От указа — к кадастру и концепции

В республике действует стратегический указ главы Якутии «Об экологическом благополучии Республики Саха (Якутия)» (указ от 27.09.2018 № 2).
В логике этой рамки поставлена задача определить углеродный баланс региона в динамике и разработать концепцию достижения углеродной нейтральности — с опорой на науку и обсуждение с промышленными игроками.

Директор Арктического научно-исследовательского центра Республики Саха (Якутия) Надежда Красильникова подчёркивает, что региональная климатическая политика становится не «дополнительной повесткой», а фактором, который влияет на экономику и социальные процессы.
По её словам, в 2026 году стоит задача определения углеродного баланса Якутии и формирования регионального кадастра парниковых газов, а из сахалинского опыта республике особенно важны практики вовлечения корпоративного сектора в энергоэффективность и выстраивание кадастра.

Предварительные расчёты баланса выбросов и поглощений, как отмечает эксперт, показывают: движение к нейтральности и вклад в национальные цели будут зависеть от того, как быстро растут антропогенные выбросы и как меняется пожарная опасность в лесах.
Основная доля выбросов в регионе, как и в целом по стране, связана с сектором «Энергетика» (в терминологии МГЭИК), включая сжигание ископаемого топлива на стационарных и мобильных источниках, а также выбросы при добыче и обращении с углём, нефтью и газом.

Суммарно выбросы от сектора «Энергетика» в 2023 году в Якутии составили 19,5 млн т СО2-экв., из них 18,4 млн т СО2-экв. (94,4%) приходится на сжигание ископаемого топлива на стационарных и мобильных источниках.
В отраслевом и территориальном разрезах основная доля выбросов приходится на сжигание топлива в теплоэнергетике, электроэнергетике и на транспорте (62,0%, 10,2% и 27,8% соответственно).

На период до 2030 года ожидается рост антропогенных выбросов — его связывают с ростом энергопотребления промышленного сектора и вводом новых генерирующих мощностей в энергосистеме республики.
При этом дальнейший ввод гидрогенерации, газификация и модернизация теплоснабжения, по оценке эксперта, могут привести к снижению углеродоёмкости энергетики.

Отдельный блок — «поглощение»: потенциально республика остаётся нетто‑поглотителем благодаря обширному лесному фонду, но будущая динамика зависит от баланса процессов.
Потепление климата может одновременно увеличивать поглощение CO2 (за счёт более длинного вегетационного периода) и усиливать эмиссии CO2 (из‑за горимости лесов и деградации криолитозоны).

В прикладном смысле климатическая повестка Якутии складывается из нескольких направлений: сокращение выбросов (энергетика, транспорт, ЖКХ), рост энергоэффективности и «чистоты» экономики, а также усиление поглощения — через управляемые лесные экосистемы и лесоклиматические проекты. Дополняют этот контур меры по защите мерзлоты и развитие финансовых стимулов, без которых «климатические» решения остаются набором инициатив, а не системой.

Климатический проект мирового масштаба

Один из самых узнаваемых климатических проектов, родившихся в Якутии, — Плейстоценовый парк, которым руководит эколог и исследователь Никита Зимов.
Проект расположен на северо‑востоке республики, в районе посёлка Черский, и представляет собой эксперимент по восстановлению плейстоценовой степи — древней экосистемы, потенциально способной стабилизировать мерзлоту.

Идея проста и одновременно радикальна: крупные травоядные (бизоны, овцебыки, якутские лошади, северные олени) уплотняют снег и меняют структуру растительности, формируя более холодный микроклимат у поверхности земли.
В этой логике природные процессы рассматриваются как часть климатического решения: работа идёт не только «в лаборатории», но и в живой северной экосистеме, где мерзлота — ключевой фактор устойчивости территории.

Для Якутии ценность таких инициатив — в демонстрации того, что регион способен генерировать собственные климатические проекты и выводить их за рамки локальной научной повестки.
В условиях ускоряющегося потепления Арктики практики, связанные с мерзлотой, становятся не экзотикой, а полем, где формируются будущие стандарты адаптации.

Опыт АЛРОСА: климат как стратегия

В республике есть и крупный «промышленный» контур климатической повестки — на примере алмазодобывающей компании АЛРОСА.
Компания развивает комплекс мер по снижению углеродного следа и повышению энергоэффективности, а также ведёт мониторинг мерзлотных процессов и оценивает климатические риски для своих объектов.

В 2025 году сообщалось, что АЛРОСА получила заключение TÜV AUSTRIA о верификации, подтверждающее углеродную нейтральность алмазов и их отрицательный углеродный след; в сообщениях указывалось, что в 2024 году он составил «минус» 0,71 кг CO2‑экв. на 1 карат.
В тех же сообщениях подчёркивалось, что результат достигнут без покупки компенсирующих инструментов вроде «зелёных сертификатов».
Ряд публикаций также называл этот кейс «первым в отрасли» по получению заключения об отрицательном углеродном следе алмазов.

По заявлениям компании, научная часть работы стартовала в 2021 году совместно с МГУ и включала изучение кимберлитовых трубок и хвостохранилищ, где ультраосновные породы способны связывать атмосферный CO2 за счёт карбонизации.
АЛРОСА также отмечала, что её доля производства составляет около 30% мировой алмазодобычи, а значит «углеродная» повестка может напрямую влиять на конкурентоспособность природных бриллиантов на глобальном рынке.

На следующем этапе, по логике компании, важна уже не только верификация, но и тиражирование: превращение доказанной способности к поглощению CO2 в управляемый климатический проект и набор технологических решений, применимых в промышленности Севера.
Для региона это означает появление практического кейса, где климатическая политика становится частью стратегии — с понятной мотивацией бизнеса, научной опорой и потенциальным эффектом для экономики территории.

Углеродные вызовы Якутии

Якутии, в отличие от более компактных регионов, придётся одновременно решать две задачи: снижать выбросы в энергетике и транспорте и удерживать «поглотительный» потенциал лесов в условиях роста пожарных рисков.
Именно поэтому ключ к реалистичной траектории углеродной нейтральности лежит не в лозунгах, а в управляемых инструментах: региональном кадастре парниковых газов, прозрачной методике учёта, внятной приоритизации мер и понятной «дорожной карте» по секторам.

