно еще вернусь на Чукотку, как говорила в конце своего фильма. Там полно мест, где я еще не бывала, например, в районе Провидения с его фьордами, или на самом краешке Лены, или в Уэлене, только сплавиться туда хочу по Коолену. Чукотка очень большая, там много красивых мест. Я бы с удовольствием отправилась в пеший поход по горам. А Якутия мне нравится тем, что там есть все, что и на Чукотке, только с деревьями: тундры меньше, а тайги больше», — объяснила путешественница.

Проект новой Стратегии социально-экономического развития Дальнего Востока (до 2030 года с прогнозом до 2036 года) должен быть представлен Правительству РФ до 15 июля 2026 года. Разработчики документа — ФАНУ «Востокгосплан» Минвостокразвития — вынесли его на широкое экспертное обсуждение до финального утверждения. Стратегию уже обсудили в региональных правительствах с привлечением экспертов, бизнеса, представителей науки, чтобы и практики, и теоретики могли указать на риски и предложить доработки.

Главное — управление

Среди главных направлений разработчики обозначили базовые: человеческий капитал нового качества, трансформация экономики, технологический суверенитет и пространственное развитие.

Виталий Кубичек, административный директор ФАНУ «Востокгосплан», подчёркивает, что стратегия — это агрегатор предложений от регионов, бизнеса и самих жителей. В результате должен получиться документ, учитывающий максимальное количество параметров. «Мы должны создать такие условия, чтобы выпускник школы, например, в Комсомольске-на-Амуре или в Чите, знал, что он здесь нужен, востребованы его компетенции, что он будет работать на современном высокотехнологичном предприятии и что уровень жизни будет выше, чем в среднем по стране», — отметил он в своём выступлении.

Однако учёные сразу предупреждают: не стоит воспринимать документ как волшебную таблетку. Олег Рензин, советник директора Института экономических исследований ДВО РАН, называет работу над стратегией «героической», но призывает к реализму: «Я очень боюсь, что мы иногда принимаем готовый документ за набор универсальных рецептов, которые нам позволят разрешить проблему. На самом деле мы берём очень длинный период времени. Дальний Восток вообще молодая экономика, очень молодая. 150 лет для экономики — это ничто. Я постоянно сравниваю это с тем, что говорят англичане: "Почему у вас такие замечательные газоны?" — "Нужно просто 300 лет их стричь". Вот трёхсот лет у нас не было».

По мнению ученого главный акцент необходимо сделать на кардинальном изменении системы управления. Без новых управленческих подходов, ни технологии, ни инвестиции не заработают в полную силу. В качестве примера новых подходов академик привел программу «Дальневосточный гектар». Хотя она, по его убеждению, принесла не совсем тот результат, который ожидали её создатели, но сам посыл правильный.

«Речь идёт не о том, что люди поехали осваивать и пахать землю, а о том, что они стали на этих участках строить свои дома. Больше 50% участков, которые взяли в Дальневосточном округе пошли под строительство жилья!

Потому что получить землю другим порядком было чрезвычайно трудно оформление. А через «Дальневосточный гектар» стало очень легко. Этот приём распространяется теперь не только на Дальний Восток, теперь и на Арктическую зону. И разговор идёт о том, почему бы его не применить в ещё более широком масштабе. Да, есть десятки других решений, часть из которых просто умерла спокойно, как и любой управленческий эксперимент, но всё начинается с того, что идея фиксируется».

Сырьё, мозги и «интеллектуальная рента»

Дальний Восток исторически ассоциируется с добычей ресурсов. Но как превратить «сырьевой придаток» в технологичный хаб? Эксперты сходятся во мнении: добыча останется локомотивом, но её нужно плотнее интегрировать в общую экономику на новом уровне.