Сахалинский опыт важен как управленческий прецедент — когда климатическая повестка превращается в набор процедур, измерений и стимулов, а не остаётся декларацией.
А якутские кейсы — от научных экспериментов, связанных с мерзлотой, до корпоративных проектов — показывают, что у республики есть задел для собственной модели: северной, технологичной и опирающейся на реальные процессы на земле.

Дальше всё будет зависеть от того, удастся ли «сшить» в единую систему три линии — научную (баланс и методика), инфраструктурную (энергетика, тепло, транспорт) и природную (леса, пожары, мерзлота), — и встроить в эту систему бизнес как исполнителя и соинвестора изменений.
И если эта сборка состоится, «углеродная нейтральность» для Якутии перестанет быть далёкой целью и станет управляемым проектом развития — со своими цифрами, сроками и ответственными.

От Востока к Нефтегорску

Нефтегорск находился на севере острова, рядом с нефтяным месторождением. Сейчас он ликвидирован, и его название можно найти лишь на старых картах. На время строительства (с 1962 по 1964 год) поселок носил название Восток — от нефтепромыслового управления «Востокнефть», которое и приняло решение о его создании. В 1965 году в первую пятиэтажку на 80 квартир заселились первые жители. Всего таких домов было построено 17. Постепенно в поселке появилось все необходимое: больница, отделение милиции, котельная, пекарня, школа, детский сад, клуб. В Нефтегорске действовал пропускной режим, а основную часть населения составляли нефтяники. Жители были сплоченными — как одна большая семья.

    

Как позже скажут эксперты, основной причиной трагедии стало несоблюдение сейсмических норм при строительстве. В основании зданий были песчаные грунты, почти все дома — без подвалов. Полы первого этажа укладывали прямо на песок. Это было дешевле, тем более считалось, что Нефтегорск находится в зоне пониженной сейсмической активности.

 

1 час 4 минуты

Это время каждый нефтегорец запомнил на всю жизнь. Надежда Сушко в тот момент принимала душ. Уже собиралась выходить, потянулась за полотенцем — и в этот момент произошло землетрясение. Это и спасло женщину: ванна стала для нее защитным панцирем, когда сверху обрушилась бетонная плита. Кстати, это не единичный случай — подобным образом выжили и другие. Надежду из-под завалов достали спустя 16 часов. Причем сделали это местные жители — спасатели еще не приехали.

    

После землетрясения она получила инвалидность: левую руку пришлось ампутировать. Сейчас носит обычный протез, чтобы рукав не был пустым. Почти год Надежда провела в хабаровской больнице с синдромом длительного сдавления. За потерянное имущество ей выплатили компенсацию и предоставили жилье на выбор — женщина решила остаться в Хабаровске.

 

— У меня часто спрашивают: как вы смогли это пережить? А я отвечаю: пережить невозможно. Мы просто научились с этим жить. Мы несем этот груз по сей день — только время притупляет боль. В квартире в Нефтегорске мы жили всемером: мама, отчим, младшая сестра с мужем и девятимесячным сыном, и я с сыном. В живых осталась только я. В другом доме погибла старшая сестра со всей семьей, — вспоминает Надежда, едва сдерживая слезы.

 

Прийти в себя после трагедии помогло рождение сына в 1999 году. Появился смысл и желание что-то делать. Надежда устроилась работать учителем в одну из школ Хабаровска, где до сих пор преподает детям географию.

 

— Сыну о случившемся я рассказала, когда ему было пять лет. Мы смотрели по телевизору парад в День Победы — камера показала дедушку без ноги. Я объяснила, что он воевал. Тогда сын спросил меня: «А ты тоже воевала?» Пришлось рассказать про землетрясение. Ученикам тоже рассказывала, — делится Надежда.

    

На 30-летие нефтегорской трагедии женщина специально прилетела из Хабаровска на Сахалин, чтобы почтить память близких. Жители бывшего пгт встречаются каждый год 28 мая. Они стали еще ближе друг к другу, чем были в 1990-е — их объединила общая беда.

 

На месте Нефтегорска сейчас кладбище. Погибших хоронили тут же — выкапывали траншеи и укладывали в них гробы. Опознать удалось не всех, поэтому на некоторых памятниках указаны только номера домов, из которых были извлечены останки (часть зданий загорелась после землетрясения из-за утечек газа). 

Минута тишины

Помощь в Нефтегорск пришла не сразу. Первые часы после трагедии местные жители доставали людей голыми руками, рискуя своими жизнями. Вокруг слышались крики, стоны, плач. С 29 мая в поселок начали прибывать спасательные группы со всего Дальнего Востока и других регионов: с Сахалина, Камчатки, из Владивостока, Хабаровска, Москвы. Приехали также военные и шахтеры. Стадион в Нефтегорске превратился в взлетно-посадочную площадку для вертолетов, которые доставляли людей и технику.

— Был шок, особенно когда подлетаешь и видишь «грядки» из обломков разрушенных домов. Все конструкции лежали, как аккуратно уложенные пласты. Было ясно, что работы предстоит очень много. Сначала не было ни бульдозеров, ни кранов — все делали вручную: проделывали проходы, разбивали плиты, растаскивали бетон. Работали круглосуточно. Перерывы — максимум на 15 минут на чай. Все были мобилизованы: понимали, что нужно выложиться по максимуму, — вспоминает заслуженный спасатель РФ из Хабаровска Анатолий Демский.

На завалах работали и собаки, они помогали определять, где могут быть живые. Но если люди могли собраться и на адреналине игнорировать бетонную пыль, разъедающую легкие и кожу, то у животных выносливости хватало ненадолго. Кроме того, у них не было специальной обуви — на руинах собаки ранили себе лапы. А вот снаряжение у хабаровских спасателей оказалось отличным: обувь, каски и костюмы до сих пор хранятся в музее ДВРПСО.

Именно в Нефтегорске впервые применили метод «минуты тишины». Один из спасателей предложил замереть, чтобы услышать, не отзываются ли выжившие. Контраст был оглушительным: сначала — грохот, скрежет, звуки техники, а затем — полная тишина и наполненный надеждой крик: «Есть кто живой?» 