Михаил Потанин, представляющий горнодобывающий бизнес, указывает на системный разрыв между высокой маржинальностью отрасли и социальным фоном: «Дальний Восток — заведомо более дорогой проект. И заведомо требует больших ресурсов на одно и то же мероприятие. Поэтому и в управленческом, и в финансовом плане мы должны ответить себе на вопрос: "За счёт чего?" Показатели хорошие: увеличить технологии, робототехника, передел. Но за счёт чего мы это сделаем? К сожалению, в стратегии Дальнего Востока до тридцать шестого года вот такого усиления кратного, которое позволит корпоративные стратегии увязать в один блок, — этого нет». Он предупреждает: если высокомаржинальная добыча не будет транслировать эффект в социальную сферу и малый бизнес, макрорегион рискует остаться в модели «точки роста на фоне стагнации».

Выход учёные видят в смене самого понятия «ресурс». Владимир Ефременко, начальник отдела Президентской академии, предлагает смотреть в корень: «Если мы говорим о переходе к технологической экономике, то здесь сырьём становятся мозги. В переработку поступает не природное сырьё, а результаты интеллектуальной деятельности. Природное сырьё добыли, продали — и всё, остался пустой карьер. А результат интеллектуальной деятельности — это возобновляемый ресурс. Интеллектуальная рента, которая пришла в развитых странах на смену сырьевой, значительно превышает сырьевую ренту». Проблема, по его словам, в прикладной науке: на Дальнем Востоке доля НИОКР составляет всего 8% от общих научных исследований. Решение — не изобретать велосипед, а активно привлекать технологии из других регионов, выстраивая мосты трансфера знаний.

Демография без иллюзий и кадры «с пелёнок»

На итоговом заседании Минвостокразвития в марте 2025-го глава ведомства Алексей Чекунков отметил: «По итогам 2024 года у нас рекордный в истории миграционный приток населения в макрорегион — 24 тыс. человек». С тех пор этот показатель кочует из отчёта в отчёт, как сигнал позитивного сдвига в демографии ДФО. Но учёные призывают не торопиться с выводами и опираться на данные.

Мария Грицко, учёный секретарь Института экономических исследований ДВО РАН, расставляет точки над «i»: «24 000 миграционного прироста на Дальнем Востоке в 2024 году — это было прежде всего следствие того, что сальдо иностранной миграции у нас было положительное. Если мы посмотрим сальдо миграции внутрироссийской, то оно, к сожалению, осталось отрицательным... В новой стратегии впервые не ставится цель увеличения численности населения — только сохранение на уровне 7,8 млн человек. И это, на мой взгляд, свидетельство того, что мы отчётливо понимаем стартовые условия и сложности. Мы не ставим заоблачных целей увеличить здесь население до 10–15 млн. Они просто недостижимы в современных условиях». По её мнению, реалистичная стабилизация — это уже оптимистичный сценарий, требующий комплексных, а не разовых мер, и «волшебной таблетки», которая бы дала быстрый результат не существует. К тому же, по её словам, сложно говорить о продлении тренда 2024 года, т.к. актуальных данных пока нет. Иными словами, демографический оптимизм властей пока не подкреплён свежей статистикой.

Зато уже сейчас понятно другое: важен не только количественный, но и качественный кадровый вопрос: если с тем, сколько дальневосточников в «человеках» ситуация более-менее ясна, то вот вопрос качества трудовых резервов требует решений уже сейчас. Кто станет реализовывать меры, заложенные в Стратегии? Талантливая молодёжь?

Евгений Меркулов, директор Дальневосточного института управления РАНХиГС, описывает парадокс современного образования: «Когда наш дальневосточный студент, уехавший учиться в другой регион, получает диплом, у него к этому моменту, возможно, уже хорошее перспективное место работы, и ему нет смысла возвращаться сюда. Вузы перестают быть просто центрами оказания образовательных услуг. Сегодня вузы очень активно вовлечены в процесс трудоустройства своих выпускников. И ребята, уехавшие в другие регионы, к моменту окончания вуза оказываются уже реально вовлечены в практическую деятельность. И вуз этому способствует».

Чтобы разорвать этот круг, учёные предлагают начинать работу с талантливыми детьми не в выпускных классах, а гораздо раньше, активно внедряя дистанционные форматы и создавая центры дополнительного образования даже в отдалённых посёлках. Необходимым решением должна стать также более плотная интеграция вузов с производственными площадками и бизнесом.

Мастер-планы, ресурсы и «неопорные» города

Пространственное развитие — ещё один чувствительный нерв стратегии. Идея опорных населённых пунктов и мастер-планов не нова, но эксперты указывают на «подводные камни» реализации, которые нельзя игнорировать.

Дмитрий Землянский, директор Центра пространственного анализа РАНХиГС (Москва), констатирует: «В проекте стратегии зафиксированы абсолютно стандартные вещи. Приоритетность опорных населённых пунктов, задачи по реализации мастер-планов — ничего нового принципиально не предложено. Более того, в стратегии вообще вылетел вопрос прилегающих территорий. И супержёсткий вопрос: что делать неопорным населённым пунктам? Если ты не попал в состав опорных, что, какие у тебя есть варианты? Ты всё можешь забыть про государственную поддержку? Пока в стратегии это никак не указано... Дальний Восток с мастер-планами уже на эти грабли наступал. Были запланированы прекрасные, шикарные мастер-планы, на реализацию которых абсолютно нет достаточных ресурсов». Он также отмечает системный вызов: внутри России практически исчерпаны резервы неквалифицированной рабочей силы, а федеральная политика ограничивает приток иностранных мигрантов. Это значит, что бизнесу придётся либо автоматизироваться, либо инвестировать в обучение, а стратегию — дополнять конкретными цифрами финансирования.

От «копилки идей» к экономическому поведению

В финале дискуссии Олег Рензин резюмировал: стратегия сегодня — это «копилка идей». Задача второго этапа — превратить их в массовые действия и устойчивое экономическое поведение. Учёные, бизнес и чиновники в Хабаровске показали редкий для официальных обсуждений уровень откровенности. Документ не идеален, и это нормально: он ещё не утверждён. Открытый формат позволил вскрыть риски до того, как они стали бы бюджетными статьями или неоправданными ожиданиями жителей. Теперь слово за теми, кто будет дописывать черновик.

Промкооперацию отразят в стратегии

Экономическая модель развития Дальнего Востока в последнее десятилетие принципиально не меняется: база роста – инвестиции в крупномасштабные энергосырьевые и инфраструктурные проекты, тогда как опора на индустриально-промышленный сектор – наиболее продуктивное направление, которое необходимо дополнить политикой промышленной кооперации, убежден член комитета Совета Федерации по экономической политике, сенатор от Хабаровского края Виктор Калашников.

Тот же закон о ТОР и правоприменительная практика затрагивает в большей степени реализацию отдельных инвестпроектов, чем создание благоприятных условий для проектов комплексных, с расширением кооперационных связей в контуре малых и средних компаний. Это стоит учесть при подготовке федерального закона о едином преференциальном режиме для Дальнего Востока и Арктики, говорит сенатор (законопроект планируется внести в правительство РФ во втором квартале 2026 года).

В свою очередь в Минвостокразвития предлагают особо стимулировать инновационные технологии. Так, с целью инвестпривлекательности ДФО и арктической зоны для проектов т.н. технологического суверенитета в едином преференциальном режиме не будут действовать ограничения по рентабельности, установленные для остальных резидентов, уточнил директор департамента инвестиционного развития министерства Олег Вахтин. Одновременно, добавил он, вопрос расширения кооперационных связей в сфере высокотехнологичных производств планируется отразить в готовящейся стратегии развития Дальнего Востока до 2030 года с прогнозом до 2036-го. 

Пассионариев не хватает

В настоящее время не решена проблема диспропорции по объектам проминфраструктуры. На Дальнем Востоке насчитывается всего 3,5% от общего количества индустриальных парков. Последние, помимо прочего, должны стать хорошей стартовой площадкой для малых и средних предприятий, которые в дальнейшем могут встраиваться в широкие кооперационные цепочки и формировать кластер, в том числе с крупными игроками.

В настоящее время в процессе создания на Дальнем Востоке – 11 индустриальных парков, проинформировал замдиректора департамента региональной промышленной политики Минпромторга РФ Андрей Зайцев. Их резиденты могут рассчитывать на различные инструменты поддержки, в том числе в рамках госпрограммы «Развитие промышленности и повышение конкурентоспособности». Правда, субъекты Дальневосточного федерального округа пока в ней участвуют слабо.