Дашка в рубашке

Поисковая операция длилась до 10 июня. Последней спасенной из-под завалов стала двухмесячная девочка, которую стали называть Дашка в рубашке. Благодаря «минуте тишины» ее обнаружили на четвертые сутки. Даша Ягудина все это время лежала в детской кроватке, смотрела глазами-бусинками по сторонам и ничего не понимала. Над ней, как крыша, зависло разломанное пианино старшей сестры Оксаны — оно и спасло грудничка. Маму вытащили раньше, а отец в момент землетрясения был на улице и тоже выжил.

Целеустремленность и упорство остались с ней на всю жизнь. Сейчас Дарье 30 лет, она живет в Хабаровске. Окончила ДВГУПС, получила две специальности — экономиста и специалиста по управлению персоналом. Работает менеджером по снабжению в компании, производящей электрощитовое оборудование. Обожает танцевать. Правда, сейчас немного не до танцев — уже год как Дарья мама. Она воспитывает сына Льва и души в нем не чает.

 — Когда я смотрела кадры хроники, не могла сдержать слез. Хоть я ничего не помню, но у меня очень сильный страх перед повторным землетрясением. Он со мной всегда, а с рождением ребенка только усилился, — рассказывает Дарья Ягудина.

Землетрясение в Нефтегорске — закрытая тема в семье Дарьи. Вспоминать слишком больно. Но каждый год 28 мая Ягудины ездят на кладбище к Оксане. Родители перевезли тело дочери в Хабаровск и похоронили там.

Сегодня на Сахалине проходят мероприятия, посвященные 30-летию трагедии. Администрация предоставляет автобусы, чтобы родные могли посетить место бывшего поселка и почтить память близких. За 2040 погибших никто так и не понес ответственности. Как вспоминают нефтегорцы, несмотря на объявление всероссийского траура, трагедия почти не освещалась на федеральных каналах — это вызывало обиду и недоумение. Однако после той катастрофы изменились строительные нормы: новые дома на Сахалине обязаны выдерживать землетрясения на 2–3 балла мощнее, чем раньше. Кроме того, была восстановлена сеть сейсмостанций, работу которой приостановили в 1990-е. Теперь ученые внимательно следят за активностью тектонических плит.

– Илья, вы геолог, несколько лет работаете в экспедициях на Камчатке и Курилах. Почему вас так манил именно Пик Креницына?

– Меня манят все вулканы на свете. Как известно, самый лучший вулкан — тот, который извергается. Я думаю, что у любого человека, который видел хорошую фотографию Пика Креницына, с озером, с кальдерой подобный вопрос должен исчезнуть. Потому что, если вы видели фотографию этого места, оно должно начать вас манить тоже. Помимо туристического и эстетического восторга, Пик Креницына – объект совершенно фантастический с научной точки зрения. Очень много интересного можно про него наговорить, просто это обычно требует огромного количества хитрых терминов, которые здесь, наверное, излишни. Но могу точно заверить, что объект очень интересный. Объект труднодоступный, с одной стороны – к сожалению, потому что хотелось много чего там сделать, с другой стороны – к счастью, потому что, хоть мы и ратуем за туризм, но хочется, чтобы оставались какие-то места, как задача со звездочкой – добраться и тогда сразу упоение достижением кратно увеличивается. Пик Креницына – совершенно волшебное место, всем нужно посмотреть, как он выглядит.

– Вы уже бывали в этих местах или поездка, показанная в фильме, первая?

– На Онекотане, на пике Креницына я был впервые. До этого бывал на Парамушире, острове Атласова, на Шумшу, то есть на других островах Северных Курил. Здесь хочу сделать оговорку, потому что в своем фильме недостаточно осветил историю поездки. Добраться на сам остров нашей экспедиции очень сильно помогло Русское географическое общество, за что я бы хотел выразить благодарность. Потому что, добраться до Онекотана – не всегда самая простая задача. Сахалинская область очень сильно старается, и чудесно, что вертолет до Северо-Курильска стоит практически смешных денег, два корабля ходят за абсолютно вменяемые суммы, но до Онекотана добираться еще почти 100 км.

– Что было самым сложным в этом путешествии?

– Подъем к вулкану, к кальдере и озеру достаточно простой, но переправляться нужно на несколько дней, оставаться там, и это, конечно, требует большого количества продуктов, плюс палатки, снаряжение. Нужно несколько дней заноски и потом выноски всего обратно, ведь мы добросовестные туристы, ученые: никаких банок, мусора оставлять в таком уникальном месте нельзя. Поэтому, самое сложное в этом путешествии – это большое количество ходьбы с тяжелыми грузами, и, конечно переправа через озеро. В фильме она может показаться легкой прогулкой, но на самом деле – это, без шуток, немножко устрашающее мероприятие. Потому что вода невероятно холодная, и если что-то пойдет не так, то могут возникнуть очень серьезные проблемы. От берега до берега нужно переплыть два км, но у нас было почти пять км, потому что мы вдоль берега еще около трех км шли.

Хочу предостеречь тех, кто захочет повторить наш поход: если у вас что-то не так с плавсредством, и если вы находитесь дальше 50 метров от берега, скорее всего, вы останетесь в этом озере навсегда – вода слишком холодная, выплыть невозможно. Поэтому нужно очень ответственно подходить к выбору оборудования, к его тестированию. Не будьте отчаянными туристами и не полагайтесь на авось. Это не тот подход, который требуется в этом месте. В этом месте требуется детальная проверка всего, на что вы рассчитываете.

– Какие еще советы вы дадите тем, кто вдохновится вашим путешествием и тоже захочет отправиться к Пику Креницына?

– У кого-то после просмотра фильма может оказаться искаженное впечатление про погоду. Я пытался проговаривать, что погода там в среднем очень плохая. Такая, как в начале ролика. А там, где на вершине все хорошо – это скорее исключение. Если вы действительно хотите на вершину и хотите красивый вид, то две недели — это базовый срок, может быть, даже стоит чуть побольше заложить. Просто многие думают, что они за день забегут и все посмотрят. Хотя такие прецеденты были. У меня даже есть такой знакомый, который за день действительно это осилил. Но это исключение.

Там нет никакой связи, поэтому обязательно берите с собой спутниковый телефон. Также нужен какой-нибудь человек, который находится в зоне доступа Интернета. Просите, чтобы он вам смотрел прогноз, раз в три дня с ним созваниваетесь и просто спрашивайте прогноз. Это очень сильно помогает. Это базовые правила ответственного туризма, но порой их тоже следует проговаривать.

– А сам фильм снимали для себя или специально для конкурса?

– Я документирую практически все экспедиции, в которые езжу, где-то с большей тщательностью, где-то с меньшей. О том, что есть такой конкурс, я узнал за пару недель до нашего планового научного выезда. Но понял, что это шанс и им надо пользоваться, поэтому документировал все с особым усердием. В принципе, для меня это занятие почти рутинное, потому что уже почти десять лет это все дело записываю, фотографирую. Но вот, наконец, удалось кому-то показать.

– Почему все-таки решили участвовать в конкурсе? Интерес, главный приз в три млн рублей или что-то еще?

– Конечно, невозможно такую сумму мимо глаз пропустить, поэтому главный приз тоже был стимулом, заставил усерднее думать над тем, как все монтировать и подавать. Я, честно говоря, участвую почти во всех конкурсах, которые вижу. Это очень сильно помогает отфильтровать собственное творчество, потому что порой самому кажется, что фотография супер-пупер, а отправляешь ее на конкурс – никто не берет. Понимаешь, что, наверное, ты заблуждаешься, а не все вокруг. Поэтому полезно отправлять собственные работы на оценку жюри.

– Вы геолог, а где научились так снимать, монтировать?

– Я много занимаюсь фотографией, периодически участвую в выставках, сейчас, например, мои работы представлены на выставке «Первозданная Россия» в Москве. Благодаря геологии и вулканологии, благодаря Камчатке и Курилам я сильно увлекся фотографией. Первый фотоаппарат купил, как только вернулся из первого «поля», потому что понял, что это все надо запечатлеть. Потом долго тренировался, на конкурсы отправлял, на все подряд, где-то получалось, где-то нет. Что касается монтажа, то это дело не хитрое, я им занимался для себя, ради баловства. А чувство кадра, наверное, из фотографии пришло.

– Ожидали, что завоюете Гран-при конкурса или победа была неожиданной?

– Не ожидал, но надеялся. В принципе я в своих силах уверен, но работ на конкурс подали больше 600. Тут хочешь, не хочешь, а подумаешь, что ты не один такой, кто умеет видео снимать. Я смотрел ролики всех финалистов, ребята огромные молодцы, но особенно мне запомнились видео победителя в номинации «Лучшее пешее путешествие». Это путешествие по Кунаширу. Вот тут про монтаж и про все остальное я просто снимаю шляпу, автор в этом отношении, мне кажется, на 500 голов выше меня. Может, ей чуть меньше повезло с погодой, ведь тоже важно – удалось ли дойти до вершины. Это часто оказывает влияние на впечатление от просмотра. Но в плане техническом и творческом, девушка-автор лучше меня в десятки раз. Мне чуть-чуть, может, больше повезло с внешними обстоятельствами.

Или взять фильм супружеской пары, которая на катамаране путешествовала по Японскому морю. Там с технической точки зрения фильм, можно сказать, относительно простенький, но вот по впечатлениям и эмоциям мне тоже невероятно понравилось. Пошел гуглить, сколько стоит надувной катамаран (смеется).

– Кстати, как считаете, что важнее в таких роликах — эмоции или картинка, техническая оснащенность?

– Мне кажется, все в комплексе. В век высоких технологий люди избалованные, поэтому картинка важна и звук. Но если хорошую, интересную и затягивающую историю с плохой съемкой можно посмотреть, то ужасную историю с самой лучшей съемкой – нет. Лучше хорошее наполнение с плохим техническим исполнением, чем хорошее техническое исполнение без наполнения.

– Если не секрет, решили, как потратите выигрыш?

– Пока нет. Пока думаю, как перед всеми друзьями проставиться, которые помогли в экспедиции. Многие из тех, с кем я был в путешествии, не очень любят, когда на них направляешь объектив. Я это уважал. Поэтому может создаться ложное впечатление, что я там один покоряю острова и вулканы. Но на самом деле работа титаническая, командная. Один бы я там далеко не ушел. Поэтому огромная благодарность всем людям, которые со мной там были. И я считаю, что выигрыш в этом отношении совместный. Так что пока на условную общую часть придумываю, как отблагодарить всех, а на то, что оставлю себе, пока планов нет. Может, позволю себе еще какое-то путешествие.

– А вот куда бы хотелось отправиться?

– Мест страшное количество, есть очень волшебные места. На Дальнем Востоке у меня есть незакрытый гештальт – остров Янкича, острова Ушишир, вулкан Кудрявый на Итурупе – это все Курилы. На Камчатке тоже места есть, например, волшебный вулкан Хангар. В общем, планов больше, чем времени.

– Илья, что вам, помимо выигрыша, дал этот конкурс?

– На самом деле много всего, и, судя по всему, процесс продолжается. Конкурс дал некоторое понимание моего творчества. Порой я сомневаюсь в собственных способностях, когда на очередной хороший конкурс не берут мою работу. Конечно, страшно приятно, когда тебя оценивают положительно и это дает значительный вклад в то, чтобы продолжать чем-то подобным заниматься. Ну и, конечно, конкурс позволил завести много знакомств и получить положительные эмоции.

– Уже анонсировано, что будет третий сезон конкурса. Какие рекомендации дадите тем, кто решит принять в нем участие?

– Думайте о наполнении своего фильма больше, чем о техническом исполнении. Также важно отправляться в то место, которое именно вам интересно и вам хочется открыть. Не потому, что оно будет лучше смотреться в кадре, а потому что у вас будут искренние эмоции, все будет иначе ощущаться, вы с любовью все это смонтируете. Я видел серию роликов, которые в призы не попали. Видно, что есть авторы, которые снимали специально для конкурса. В этом ничего плохого нет, но мне кажется, что в процессе создания подобного ролика смещаются приоритеты и получается немножко не то.

Отправляйтесь туда, куда вы искренне хотите, и не потому что конкурс, а просто потому что вы хотите. А конкурс будет бонусом. Если вы в своем путешествии будете всегда смотреть в объектив, это дело не самое лучшее. Все природные места нужно воспринимать глазами, объектив вторичен. Как известно, мы все любим концерты на видео снимать, и никто эти видео потом не смотрит. Лучше смотреть глазами. С путешествиями та же история.