В ДФО так же действуют шесть промышленных кластеров. Из них три являются межрегиональными. «Мы видим, что у Дальнего Востока есть также потенциал для того, чтобы устанавливать кооперационные связи не только в рамках одного субъекта, но также с субъектами Дальневосточного федерального округа и даже центральной России. Потому что такие примеры тоже есть, как в Хабаровском крае кластер производителей упаковки напитков, который объединяет регионы Центрального федерального округа, Северо-Запада, Сибири и Урала», – рассказал Андрей Зайцев.

В сравнении с другими российскими регионами на Дальнем Востоке не столь активен сегмент малых технологических компаний (МТК), которые имеют научно-технический потенциал и возможности коммерциализации разработок. Их реестр ведет Минэкономразвития. По ДФО зарегистрировано 89 МТК, тогда как в одном Пермском крае – 150, а всего по России – почти 7 тыс. 41 компания расположена в Приморье, по 14 – в Бурятии и Якутии, 11 – в Хабаровском крае, 5 – на Сахалине.

Основные виды деятельности дальневосточных МТК – промышленность, телекоммуникации/интернет, сельское хозяйство и здравоохранение. Как правило, эти компании поддерживаются такими федеральными институтами инновационного развития, как, Фонд содействия инновациям, Фонд инфраструктурных и образовательных программ, фонд «Сколково».

Дальний Восток по линии МТК показывает более чем скромные результаты, констатирует замдиректора департамента стратегического развития и инноваций Минэкономразвития России Евгений Васильчев. Средняя выручка дальневосточных компаний составляет 62,4 млн руб. в год, тогда как в среднем по стране – 186,2 млн руб. Хотя есть и более продвинутые предприятия.

По словам Евгения Васильчева, Минэкономразвития донастроено порядка 20 мер господдержки МТК, при этом немаловажны преференции на региональном уровне. Например, Приморский край и ЕАО ввели пониженную ставку по налогу на прибыль для малых технологических компаний. Но в масштабе Дальнего Востока это пока единичные примеры.

Для того, чтобы было больше технологических компаний, нужны экономические условия, обращает внимание проректор по научной и инновационной деятельности Тихоокеанского университета Илья Купряшкин. «Часть МТК – это B2B сегмент. Это маленькие компании, которые как раз поясом обрастают вокруг крупных промышленных предприятий», – объясняет он.

И, конечно, важно учитывать собственно демографический потенциал макрорегиона. На Дальнем Востоке проживает менее 8 млн человек (чуть более 5% от общего населения России), а пассионариев еще меньше, подчеркнул проректор ТОГУ.

Политика федеральных органов власти должна быть более гибкой, говорят представители делового сообщества. К сожалению, не удалось убедить Минпромторг России не ограничивать кластеры только промпроизводством, посетовал исполнительный директор Ассоциации промышленно-строительного кластера Хабаровского края Дмитрий Палажченко. Речь идет о том, чтобы инициатором создания кластерных проектов становились представители иных отраслей, например, во взаимодействии строители – промышленность, медицина – промышленность, телекоммуникации – промышленность. «Они могут выступать заказчиком нового вида продукции или производства. Как пример, застройщик инициирует создание производства отделочных панелей. Но этот проект не может быть признан проектом кластера. И мы не можем обращаться в Минпромторг за господдержкой», – пояснил Дмитрий Палажченко. 

Якоря и барьеры

Под эгидой Минвостокразвития создан межведомственный штаб по технологическому развитию ДФО. Он отбирает инвесторов, заинтересованных во внедрении инновационных решений, и сопровождает компании на всех этапах – от получения статуса резидента до предоставления мер господдержки. «Прорабатываются новые проекты. Это, прежде всего, производство электронной компонентной базы, высокочастотные валидные интегральные схемы и печатные платы. Есть уже понимание по таким проектам в Приморье и Хабаровском крае», – сообщил Олег Вахтин.