Драйвер экономики

Приморский край лидирует по количеству кредитов, выданных за время действия дальневосточной ипотеки. С ее помощью 42 647 семей улучшили свои жилищные условия. Общая сумма выданных кредитных средств превысила 217,5 млрд рублей. За девять месяцев 2025 года в регионе заключено 6 454 ипотечных сделок. Из них 54% (3487) приходятся на дальневосточную ипотеку.

Как отмечают в правительстве края, порядка 40% всего жилья, строящегося в дальневосточном регионе, приходится на Приморье. Более 70% квартир в новостройках приобретаются по программам льготного кредитования. ДВ-ипотека остается главным драйвером строительной отрасли, помогает наполнять краевой бюджет и развивать инфраструктуру городов и сел.

А с точки зрения заемщиков, это – возможность как можно скорее осуществить мечту о собственной квартире или переехать в собственный дом.

Теперь у нас есть квартира

Одна из таких семей — Виктория и Александр Тюрчевы. Оба супруга заняты в бюджетной сфере. За 10 лет брака они успели поработать в Хабаровске и в подмосковном Красногорске. Но в итоге, все взвесив, оформили дальневосточную ипотеку в Приморском крае.

«За эти 10 лет у нас появились две дочки, любимица собака, а квартиры своей не было. В 2022 году приехали в Приморский край и взяли дальневосточную ипотеку. Теперь имеем комфортную квартиру с видом на море, с отдельными комнатами для каждого члена семьи. Возле нашего дома развитая инфраструктура – кружки для девочек, садик и школа. А самое главное, что льготная ипотека – это комфортный для нашей семьи ежемесячный платеж», – рассказала Виктория Тюрчева.

С помощью ДВ-ипотеки решила квартирный вопрос и семья Григория Азаренко. Григорий больше 10 лет работает в «Детской школе искусств №2» города Артема Приморского края. Преподает класс классической гитары. Его супруга — тоже педагог. Дочке 7 лет, в сентябре пойдет во второй класс.

Семья Азаренко арендовала жилье 8 лет и уже не надеялись «попасть в программу», ведь Григорию исполнилось 35 лет, его жене – 40. А ДВ-ипотека имеет важное условие – оба супруга должны быть не старше 35 лет. Но в 2025 году эти ограничения отменили для работников культуры.

«По первоначальным условиям дальневосточной ипотеки мы не попадали в программу по возрасту. Теперь этой проблемы нет! У нас оформлен кредит на сумму 5,3 млн руб. без учета первоначального взноса, на 20 лет. Купили большую 3-комнатную квартиру в новом строящемся доме», — поделился Григорий Азаренко.

Семья выбрала многоквартирный 4-этажный дом в новом жилом комплексе «НебоПарк» в Артеме недалеко от центра города. Дома современные, с интересной продуманной планировкой, благоустроенными закрытыми дворами. Рядом будут построены детский сад и новый торговый центр. И новый дом будет совсем недалеко от работы педагогов.

«Новоселье планируем отпраздновать совсем скоро — этой осенью. Такая поддержка педагогов и врачей Дальнего Востока, реальное приближение к возможности купить собственное жилье, улучшить бытовые условия — очень важно и ценно. Новые условия дальневосточной ипотеки позволят нашей семье коренным образом улучшить качество жизни», - говорит Григорий Азаренко.

Таких семей в Приморье становится все больше. Дальневосточная ипотека помогает закреплять жителей на малой родине и привлекать в регион ценные кадры. Например, в этом году 15 земских работников культуры из разных субъектов, включая Ставрополье, переехали в Приморский край. Это больше, чем целевой показатель, установленный федеральными властями. Доступное жилье, единовременные выплаты и другие комплексные меры поддержки стимулируют россиян ехать на новые территории.

Рост показателей

«Если сравнивать структуру сделок в разрезе программ в 2024 и 2025 годах, мы видим рост доли дальневосточной ипотеки на 10%. При этом доли ипотеки на базовых условиях, «Семейной» и «IT-ипотеки» остаются стабильными», – рассказала заместитель председателя правительства края Ольга Иванникова.

Для роста показателей краевые власти работают и с застройщиками, и с коллегами в муниципальных образованиях, и с потенциальными адресатами программ, отмечает министр экономического развития Приморского края Андрей Блохин.

Так, в Приморье запущены механизмы для увеличения объемов и снижения себестоимости строительства.

Если градостроительный совет края признает проект приоритетным, инвестор может получить земельный участок без торгов. Взамен он передает 5% построенного жилья муниципалитету для обеспечения льготных категорий граждан.

Развивать территории помогает механизм государственно-частного партнерства (ГЧП), когда строительство инфраструктуры субсидируется из средств краевого бюджета. Благодаря ГЧП в крае появились новые дороги, детские сады и школы. В пригороде вырастают процветающие районы, куда мигрируют семьи из «даунтауна».

Сотни приморцев улучшили свои жилищные условия с помощью программы доступного арендного жилья. Снимать такую недвижимость можно по льготной ставке в разы ниже рыночной. Квартира закрепляется за арендатором, и при желании он может оформить ее в ипотеку.

«Мы активно будем развивать существующие механизмы поддержки. При этом не исключаем разработку новых инструментов, которые позволят сделать жилье еще более доступным для разных категорий граждан Приморья. Эта задача остается одним из наших ключевых приоритетов», – обозначил Андрей Блохин.

Добавим, что с 2025 года дальневосточная и арктическая ипотека распространяется на индивидуальное жилищное строительство (ИЖС). Теперь программа помогает развивать «одноэтажное Приморье».

Расширен и список адресатов ДВ-ипотеки. В 2025 году получить доступные жилищные кредиты под 2 процента могут не только молодые семьи и родители с одним ребенком, но также медработники, педагоги, воспитатели, работники учреждений культуры, сотрудники оборонно-промышленного комплекса и вынужденные переселенцы.

«Владивосток − будущий мировой центр подледного дайвинга»

− Евгений, добрый день! Несмотря на ваши заслуги и опыт, вы не слишком публичный человек. Давайте коротко о вас. Назовите три вещи, которыми вы по-настоящему гордитесь.

— Не ожидал такого вопроса. На первое место, конечно, поставлю своих воспитанников. Я стараюсь не просто обучать технике погружений, а делать дайвинг философией жизни. Яркий пример – Рома Юкин. Парень в 14 лет стал чемпионом мира по подледному ориентированию, победив, например, обладателя мирового рекорда по глубине погружения Ахмеда Габра.

Второе – это, пожалуй, экологическая работа. За всю свою жизнь мы с командой спасли более полутора сотни тюленей ларги, находившихся в беспомощном состоянии. Насколько я знаю – это около 10% всей популяции тюленей Приморья. Кто-то из них был ранен, кто-то изморен голодом, кто-то поражен инфекцией. Всех их мы доставляем специалистам центра «Тюлень», там они проходят реабилитацию и затем возвращаются в естественную среду обитания. 

Ну и третье… Наверное это фестиваль World Underice Games («Мировые подледные игры») – первые и пока единственные в мире открытые соревнования по подледному ориентированию, которые мы проводим во Владивостоке с 2015 года. Я сам влюблен и в подледный дайвинг, и во Владивосток, и делаю все для того, чтобы столица Приморья стала мировым центром подледных погружений.

− Вы действительно видите такой потенциал во Владивостоке?

− Я убежден, что Владивосток – это будущий мировой центр подледного дайвинга. У нас для этого есть все: уникальный климат, доступ к морю прямо в черте города, развитая инфраструктура и собственная наработанная методическая база. Мировые звезды дайвинга едут к нам за обучением подледным навыкам. Например, Ахмед Габр – обладатель мирового рекорда по глубине погружения с аквалангом. Человек, нырявший на 332 метра, специально прилетал во Владивосток, чтобы пройти обучение по подледному курсу. Это многое говорит о нашем потенциале.

Более того, к нам уже активно едут туристы, в том числе иностранные. Только за прошлую зиму у нас было 20 сертифицированных дайверов из Китая, с которыми мы проводили подледные погружения. Не знаю, почему именно у китайцев, но их любимое фото — это стоять вверх ногами на льду. Видимо, такой кадр для них — это символ преодоления и внутренней силы.

«Подледный дайвинг и обычный – это как прогулка по парку и восхождение в гору»

— А почему вы выбрали именно подледный дайвинг? И насколько этот вид погружения сложен для новичков?

— Если сравнить подледный дайвинг и обычный – это как прогулка по парку и восхождение в гору. Погружения под лед − это работа над собой. Здесь нет возможности всплыть, нет никаких отвлекающих факторов — только дыхание, лед над головой и бесконечная глубина моря. Здесь ты учишься контролировать страх. Поэтому мы долго готовим людей, разбираем каждую эмоцию. Кто-то боится темноты, кто-то — замкнутого пространства. Но когда человек выходит из проруби после первого погружения — он уже другой. Для меня истинное счастье − видеть эти наполненные одновременно мужеством и восторгом глаза своих воспитанников.

Обычный масс-дайвинг – это скорее про удовольствие, отдых и путешествие. Я ни в коем случае не отрицаю его ни как спорт, ни как хобби. Более того, мы тоже обучаем всем навыкам классического дайвинга. Ведь чтобы погрузиться под лед надо сначала пройти базовую дайверскую подготовку. Но наше обучение немного другое. Уже на самом старте мы работаем над психологией: разбираем потенциальные страхи, учимся вести себя в экстремальных ситуациях, занимаемся общей физической подготовкой.

«Подледный дайвинг на Байкале – это удаленность от городов»

— В чем преимущества Владивостока для занятий подледным дайвингом?

− Здесь надо взглянуть на карту. Подледный дайвинг на Байкале – это удаленность от городов и социальной инфраструктуры. К примеру, от Иркутска до ближайшего побережья Байкала – поселка Листвянка – 70 километров. Да, в Листвянке есть и дайв-центры, и какая-то туристическая инфраструктура. Но все равно, чтобы попасть в город вам надо преодолеть 70 километров туда и 70 обратно. Во Владивостоке же лед и морское дно начинаются прямо на городской набережной, где и расположен наш дайв-центр. Это огромное преимущество с точки зрения туризма. Днем ты погружаешься под лед, вечером – ходишь по ресторанам и театрам, гуляешь по набережной, слушаешь живую музыку. На Байкале всего этого в шаговой доступности от льда попросту нет. Отдельный плюс для туристов – это климат. Зима в Приморье намного теплее, чем на Байкале. Во Владивостоке среднесуточная температура зимы составляет около -10°, в Листвянке – около -17°.

Надо сказать, что в России много мест, где есть пригодный для дайвинга лед. Но многие мечтают нырять в Арктике. Это действительно красиво. Однако в Арктике встает вопрос сложной логистики, серьезной подготовки и высокой психологической устойчивости. Владивосток в этом смысле – идеальная учебная база. Здесь можно полноценно отработать технику подледного погружения, привыкнуть к холоду, научиться управлять собой. А дальше − хоть в Арктику, хоть в Антарктику. При этом температура зимней воды во Владивостоке такая же, как на Северном полюсе − около 2 °C. И весь этот дайв-ресурс в шаговой доступности от города с комфортной инфраструктурой и насыщенным туристическим фоном.

«Монерон – сильно раскрученное место»

− Вы сравнили Владивосток с Байкалом. Но наверняка погружения в Приморье уступают, например, дайвингу на острове Монерон?

− Вовсе нет. Монерон – просто сильно раскрученное место. И раскручено оно из-за лежбища сивучей. Многие туристы едут туда ради встречи с этими морскими великанами, полагая, что больше такого нигде не увидишь. Но мало кто знает, что в Приморье тоже есть лежбища сивучей, где численность морских львов не меньше чем на Монероне. Не буду называть точные координаты этих мест, чтобы не привлечь туда массового туриста. Ведь не секрет, что неорганизованные и порой даже варварские попытки пообщаться с сивучами приводят к тому, что животные просто покидают свои привычные места обитания. При этом поездка на остров Монерон обойдется в несколько раз дороже, чем во Владивосток. Взять хотя бы проезд. Я уже не говорю про проживание и питание. Да и стоимость погружения, тем более подледного дайвинга на Монероне – значительно выше, чем в Приморье.

Более того, сейчас, наверно, многих удивлю тем, что флора и фауна южного Приморья, к которому относится и Владивосток, гораздо богаче и разнообразнее, чем на Монероне. Видовое богатство юга Приморья гораздо выше, чем на острове. И это не просто цифры — это живое море, которое каждый день показывает вам что-то новое.