Ожидания связаны и с деятельностью Инновационного научно-технологического центра во Владивостоке. К настоящему времени завершено создание первого корпуса, есть 14 резидентов, которые обустраивают там свои лаборатории. Речь идет об исследованиях и разработках в области биомедицины, фармацевтики и IT, уточнил представитель Минвостокразвития. В этом году там начнется строительство научно-образовательного комплекса биотехнологий.

Особая надежда возлагается на крупные якорные инвестпроекты, которые смогут потянуть за собой малые/средние компании, в том числе для выстраивания кооперационных цепочек. Развитию промышленной кооперации, в частности, должны послужить Амурский газохимический комплекс (АГХК), Находкинский завод минеральных удобрений, нефтеперерабатывающий завод в Де-Кастри, проекты в области авиа- и судостроения, производства электроники, рассказал Олег Вахтин.

В регионе действительно имеются предпосылки для формирования вокруг АГХК кластера по переработке полимеров, соглашается министр экономического развития и внешних связей Амурской области Оксана Кукшенева. В качестве дальнейшего передела продуктов газохимии предусматривается производство пищевой упаковки, пакетов, FFS-пленки, поддонов, полипропиленовых и полиэтиленовых труб, ПЭТ-преформы и т.п.

Вместе с тем, признает министр, проект этого кластера складывается долго. Сегодня важно иметь анализ от Минпромторга РФ, какая продукция переработки нужна рынку. «Когда будет понимание потребности в ней, тогда проще говорить с инвестором, что она востребована», – объясняет Оксана Кукшенева.

В областном правительстве выступают за межрегиональную кооперацию, конкретно с Приморьем и Хабаровским краем. В то же время там убеждены, что центр по переработке полимеров должен быть сосредоточен в Амурской области, а подобные производства из соседних регионов выступать не конкурентами, а партнерами. 

Местные в приоритете

«Крупные компании – это тот магнит, с которым всегда будут рядом создаваться какие-то предприятия-сателлиты. Наверное, на это нужно делать упор и увязывать в единую организационную связку: вуз – технологическая компания – крупный промышленный игрок – научный центр», – рассуждает заместитель гендиректора Корпорации развития Дальнего Востока и Арктики Кирилл Каменев.

Но как мотивировать большой бизнес, чтобы вокруг него создавались смежные производства, да еще он бы выступал инициатором промышленной кооперации? Нередки случаи, когда при осуществлении проектов на Дальнем Востоке крупные компании уже заходят в регион со своей системой поставщиков, процедурами закупок и т.д.

Виктор Калашников предлагает через отдельные нормы нового федерального закона стимулировать якорных инвесторов к созданию кооперационных цепочек, в том числе, предоставлять им в приоритетном порядке инфраструктурную поддержку со стороны КРДВ.

Важно делать ставку не только на частные компании, но и на корпорации с госучастием. Так, дальневосточники предлагают учитывать потенциал местной стройиндустрии при развитии РЖД Восточного полигона. Поставка стройматериалов зачастую организуется с западных областей страны, свидетельствует Дмитрий Палажченко. «В результате железная дорога перегружена перевозкой готовой продукции вместо того, чтобы перевозить сырье и выпускать эту продукцию на Дальнем Востоке. Нет приоритета закупок у местных производителей, [последним] сложно выйти на рынок, и предприятия теряют заказы», – объясняет исполнительный директор Ассоциации промышленно-строительного кластера Хабаровского края.

Он предлагает присоединить к пулу ведомственных заказчиков «Российские железные дороги», которые формируют заказ при проведении реконструкции инфраструктуры, плюс внести в положение о закупках необходимость приоритета дальневосточных поставщиков при размещении соответствующих контрактов. По словам эксперта, это не противоречит ФЗ №223 «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц».

Еще одно предложение относится к опыту Тюменской области, где компании-заказчику из регионального бюджета возмещается до 5% расходов при закупке продукции (оборудования), приобретаемой у участников местного кластера. «Думаю, многие государственные и крупные федеральные структуры с удовольствием воспользуются этим механизмом и обратят внимание на Дальний Восток», – считает Дмитрий Палажченко.