«Японское море − микромодель мирового океана»

− Неужели? И кого еще из необычных обитателей морских глубин здесь можно встретить?

− Вообще, Японское море, — это микромодель мирового океана. Особенно его южная часть. Здесь обитает около 900 видов рыб и более 4 тысяч видов беспозвоночных − от субтропических до арктических. Такое разнообразие делает его одним из самых богатых по биоразнообразию морей на планете. Причина в том, что находится оно на стыке двух течений: теплого Цусимского, которое приносит сюда тропических обитателей, и холодного Приморского, обеспечивающего присутствие северных видов. Благодаря этому здесь можно наблюдать уникальную смесь организмов, которые редко встречаются вместе где-либо еще. Зимой — это тюлени ларга и северные морские львы. Весной − крабы и голожаберные моллюски. Летом − лакерда, золотистая макрель или даже скаты. В этом году я впервые встретил морских коньков. Раньше их здесь практически не наблюдали. Удивительно, что все это можно увидеть буквально в нескольких километрах от города. Поэтому я всегда говорю: во Владивостоке невозможно дважды нырнуть в одно и то же море. Оно каждый раз новое.

− Как вы видите развитие дайвинга в России в целом? И какие у вас планы на ближайшее будущее?

− Дайвинг в России сейчас переживает интересный этап. Если раньше все стремились уехать нырять за границу, то сейчас, наоборот, появилась устойчивая тенденция − люди хотят исследовать новые места внутри страны. Это напоминает волну конца 90-х — начала 2000‑х, когда дайвингом увлекались люди из самых разных сфер: от чиновников до звезд шоу-бизнеса. Тогда это направление активно развивалось, и сейчас мы снова видим похожий интерес. В нашем дайв-центре мы даже оборудовали специальный подводный маршрут для начинающих: несколько скульптур, затонувшие якоря, ориентиры на дне. Теперь пробные погружения стали не просто тренировкой, а настоящим приключением. К нам приезжают не только профессионалы, но и просто любители − понырять на небольшой глубине, попробовать себя, получить первые впечатления. И это работает: люди возвращаются, приводят друзей, начинают учиться дальше.

Кроме того, с развитием цифровой техники дайвинг все больше становится и творческим направлением. Сейчас, например, набирает популярность подводная фотография. Люди делают невероятные кадры подо льдом, в лучах света, среди морских обитателей. Мы даже планируем возобновить специализированные курсы подводных моделей. Это было модно в 2010-х годах, и сейчас возвращается вновь.

Что еще о наших планах… Стараемся развивать работу по реабилитации людей с ампутациями конечностей или нарушениями в работе опорно-двигательного аппарата. Есть серьезные исследования, доказывающие, что дайвинг помогает им восстановить координацию, укрепить мышечный корсет и вернуть ощущение контроля над телом. Боле того, в воде человек чувствует себя свободнее и легче, что дает мощный психологический эффект. В этом году мы даже подавали конкурсную заявку в Фонд президентских грантов. Предлагали создать во Владивостоке центр реабилитации и социализации ветеранов СВО, получивших инвалидность. Ключевая идея − восстановление их физического и психологического состояния, а также социализация через освоение новой профессии дайв-инструктора. Проект назывался «Море воды». Задумка была интересной − нас поддержало правительство Приморского края, Русское географическое общество, Национальная дайв-лига. Да, финансирование мы пока не получили, но это уже дело техники. Мы поняли, над чем надо работать и как усилить заявку. Будем двигаться дальше. Работу же по реабилитации людей с ампутациями мы продолжаем.

− И напоследок, три причины, почему стоит попробовать дайвинг хотя бы раз в жизни?

— Первое — это преодоление. Погружение, особенно на экстремальные глубины или под лед, — это не просто спорт, это проверка характера. Ты сталкиваешься с собственными страхами, с бездонной массой воды, с холодом, с замкнутым пространством. Ты учишься управлять собой в экстремальной среде. Это дает мощный внутренний рост. И с каждым погружением этот рост продолжается. Здесь нет такого, что ты освоился – и все. Я погружаюсь уже более 20 лет, из них – 15 под лед, и каждый раз волнуюсь, каждый раз настраиваю себя, каждый раз возвращаюсь и чувствую себя победителем. Скажу честно, это сильно повышает устойчивость перед жизненными стрессами, с которыми сталкиваешься на суше.

Второе — это красота. Подводный мир совершенно иной. Пробивающийся сквозь толщу воды свет, тишина, необычные формы жизни. Это эстетика, которую невозможно передать словами − ее нужно прожить. А увидев ее один раз хочется возвращаться к ней снова и снова.

И третье — это люди. Дайвинг объединяет очень разных, но по-настоящему увлеченных и сильных духом людей. Это и спорт, и фитнес, и эстетика, и увлечение, которое сближает. В дайвинг приходят люди из самых разных сфер − от айтишников до врачей, от студентов до предпринимателей, с разным уровнем дохода и жизненным опытом. Но под водой все это исчезает − остаются только дисциплина, взаимопомощь и уважение к стихии. Появляются общие интересы, общие цели, общее доверие. Человек, с которым ты погружаешься под воду, становится не просто знакомым или товарищем, а превращается в напарника, с которым ты преодолел страх, тишину и себя самого. Это создает особую нерушимую связь между людьми. Я не таз видел, как вода объединяет, как после погружения люди начинают говорить друг с другом иначе − спокойнее, глубже и с уважением.

Мягкая сила искусства

О проделанной работе рассказала министр культуры и архивного дела Приморья Елена Бронникова в рамках проекта «Большой отчет».

Зал Приморской краевой филармонии, где проходило мероприятие, был полон. К координационному совету по культуре присоединились заместители глав округов по социальным вопросам, работники и руководители органов культуры в муниципальных образованиях края, директора учреждений культуры, члены Совета по образованию и Молодежного совета при краевом правительстве. Участвовали в мероприятии руководители Государственного фонда «Защитники Отечества» и уполномоченный губернатора по вопросам взаимодействия с участниками СВО Алексей Ефимов.

Каждый из присутствующих внес свой весомый вклад в культурное просвещение и патриотическое воспитание. Результаты впечатляют: за 2025 год, объявленный президентом Годом защитника Отечества и 80-летия Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов, в регионе состоялись 400 патриотических мероприятий. Участниками различных акций, фестивалей, концертов, конференций, выставок, лекций, семинаров и других активностей стали 700 тысяч человек.

«Особое внимание уделялось просветительским и социальным проектам. Они позволили показать неоценимый вклад нашей страны в победу над фашистами через историческое просвещение, в основе которого решается одна из главных задач – противодействия фальсификации истории», — отметила Елена Бронникова.

В этой работе основной акцент был сделан на сохранение исторической памяти, преемственность поколений, проявление уважения и почтения к ветеранам, труженикам тыла и гордости за героев современности.

Как и другие субъекты, Приморье активно участвовало в федеральных проектах.

В то же время проведено большое количество краевых мероприятий. Одним из самых масштабных стала военно-историческая реконструкция «Рожденная боем на поле Бородинском 5-я Краснознаменная...» Это событие с участием бронетехники и артиллерии объединило участников из регионов Дальнего Востока.

23 февраля 2025 года Приморье с размахом отметило День защитника Отечества и передало эстафету в подшефный город Торез Донецкой Народной Республики.

Ко Дню Победы и Дню окончания Второй мировой войны в крае прошли огромное количество разнообразных мероприятий – от экскурсий до гражданский патриотических акций и концертов. Среди них краевой парад «Правнуки победы», конкурсы «Брат на смену Брату», «Герои Хасана на карте России» и многие другие события, к которым присоединились сотни и тысячи человек.

Так, проект «Правнуки победы» объединил 1,5 тысячи учащихся первых классов из 32 муниципальных образований края. В сопровождении военного оркестра по центру Владивостока маршировали 24 рода войск, 50 командиров парадных расчетов, включая участников СВО, курсанты МГУ им. Г.И. Невельского, волонтеры и юнармейцы.

В рамках проекта «Улица Победы» на центральной площади города развернулась выставка трофейной техники.

Благодаря губернаторской издательской программе свет увидели мемуары участников СВО и сборники стихов фронтовых поэтов. Изданы подарочные альбомы, приуроченные к знаменательным историческим датам.

«Сейчас мы готовимся к проведению важных для нашей страны памятных дат – Дню неизвестного солдата и Дню героев Отечества. Начали этот год ярко и ярко должны его завершить. Уверена, что все муниципалитеты покажут себя на достойном уровне», — сказала Елена Бронникова.

Земские работники

После доклада министра состоялась церемония награждения работников культурного фронта. Так, благодарность министерства культуры и архивного дела Приморья получила замглавы администрации Чугуевского муниципального округа Наталья Белоусова за вклад в реализацию федеральной программы «Земский работник культуры».

Среди регионов Дальнего Востока Приморский край – один из лидеров по привлечению специалистов в области культуры для работы в небольших городах и селах, отметила Елена Бронникова. «Сеять разумное, доброе, вечное» в регион приехали даже кадры из далекого Ставрополья. Этот опыт получил самые высокие оценки на федеральном уровне.

«В рамках программы нам установили квоту — 15 земских работников культуры, которых нужно было привлечь из больших городов Приморья и других субъектов в удаленные учреждения культуры наших муниципалитетов. Мы с этой задачей справились достойно. Из 15 человек 8 привлекли в Приморье, а 7 — из других субъектов – Ставрополья, Тюменской, Иркутской областей. Поэтому, коллеги, нужно во всей красе показать Приморский край, чтобы наши новоиспеченные приморцы не только закрепились здесь, но еще и пригласили друзей», — обозначила Елена Бронникова.

Поет все Приморье

Одним из больших достижений стало проведение Дальневосточной хоровой Олимпиады, которая вышла на международный уровень, объединив участников из России, Китая и Республики Беларусь. Об этом рассказала художественный руководитель проекта, заслуженный работник культуры РФ Елена Петухова.

«Дальневосточная хоровая Олимпиада проводится во Владивостоке с 2022 года при поддержке Президентского фонда культурных инициатив. Мы организуем это событие, чтобы привлекать в Приморский край лучшие хоровые коллективы со всей страны и давать возможность хорам из дальневосточных регионов встречаться здесь, на нашей земле. В этом году хоровая Олимпиада прошла уже в третий раз и впервые состоялась в статусе международной», - сказала Елена Петухова.

Удачи «олимпийцам» пожелал присоединившийся к проекту российский поэт, драматург, поэт-песенник, писатель, сценарист Юрий Энтин, автор текстов для таких хитов нашего детства, как «Антошка», «Чунга-Чанга», «Расскажи, Снегурочка, где была», «Крылатые качели», «Лесной олень», «Буратино» и других. Поэт записал видеосообщение для участников мероприятия.

«С удовольствием передаю всем участникам Хоровой Олимпиады во Владивостоке свой поэтический и московский привет. Мы свое призванье не забудем, смех и радость мы приносим людям», - обратился к единомышленникам Юрий Энтин.

Искусство и технологии

Следующий докладчик затронул острые вопросы цифровизации и нейросетей, которые добрались и до сферы искусства. Искусственному интеллекту посвятила свой доклад первый заместитель директора АНО «Приморский культурно-исторический центр» Алевтина Легкошкурова.

Сегодня ИИ помогает писать сценарии, сочинять музыку, создавать изображения и видеоролики, логотипы, оживлять старые фотографии. Просветительская задача краевого масштаба – внедрять этот инструмент на всех уровнях.

«Нейросети – будущее современных технологий, способное революционизировать многие отрасли. Важно понимать принципы работы нейросетей, чтобы эффективно их применять», — отметила Алевтина Легкошкурова.

Работа координационного совета продолжалась весь день. Участники обсуждали острые вопросы и проблемы, делились опытом, ценными идеями и предложениями на 2026 год, объявленный президентом Годом единства народов России. Так, одним из главных событий станет День коренных малочисленных народов Приморья.

«Нам всем необходимо продумать и сформировать план основных мероприятий. Я призываю вас к тому, чтобы это не был формальный подход. Если появилась хорошая идея, обращайтесь ко мне и коллегам из министерства, чтобы мы ее вырастили до уровня краевого мероприятия и масштабировали в муниципалитеты. Очень важно, чтобы на местах рождались проекты, которые, возможно, приобретут федеральный охват», — подытожила Елена Бронникова.